Я бьюсь напрасно и многое упускаю.
"В мире, где так много законов и правил, так просто сделаться нарушителем."
Растущая луна. Рассерженная кошка. Перо на ветру. Наступает осень. Умирает трава.
Чтобы понять кого-то — надо понять, что он ест!
— А вы всегда задаете вопросы так прямолинейно? — теперь он уже откровенно улыбался.
— Это лучший способ получить ответ!
«Относитесь ко мне хорошо, и тогда я к вам буду относиться хорошо. Честно сказано, не так ли?»
- Поумнеют, рано или поздно...
- Только бы слишком поздно не было.
— Почему это невозможно для тебя, а Рафаэлю все дается так легко? Он тоже исполняет большую работу, и с высоким мастерством, и все же он каждый день бывает на обедах то в одном, то в другом дворце, ужинает с близкими друзьями, ходит на спектакли и только что купил чудесный дом в Трастевере для своей новой дамы сердца. Ты не будешь оспаривать, что он живет полной жизнью. Заказы предлагают ему чуть ли не каждый день. И он ни от чего не отказывается. Почему же он все это может, а ты нет?
— Честно говоря, ваше преосвященство, я не знаю, как вам это объяснить. Для Рафаэля работа над произведением искусства — это вроде яркого весеннего дня в Кампанье. Для меня — это трамонтана, холодный ветер, дующий в долины с горных вершин. Я работаю с раннего утра до наступления темноты, потом при свечах или масляной лампе. Искусство для меня — это мучение, тяжкое и исступленно радостное, когда оно удается хорошо. Искусство держит меня в своей власти постоянно, не оставляя ни на минуту. Когда я вечером кончаю работу, я опустошен до предела. Все, что было у меня за душой, я уже отдал мрамору и фреске. Вот почему я не могу тратить своих сил ни на что другое.
— Даже тогда, когда это в твоих же жизненных интересах?
— Самый жизненный мой интерес — это как можно лучше исполнить свою работу. Все остальное проходит как дым.
“Нани Тамар говорила – любовь – это все. Это то, ради чего стоит жить. Ты маленькая, ты еще ничего не знаешь. Потом меня поймешь. А сейчас просто запо-мни – любовь – это то, ради чего стоит жить.”
На стене сеновала под самым потолком кто-то вырезал на дереве надпись «Любимая Каролина 1868». Каролина была мертва уже больше ста лет, но она прошептала мне из стен о том, как было на Олуддене в старые добрые времена…
Свобода странная штука. Слишком похожа на одиночество.
Аглая вдруг прыснула со смеху, совсем как ребенок.
- Знаете, для чего я сейчас солгала? - вдруг обернулась она к князю с самою детскою доверчивостью и еще со смехом, дрожавшим на ее губах. - Потому что когда лжешь, то если ловко вставишь что-нибудь не совсем обыкновенное, что-нибудь эксцентрическое, ну, знаете, что-нибудь, что уж слишком редко, или даже совсем не бывает, то ложь становится гораздо вероятнее.
– Перчатки упаковала?Я отдала ей половину своих.– Да, босс, – хмыкнула она, продолжая качать мышцы живота.И вдруг села, посмотрела на меня, вышедшую из душа и на ходу вытирающую волосы, и сказала:– Картнер, а давай мы из тебя женщину сделаем.– Спасибо, мне и так хорошо, – заверила я.
А я почему-то подумала, что он просто обалденный мужчина… когда не совершает резких движений.
Глупо это с вашей любовью вышло. Что значит - сами испортили? Она что, не видела, как вы ее любите?
– Может, с ананасами? – предложила Хизер.
– В пицце? – ужаснулся Брэд. – Я живу с мышами-мутантами и не собираюсь еще и пиццу мутантскую есть.
- Ну что ты?! Я за женщин порадовалась.
– Домой придем, за себя порадуешься, – тут же утешил меня соседушка. – А мне такого счастья не надо, денег у меня нет.
– Ну что ты, я даром. И все в полной мере и с добавкой. – Добрый такой? – поинтересовалась я.
– Когда дело касается тебя, то очень. Так и плющит от доброты уединиться с тобой и выдать по максимальной программе.
Одиночество – изнанка свободы.
«ТАСС уполномочен заявить, что на днях советская контрразведка разоблачила и пресекла операцию ЦРУ, направленную как против Советского Союза, так и против Нагонии, с которой нашу страну связывает договор о дружбе и взаимной помощи. Вся ответственность за попытки продолжать такого рода операции, заимствованные из арсенала „холодной войны“, ляжет на тех, кто намеренно мешает развитию и укреплению добрососедских отношений между советским и американским народами».
«Он был таким же, как прежде. Всегда бил по самому больному месту. Как дикое животное, которому необходимо утвердить свое превосходство и способность вытерпеть больше других».
Покорённая вершина — возможно, всего лишь последний шаг перед спуском.
Я помнила слова и мелодии сотен песен, могла воспроизвести по памяти целую симфонию — у себя в голове.
Реальность, которая кажется сделанной из той же ткани, что наши сны
Еще один маленький мальчик нашел книгу без ценника и рассказывал своей сестре, что именно так мы "вынуждаем людей покупать книги": Чтобы они подходили к прилавку и спрашивали, сколько стоит книга, а мужчина - полагаю, отец мальчика - спросил: "Ваш магазин называется The Bookshop, потому что в нем полно книг?" На что живут эти люди?
– Потрясающе! Айра, ты меня во второй раз поражаешь! Вернее, вы оба! И за это я, так и быть, подыщу тебе что-нибудь по теме! Эй, Кер, ты ведь за книгами привёл хозяйку?
Айра, занёсшая руку, чтобы погладить заботливого приятеля, неожиданно нахмурилась.
– Я ему не хозяйка, – крыс в это время приподнял голову и очень внимательно на неё посмотрел. – Конечно, он очень мне помог сегодня: и днём, и сейчас, когда привёл сюда, но я ему не хозяйка.
– Правда? – хитро наклонил голову призрак. – А он, как мне кажется, так не считает.
– Он мой друг, – твёрдо сказала она, приподняв грызуна и тоже пристально посмотрев. – Хороший, заботливый и внимательный друг, который подумал о моих проблемах больше, чем я сама. Не знаю, откуда он взялся, но я ему очень благодарна. И буду рада, если он и дальше со мной останется.