Человек не может двигаться вперед, если душу его разъедает боль воспоминаний
Брак даже молодых людей делает старыми, давно знакомыми…
Для некоторых мечта о каком-то событии гораздо важнее этого события.
Что трудности, когда мы сами
Себе мешаем и вредим!
Мы побороть не в силах скуки серой,
Нам голод сердца большей частью чужд,
И мы считаем праздною химерой
Все, что превыше повседневных нужд.
Живейшие и лучшие мечты
В нас гибнут средь житейской суеты.
В лучах воображаемого блеска
Мы часто мыслью воспаряем вширь
И падаем от тяжести привеска,
От груза наших добровольных гирь.
Мы драпируем способами всеми
Свое безводье, трусость, слабость, лень.
Нам служит ширмой состраданья бремя,
И совесть, и любая дребедень.
Свобода имеет широкую шкалу, и граней у нее больше, чем у бриллианта
Ты никогда не сможешь по-настоящему насладиться миром, пока в твои вены не войдет само море, пока ты не облачишься в одежды неба, в корону звезд и не ощутишь себя единственным наследником всего мира, и - более того - ты должен осознать, что вокруг есть другие люди, и каждый из них такой же полноправный и единственный наследник мироздания, как ты. Ты должен петь, наслаждаться и радоваться Господу, как скупец радуется золоту, а царь - скипетру...... Ты должен также познать пути Бога во все века, как знаешь свой коврик и письменный стол. И ты должен как можно ближе познакомиться с тем Ничто, из которого сделан мир.
Томас Траерн "Сотни лет размышлений"
С самых ранних лет нас неназойливо учат, что единственный путь достичь чего-либо — это действие. А молитва представляется формой бездействия. Человек с дезорганизованным внутренним миром не верит, что молитва способна исполнить что-либо.
Мне вдруг пришло в голову, что именно с таких ситуаций у него всегда все начиналось, ведь прежде чем совершить предательство, ему непременно нужно было убедить человека в своей непоколебимой искренности.
— Ты стал много ругаться после долгого времени в компании Калида, — заметил я, но губы сами собой дрогнули в улыбке. — Твоих идей наслушаешься, ещё и не так заговоришь, — парировал тот без стеснения.
Ничего не скажу про свою трудовую жизнь, кроме того, что галстук – удавка, хоть и перевернутая, и мигом задушит любого, кто потеряет бдительность.
Что такое "культура"? Загляните в словарь. "Совокупность жизнеспособных микроорганизмов, выращенных в определенной питательной среде". Корчи бактерий на стеклянной пластинке; лабораторный эксперимент, называющий себя обществом. Большинство из нас, приспособленцев, смиряются с существованием на пластинке; мы даже согласны испытывать гордость за эту "культуру". Как рабы, голосующие за рабство, или мозги, голосующие за лоботомию, мы преклоняем колени перед богом всех слабоумных микроорганизмов и молимся о том, чтобы слиться с массой таких же, как мы, или погибнуть, или подвергнуться научному эксперименту; мы клянемся в своей покорности.
статистическая закономерность: если доклад делает молодая красивая женщина, то и приведенные в докладе данные, и следующие из них выводы с высокой степенью вероятности останутся без внимания.
Носить маску неисправимой реалистки, которая все воспринимает трезво, без иллюзий, – слишком простой выход.
В жизни так мало настоящих сюрпризов.
Когда бегут от злой судьбы, это не сопровождается публичными выступлениями ораторов или оружейными залпами в кинотеатрах. Никто не обращал на них внимания.
Мы думаем, что личность это нечто целое и нераздельное. А это постоянный выбор одного из возможных амплуа. Личность - на самом деле сумма личностей, и каждая из них живёт своей жизнью, так же, как электрический провод состоит из множества маленьких, покрытых изоляцией для лучшей сохранности. Ты - и старый моряк, и гость на свадьбе, и невеста, и жених, и министр, и изгой. В тебе уже скрыты все, кто когда-либо жил, живет или должен родиться. Открой хранилище своих сущностей, черпай метафоры из собственного тела.
И грянул бой, Полтавской бой!
В огне, под градом раскаленным,
Стеной живою отраженным,
Над падшим строем свежий строй
Штыки смыкает. Тяжкой тучей
Отряды конницы летучей,
Браздами, саблями звуча,
Сшибаясь, рубятся с плеча.
Бросая груды тел на груду,
Шары чугунные повсюду
Меж ними прыгают, разят,
Прах роют и в крови шипят.
Швед, русский — колет, рубит, режет.
Бой барабанный, клики, скрежет,
Гром пушек, топот, ржанье, стон,
И смерть и ад со всех сторон.
Говорят, что каждая снежинка неповторима. Если это так, то как жить дальше миру? Как нам встать с колен? Как прийти в себя после этого чуда?
Забывая. Мы не можем помнить все.
– Мне сказали, ты один?
«Ты» – значит, «свой», и долой титулы и подданство. «Один» – ты явился без соберано, даже если привел армию.Глава 5. ПОВ Марселя Валме.
Из-за дверей доносится испанская речь, можно даже не напрягать слух, звучный язык Сервантеса ничем не заглушишь, в иные времена не было на всей планете места, где бы не говорили по-испански, нам такого добиться никогда не удавалось.
- Вы что, нас отравите? Так же нельзя, мы можем умереть, - широко открыв глаза, произнесла девушка из одаренных с первой парты.
- Ну что вы. Смерть - это благо, которое еще нужно заслужить, - приветливо улыбнулась я.
София из тех баб, што в руку ни возьмет, все как оружие выглядит.
От полной безнадежности высокое московское начальство пошло на невиданный шаг – предложило пост руководителя молодой, малоопытной Жанне Калиоповне, а та с радостью согласилась.
«Гарп не хотел иметь дочь из-за мужчин . Из-за плохих мужчин .»
— А сейчас, мисс Корин, я предлагаю вам вспомнить, что вы леди.
— Еще чего, я пролетарий, — с трудом выдавила я.