Сделай то, что должен, так, словно хочешь этого. Славой Жижек
Счастье – такая штука, с ним ничего не знаешь наверняка.
Сейчас он чувствовал себя так, словно покидал собственное тело и теперь, вернувшись в пустовавшую оболочку, никак не может устроиться в ней как следует.
- Вот ответьте мне, почему именно мы? Во всех фантастических фильмах инопланетяне летят в Америку, как наиболее высокоразвитую страну, - вопрос был, скорее, риторическим.
... эгоизм человеческий врачует душевные раны.
Вместе смешалося все, – похвальбы и предсмертные стоны Тех, что губили и гибли.
Когда дует могучий ветер, распускай свои крылья. Если откуда-то доносится аромат душистого цветка, вдыхай его. Жизнь - это те моменты, когда ты чувствуешь себя живым. Нельзя упускать сегодняшний день ради забот о завтрашнем.
— Она, как все американки, считает, что главное — это её эго. Всё остальное может катиться в преисподнюю!
Парни изысканно обращались к девчатам: - Спозвольте причепиться. Як вас по имени кличут... Маруся чи Катя? - А ну не замай... Який скорый! - отвечала неприступная. - Ну, хай тоби бис... чипляйся.
Одиночество позволяет мне спокойно думать, читать и копаться в воспоминаниях - заново открывать мое прошлое, узнать наконец, кто я такой. Если все пойдет вкривь и вкось, пусть хотя бы прошлое останется со мной.
... Война делит людей на три части. Для первых - простых людей - это боль, страдания, потери, лишения. Для вторых - солдат - работа, нудная, однообразная, оплаченная потом и кровью. Для третьих - наёмников - бизнес. Война - одно из самых прибыльных предприятий, которые когда-либо выдумывало человечество. И солдаты и наемники получают за войну деньги. Только это разные деньги. Наемники воюют ради "презренного металла". Сегодня они стреляют в вас, а уже завтра вы будете драться плечом к плечу. Они сбиваются в стаи и продаются различным корпорациям, как, например, частная армия Blackwater. Это книга не о них, хотя...
С этим сталкивается каждый человек, преследующий свои цели. Порой никакое планирование, никакое обдумывание, никакие усилия и никакое упорство не изменят того факта, что кое-что нам так и не удастся осуществить. Но это не повод записывать себя в мученики. Мы обладаем потенциалом к тому, чтобы быть людьми, которые пытаются воплотить мечты и сделать все от них зависящее, которые при любом исходе готовы принять неизбежное и двинуться к следующей цели.
– Вы женщина, мадам. А женщины постоянно требуют счастья.
Я всегда опасался энергичных женщин-начальников – что им может в голову прийти, одному Богу известно. Как правило, то, что мужику-начальнику в голову точно прийти в голову не сможет…
О высший дар, бесценная свобода,Я потерял тебя и лишь тогда,Прозрев, увидел, что любовь — беда,Что мне страдать все больше год от года.Для взгляда после твоего уходаНичто рассудка трезвого узда:Глазам земная красота чужда,Как чуждо все, что создала природа.И слушать о других, и речь вести —Не может быть невыносимей муки,Одно лишь имя у меня в чести.К любой другой заказаны путиДля ног моих, и не могли бы рукиВ стихах другую так превознести.
Мир может перевернуться, но двойные стандарты в нем будут всегда...
Человек не может идти по жизни, не влюбляясь время от времени в кого нибудь
А ведь профессионалы так не работают! Нереальное сочетание вопиющей легкомысленности и тщательного инженерно-технологического исполнения. Что это может значить? А лишь одно – это не шпионы, не разведка какого-нибудь злобного потенциального противника. Потому что те относились бы к нам гораздо уважительней.
Интересно, как у человечества получается уживаться с двумя теориями: с одной стороны, бог есть любовь и сюси-пуси, а с другой – пусть немедленно сдохнут все, кому он хоть на грамм не нравится.
– И как мы его будем добывать?
– Не «мы», а я, – поправил Валентайн. – Но для начала нужно оговорить несколько правил. Я вижу, ты – нет. Я веду, ты идешь за мной. Я говорю «шаг вправо» – ты шагаешь. Я говорю «замереть» – ты замираешь. Я говорю «упасть на землю» – ты падаешь. Я говорю броситься мне на шею и страстно поцеловать, ты…
– Даю тебе в лобешник, – закончила я за скалящегося демона.
— Так мам, пора доставать твои похоронные деньги, свадьба должна быть шикарной!
Да, жизнь - странная штука, ей все равно кого ломать...
“Stop pulling me!” I hissed, tugging back on Brett’s arm. “I’m going to trip and drown.”“The water’s not even a foot deep, Becca.”Whatever!
Ненормально указывать человеку, как жить. Ненормально принимать решение за него. Не нормально ломать психику ребёнку. Ненормально уничтожать твое «я». Всё это: запреты, контроль унижения, выбивание чувства вины, давления, насилия – ненормально! Это не любовь.
– Не всё ли равно, чьи это дети, когда ты их любишь?