Как иногда говорил себе Керанс, генеалогическое дерево человечества постепенно сокращается, двигаясь назад во времени. Когда-нибудь может наступить такой момент, когда вторые Адам и Ева обнаружат себя одинокими в новом Эдеме.
Шекспир - неиссякаемый источник надгробных надписей.
Всякому приятно чувствовать свое превосходство. Но неплохо бы для этого иметь хоть какие-нибудь основания.
Есть тип человека, который очень презирает «непосредственность», который пытается развивать свою внутреннюю сущность, основывать свою гордость на чём-то более глубоком и внутреннем, создавать дистанцию между собой и средним человеком. Кьеркегор называет такой тип человека «герметически отчаявшимся». Он немного больше озабочен тем, что же значит быть человеком с индивидуальностью и уникальностью. Он наслаждается уединением и периодически удаляется, дабы поразмышлять, возможно, чтобы лелеять идеи своего внутреннего «я» о том, каким он могло бы быть.
Должно быть, это было одним из наиболее упорных и удобных заблуждений человечества: считать, что «у нас это случиться не может», что никаким катаклизмам не подвержено лично моё крошечное время и местечко в мире.
Леди не участвуют в «сценах». Они их просто не замечают.
На шестом уроке мы узнали, что делает Сианург, когда по причине плохой погоды студенты вынуждены заниматься в зале, — попеременно заставляет отжиматься и качать брюшной пресс у скамейки. А для отдыха — лазить по канату. Теперь я тоже буду считать, что любая погода, когда нет камнепада или огненного дождя, — хорошая!
Молодые люди вроде тебя из всего норовят сделать тайну.
В общем, Акир стал нашей хвостатой нянькой. Жена – бестолочь амнезийная, адепты ее – реликты ископаемые, и Яшка – пресмыкающееся бессловесное, хотя и очень умное.
Когда меня посетила эта мысль, я не выдержала и прыснула от смеха.
– Ты чего? – спросил Акир, подхватывая меня под руку.
– Ты наш хвостатый нянь, – сквозь смех сказала я и объяснила, как видела нашу прекрасную компанию.
Это помогло сбросить напряжение и мне самой,
Иногда причинно-следственная связь зарыта так глубоко, что и не знаешь, как события сцеплены между собой.
Серьезно можно подходить и к собиранию фантиков, были бы фантики рассортированы по темам, периодам, стилям... Конечно, останется некоторая разница между вашей коллекцией и Лувром, но хорошая коллекция фантиков лучше, чем плохая картинная галерея.
— Ваша моральная лига и все ваши сраные дамские клубы, — продолжала она, полностью меня игнорируя, — кишмя кишат иссохшими страхолюдинами, на которых в жизни никто не клюнул. Почему бы этим бабам не собраться с духом и не нанять за деньги какого-нибудь жеребца? Это именно то, чего им не хватает.
— Но путешествие во времени противоречит здравому смыслу!
— А что такое здравый смысл? — спросил Путешественник во Времени.
По-моему, или все, или ничего. Жизнь за жизнь. Взял мою, отдай свою, и тогда уже без сожаления и возврата. А то лучше и не надо.
Знаешь, мне с тобой хорошо молчать.
С чего я решила, что мне он говорит правду? Почему меня так заворожили его слова, сказанные исключительно для меня «Я – порядочный человек»? Как так случилось, что я сама вложила в эти слова свой смысл и сама же себе поверила?
Хорошая память-основа дружбы и гибель любви.
— А сейчас пираты есть?
Таня с сомнением посмотрела на него.
— Не думаю.
— А почему?
— Ну, понимаешь… раньше на корабле не было связи, и пираты могли нападать безнаказанно, а сейчас рации там всякие и оружие… В общем, я не очень в этом разбираюсь, Тём. Надо у папы спросить.
— Они брали золото и крали красавиц. Мне дядя Витя сказал.
Всё-таки наш мир – довольно странное место. В нем живут люди, у которых столько вещей, что уже ни в какой шкаф не влезают. А есть такие, как я, у которых носки надеты черт знает как – правый с левым вечно из разных пар.
Именно в детстве нам пришиваются крылья. И от того, как крепко нам их пришьют, зависит вся наша судьба.
— Прочитать мысли невозможно. Ты и сам далеко не всегда можешь сказать, о чем сейчас думаешь. Мысль не всегда можно передать словами, и выражая ее через речь, ты, как правило, искажаешь ее.
Он был умен тем особенным мужицким умом, который в сочетании с дьявольской хитростью и чудовищным, слоновьим упорством создал ему репутацию экономического гения.
Никогда не думайте, что знаете себя слишком хорошо. Никогда не пренебрегайте шансом узнать себя с новой стороны.
– Ты опоздал! – заявила я, решив попробовать обвинить во всем его.– Я?! – усмехнулся он. – Ну, нет, дорогуша. Я, в отличие от некоторых непунктуальных девушек, явился даже на полчаса раньше. А вот ты не пришла. Думал даже, решила остаться дома. Пошел в знакомую забегаловку за ужином, возвращаюсь, а тут ты сидишь… такая гру-у-устная.– Я не грустила! – возразила я, стараясь не обращать внимания на его издевательский тон. – Прости, опоздала, но не специально. На работе задержалась.– Ах, да, митора следователь снова ловила очередного бедолагу мага? – иронично протянул Кел. – И как, удачно?– Отстань, – бросила я, отмахнувшись. – Я изучала дела. Да и вообще, мы договаривались, что о моей работе говорить не будем.
Мужики, рабочие – разумнее горожан. У городских – плоть хилая, умишко трёпаный, городской человек жаден, а – не смел. У него всё выходит мелко, непрочно. Городские ни в чём точной меры не знают, а мужик крепко держит себя в пределах правды, он не мечется туда-сюда.