Лицо его запоминалось без труда. Оно оказалось большим, желтым и больным. Под глазами висели дряблые мешки, а сами глаза были цвета тухлой трески, забытой на рыночном прилавке.
Человека нельзя описать двумя-тремя словами. Любой человек — это не мазок на картине, это целая картина. Где-то он проявит бессердечие, где-то великодушие, где-то будет героем, а где-то — последней сволочью
Возможно, репортерская работа все же приносит хоть какой-то, пусть небольшой, прок. Но достаточно ли этого для того, чтобы оправдать само свое существование? И потом, на свете существует масса людей, которые будут счастливы заполучить мою работу и смогут делать ее ничуть не хуже, а может, даже лучше.
Из запотевшего зеркала на меня смотрела самая глупая женщина в мире.
К слову сказать, она была не в настроении — проспала на работу, поэтому не успела как следует позавтракать. Ее обычное благодушие осталось дома на верхней полке холодильника.
— У меня пять килограммов лишнего веса, которые по странному стечению обстоятельств устремились в нижнюю часть туловища и, кажется, собираются остаться там навсегда.
... но чего не сделает человек, чтобы разбогатеть? Ради денег он хватается за самый безнадежный шанс и готов подвергнуться любой опасности.
Футбол. Шесть букв и целая жизнь.
Новый год наступил, как всегда, позабыв прихватить с собой новое счастье.
В любой непонятной ситуации нужно подремать. Кто знает, когда получится это сделать в следующий раз?
Задача жены - тратить столько, чтобы мужу не хватало на любовницу.
- Я не верю в идею преступления ради благой цели, она всегда не оправдывает себя: зла, безусловно, становится больше, а вот добро как-то не спешит прибывать –
"Трудно понять, где ты и куда ты направляешься, если ты не знаешь, где находишься"
"Историк Стивен Амбрас сказал мне как-то, что последствия нечаянных действий во много раз превосходят последствия тех действий, которые планировались"
В один холодный зимний день я проснулась в 11 утра после того, как провела всю предыдущую ночь, гугля черные дыры, есть ли у меня синдром дефицита внимания и были ли Мик Джаггер и Дэвид Боуи друзьями. Я также написала по электронной почте Рэйчел, которая теперь жила по ту сторону пролива Ла-Манш, чтобы признаться, что у…
— Перед правосудием все равны, или это уже не правосудие. Такой срок предусмотрен Уголовным кодексом, поэтому я его и попросила.
— Перестань. Я же просто Кэти… Катя. Разве может Катя быть с Бенингтоном? У тебя даже имя аристократическое.
— Я уеду сейчас.
— Нет.
— Ты час назад велел мне убираться.
— Я передумал. Ты никуда не поедешь.
Только слабоумие и отвага.
Однажды любой из нас проигрывает. Подумал мужчина, которого все знали, как Горского. — И нужно уметь делать это с достоинством.
Предательство имеет привкус крови. Оно отчаянно горчит, сочится грязной пеной, душит. А у лжи соленый привкус слез. И они непременные спутники любви. Вопрос лишь в том, как рано ты с ними встретишься.
«Я помню школу, этот храм деградации, скопище растущих подонков, где меня долго учили быть тупым и непослушным на сеансах по сорок пять минут, а потом десять минут вышибали остатки мозгов в коридорах и туалете.»
Эмоции человека - это врожденное, логика - благоприобретаемое.
— Не забывай, что я видел тебя в разных ситуациях, даже с головой, опущенной в ночной горшок. — Да, если мне не изменяет память, именно ты держал меня над этим ароматным сосудом. — А чем ты мне ответил на мое благодеяние? Подложил в постель дюжину угрей...
Кто ж виноват, что грудь у меня была отнюдь не маленькой. Полный третий размер при вполне худенькой фигурке. Правда, я всегда считала это скорее недостатком, чем достоинством. Особенно раздражало, что именно на эту часть тела первым делом обращали внимание мужчины, а потом их уже не интересовали ни ум, ни лицо.