не обещай никогда никому того, чего не сможешь исполнить, но если пообещал, выполни.
— Ты к кому, красавица? – поинтересовался парень.
— К вам, - ответила я.
— А зачем?
— На работу.
— В каком смысле? – удивился он.
— В прямом.
— Подожди. Так ты что же – мама?
— Кто? – теперь уже удивилась я.
— Ну этот… как его…А! Старший кеан, да?
— Вроде того. А почему мама?
— Потому что начальник – это все равно, что родитель....
Радость жизни, ощущение своей силы — самая большая радость для всякого живого и здорового существа.
Небо, я никогда не мечтала о семье! Быть чьей-то дочкой… даже племянницей.
"Всё у него было старое, кроме глаз, а глаза были цветом похожи на море, весёлые глаза человека, который не сдаётся."
Мадам Карно была совершенно необыкновенной, потрясающей женщиной недосягаемого мирового уровня – изысканно-утонченной, ухоженной до каждой отдельной волосиночки в искусственно-простой, баснословно дорогой прическе, и если и делала она так называемый «тюнинг», то настолько филигранно-виртуозно, что сохранялась видимость «естественности». На вид ей было можно дать не более двадцати пяти лет.
А наипервейшая добродетель подчинённого – никогда не спорить с вышестоящим. Обвиняют напрасно – извиняйся, орут – сострой виноватую мину, требуют невыполнимого – делай, что в твоих силах. Главное, чтобы в служебном костюме наличествовали глубокие карманы.
– Зачем? – теряется маг.
– Прятать фигу, – невозмутимо отвечаю я, честно хлопая ресницами.
— Рискующие умирают чаще, Лир. — Но и достигают большего.
Твои дети – это твое второе детство. Уникальная возможность снова вернуться в мир ребенком. Все вокруг опять вырастает. Ты как Алиса.
Когда твоя душа в полнейшем раздрае, когда жизнь летит к чертям, очень важно иметь человека, который скажет, что всё будет хорошо. Человека, который будет смотреть на тебя тёплым, ласковым взглядом и вселит в тебя надежду на хороший конец, хорошее начало или же на хорошую жизнь.
Ночи, когда я просыпаюсь в четыре часа, встаю, варю себе кофе, а в доме все спят, и спят не только все в доме, спят все где бы то ни было, и впереди у меня несколько часов, когда я могу что-то делать, опережая всех в мире.
А я буду давить до тех пор, пока ты не поймешь – белая дурь не выход из ситуации! Жизнь жестока, Мирд, и удары наносит болезненные. Упал – поднимись, а не поднимешься, значит… слабак!
- Савер!
- Тьфу, хозяин!
- Ты в меня плюнул?!
- Если бы я плюнул в вас, вы бы захлебнулись! Я плевал на землю.
- Лжец. Если бы ты плевался озерами, мы бы сейчас все захлебнулись.
- А у вас ни терпения, ни рук из положенного места.
- Да я тебе язык отрежу!
- Я вам и на пальцах всё скажу. У меня-то руки, где надо выросли.
- Тогда где дичь?
- Навалила со страху и умчалась в необозримую даль, хозяин.
- Ты еще и поэт, мерзавец.
- Так у кого служу…
- Ты не служишь, ты мне душу выматываешь. У меня уже глаз дергается…
- Видать, ваш лик-то ее и спугнул.
- Убью. Теперь уже точно.
— Это строители забыли материалы после ремонта или это что-то съедобное?
— Зависит от того, насколько сильно хочется жрать.
Внезапно безобразная внешность женщины исчезла, потому что за стеклами очков ее карие с красноватыми прожилками глаза светились добротой и участием.
Не бренды – настоящие или поддельные – делают нас людьми.
Людьми нас делают наши поступки.
"Те, що Оракул каже правду, ще не означає, що воно щось значить... Світ залишився жахливим... У чому сенс?"
от как тут не вспомнить добрым словом барона, тот всегда говорит: "имейте в карманах мелочь и сласти - ничтожные затраты, а пользы на золотой"
Все ошибаются, но не всем дается шанс исправить свои ошибки.
Не стыдно убирать грязь, стыдно жить в грязи!
Коли начинаешь думать о прошлом, значит, у тебя уже нет будущего.
Главное в любой проказе - это вовремя смыться. Поэтому, когда в нашу дверь начали истерично стучать кулаками, я уже сидела дома и пила чай.
Дружба – это взаимовыгодное партнерство, и действует оно до тех пор, пока люди нужны друг другу. Как только хотя бы с одной стороны пропадает выгода, общение прекращается. Причем выгода может быть не только материальной, но даже в большей степени моральной.
Атакующую рыбу ловить не интересно. Появляется подозрение на пиранью.
— Я больше не хочу быть сравнением, — сказала я. — Сделайте меня метафорой.