— Считаю, что знания лишними не бывают. Полезны как для саморазвития, так и для самопознания.
Ведь такова болезнь самодержавия: Друзьям не верить, презирать союзников.
Что я помню о больнице, наверное, это помнят все: запах дезинфицирующих средств и звуки, издаваемые машинами. Большинством машин. Их пиканье. Такие же звуки издают только приборы в кабине самолета. Однажды я спросил летчика, что у них там пикает, и он ответил, что навигационное оборудование. В ту ночь я, помнится, думал, что в реанимационной палате очень уж много внимания уделяется навигации.
Не бояться своих истинных желаний и воплощать задуманное, требовало куда большей смелости, чем никому не нужный риск.
Любовь не даётся просто так, её надо заработать.
С этой крепко вбитой в голову мыслью я прожила большую часть семейной жизни.
Глупец видит три дороги, умный — тридцать три.
Детство... забавная штука... Ты знаешь про некое иное будущее, тебе про него регулярно напоминают. Но оно кажется таким далеким, расположенным на границе бесконечности. Ты не веришь в него до того дня, как оно сваливается тебе на голову и принципиально меняет правила игры.
я уставилась в ответ. У меня тоже был фирменный взгляд на примете.
Так Уточкин изучал кособокую шеренгу нашего курса в первый день занятий. Нет, он не пытался нас стыдить. Он унижал. Топтал. И спускал наш раскрошенный от страха позвоночник в штанишки. Таких как мы он ел на завтрак. После этого взгляда некоторым из нашего курса понадобились консультации с психологом, еще часть — сбежали из академии, зато выдержавшие обрели бетонное, непоколебимое самомнение и железные выдвинутые вперед челюсти. Чтобы перемалывать таких наглецов как Смайс.
Хорошо, когда люди друг друга понимают.
Неужто там произошла революция? В такую-то рань?
Если даже я выдам тебя замуж за местного, пусть храброго, пусть лучшего. Отдам ему управление нашей армией, чтобы он смог защитить тебя и весь Акизар… Это будет война, Айша. Понимаешь? Будут реки крови, моё княжество будет пылать в огне. Многие умрут… А у тебя и твоего мужа шансов выжить… Шансов выжить будет немного
«Сколько раз повторять, дорогая Ванда, что я не собираюсь тебя убивать? Ты разве ещё не поняла, что тебя я хочу видеть рядом? Ты создана для того, чтобы быть частью меня, милая, и не сумеешь избавиться от меня, даже если захочешь.
Время стало кислотой, разъедавшей застарелую рану. Оно не могло исцелить, только уничтожить.
Какой смысл в успехе, если им не похвастаться?
Женщина в любом времени хороша.
Только это понимаешь не сразу, а со временем.
Кто торопится жить, тот торопит разлуку
Пройдут годы, и за какую-нибудь полуистлевшую стрелковую карточку вашего командира взвода будут платить тысячи и рассматривать в лупу.
Я совершенно уверен в том, что настоящее счастье человеку приносят чудеса, сделанные его же руками.
Прощайте, мои светлые и темные образы, мои добрые и недобрые люди, или, лучше сказать, образы, в которых есть и светлые и темные стороны, люди, в которых есть и доброе и худое! Вы не великие герои, не громкие личности; в тишине и безвестности прошли вы свое земное поприще и давно, очень давно его оставили: но вы были люди, и ваша внешняя и внутренняя жизнь так же исполнена поэзии, так же любопытна и поучительна для нас, как мы и наша жизнь в свою очередь будем любопытны и поучительны для потомков. Вы были такие же действующие лица великого всемирного зрелища, с незапамятных времен представляемого человечеством, так же добросовестно разыгрывали свои роли, как и все люди, и так же стоите воспоминания. Могучею силою письма и печати познакомлено теперь с вами ваше потомство. Оно встретило вас с сочувствием и признало в вас братьев, когда и как бы вы ни жили, в каком бы платье ни ходили. Да не оскорбится же никогда память ваша никаким пристрастным судом, никаким легкомысленным словом!
— Я подлила тебе в еду белладонну, - прошептала я.
— Знаю.
— И заставила тебя заплатить за поиски Дороти.
— Все так.
— Не злишься?
— Нет.
— Я совсем не похожа на твоих женщин, особенно на рыжеволосого питомца. Со мной просто не будет, это я тебе как черная ведьма в тринадцатом поколении говорю.
— Непросто? - тихо хмыкнул Уильям. - Какое счаcтье, что мне нравится преодолевать труднoсти.
«Лучше несколько счастливых дней, чем пустота длиною во много лет»
Кузя ... предпочитает проводить время во дворе. Не рановато ли парню по кошкам шляться? Да и месяц, вроде не март. С другой стороны — алименты с него никто спрашивать не станет. А дворник недавно пожаловался, что Кузьма сожрал белку, забежавшую из Таврического сада, от нее только хвост остался. Ерунда полная. Белка не мышка, здоровенная, куда же Кузеньке такую съесть? Но если сожрал, то сама виновата. Пусть родственники белки жалобу на рыжего пишут, я разберусь, и отказ напишу.
Между тем они подошли к старой колдунье, которая сидела и курила при свете цветных фонариков.
– Вот Спаситель! – крикнула ей Эвелина в самое ухо. А брату сказала: – Наклонись. Она хочет с тобой говорить.
Он нагнулся, и колдунья чуть слышно проскрежетала:
– Под землей радости нет.
То был креольский вариант того, что сам Спаситель написал на волшебном листке: «Любить надо сейчас».
Счастлив зверь, все принимающий как должное: так – значит так, значит, так тому и положено быть! У людей столь счастливой способностью наделены только дети, еще не опутанные знанием и жизненным опытом. И мудрецы, уже вырвавшиеся из этих пут и сумевшие понять: чем больше знаешь, тем чаще нарываешься на нечто, не пролезающее в ворота известных законов; и когда это происходит, нужно брать топор и должным образом подтесывать ворота, не пытаться силком вгонять в них окружающий мир.
О людях надо думать плохо! Тогда ты будешь ими только очаровываться. Что бы они ни сотворили, ты все равно будешь оценивать их в позитивную сторону. Например, украли? Вот и чудненько, что не убили, я-то худшего ожидала. Подставили? Хорошо, что не покалечили!