Но все, на что я оказывался способен, – это досада, жалость, белое каление беспомощности. В делах умирающей дружбы эти элементы выпадают в осадок и обрекают тебя на провал
Большие губы,мокрые и оттопыренные,а также выступающие зубы делали его похожим на лошадь.Правда,лошади гораздо симпатичнее.
Тем не менее вечер получился приятный, и, когда ужин кончился, у меня осталось чувство недоумения, как можно столь легкомысленно позволять некоторым людям исчезать из твоей жизни?
Живи, пока не умрешь.
Ему нравилось обижать меня, очень часто его шутки перерастали в оскорбления. Стараюсь вспоминать больше таких моментов, чтобы меньше по нему скучать.
Не помогает.
Можно одновременно любить и ненавидеть! Боль утраты – как удар в живот, жгучая обида – как ответный удар. Этот мужчина – самое лучшее и самое худшее, что случилось в твоей жизни. Ты давно решила уйти, и все же, вспоминая его прикосновения, теряешь голову даже год спустя…
Ничто так не сближает двух людей, как общее преступление.
. Да, материнство – это просто капкан, который природа придумала для своих не слишком удачных детей-человеков. Человек заранее обречен любить дитя, рожденное от плоти и крови своей. И не имеет значения, здоров его ребенок или болен, покладист или задирист, умен или недоразвит. Такая вот не ждущая награды безусловная любовь.
Я впустила его в свою жизнь, а он снова сделал мне больно.
Когда– низводят до вещи, это развращает. Те, кто сейчас обладает властью, считают, что презирают они лишь рабов… Глупость. Друг к другу они точно так же относятся
…один дурак столько задаст вопросов, что сто умных не справятся ответить.
Как вообще начинаются войны? Ибо любая новая война, похоже, является следствием предыдущих.
“Жалость к себе и ненависть шли рука об руку через сад, словно два сумасшедших без санитара.”
Я для себя решил, что наша жизнь слишком противоречивая вещь, чтобы быть единственным предназначением в этом мире. Это же скучно считать, что из миллионов лет человеческой жизни, ты появился один раз на какие-то восемьдесят лет, если повезет, и все. Должен быть шанс, и не один. Хочу верить, что мое «я» существовало всегда, и будет существовать вечно.
Был показательный эпизод из воспоминаний Юрия Олеши. Он предлагал Маяковскому купить рифму: «МедикАмент — медяками». Маяковский давал всего лишь рубль, потому что рифма с неправильным ударением. На вопрос: «Тогда зачем вы вообще покупаете?» — Маяковский отвечал: «На всякий случай».С Пастернаком получалось так, что им были скуплены все рифмы «на всякий случай».Сколько ни в чем не повинных слов русского языка страдало от жестоких побоев и ударений. За местоимение «твои» приняло муку «хвоИ». По преступному сговору с поэтом «художница пачкала красками трАву», чтобы получить «отраву». «Гамлет» наверняка не подозревал, что «хрАмлет» (очевидно, хромает). Рожденные избавлять от страданий, «страдали… осенние госпитАли». «Сектор» превращал нектар в «нЕктар».Созвучий не хватало, и злоумышленник совершал невозможные сводничества, например рифмы «взмаху — колымагой», «бухгалтер — кувалда». Или вообще поступал гениально просто: «скучный — нескучный».С распухшим слогом маялись «сентяб-ы-рь», несколько «люст-ы-р» и «вет-ы-вь».Обычным делом было живодерское, совсем не айболитовское пришивание к анапесту, как зайцу, дополнительных стоп — «и небо спекалось, упав на песок кро-во-ос-та-на-вли-ва-ю-щей арники». Не в силах отомстить в анапесте «нынче нам не заменит ничто затуманив-шегося напитка», язык все же иногда давал сдачи.Зверски замученный ямб вдруг изворачивался и жалил палача. Тогда из «рукописей» вылезали половые органы-мутанты: «…Не надо заводить архивов, над руко-пИсями трястись…» Или поэт, того не желая, с возрастным шепелявым присвистом просил художника не предавать дерево: «…Не предавай-ся-сну…»На каждом шагу случались артикуляционные насилия: «…Попробуй, приди покусись потушить…» или «…И примется хлопьями цапать, чтоб-под-буфера не попал…», соперничающие с «бык-тупогуб-тупогубенький бычок…»В логопедической муке: «Пил бившийся, как Об лед, отблеск звезд» — рождался таинственный КакОблед, открывая кунсткамеру компрачикосов. В ее стеклянных колбах находились «застольцы», «окраинцы» и «азиатцы», — чтобы у последних получилось «венчаться». В химическом растворе висел Франкенштейн поэтической инженерии: «Тупоруб», — рожденный из «поры» и сослагательного наклонения: «…Мы-в-ту-пору-б-оглохли…»Ради сомнительной рифмы к «ветер» наречие «невтерпеж» безжалостно усекалось до «невтерпь». «Личики» кастрировались до «личек», иначе не клеилось с «яичек». Были «щиколки» вместо «щиколотки»; подрезанное в голове — «вдогад» ради «напрокат». Попадались и тела, с трудом поддающиеся опознанию: «всклянь темно».
Пока мы живы, нам нужно довольствоваться тем, что мы имеем и чего можем добиться, приложив умеренные усилия.
«Я бываю искренним, лишь когда издеваюсь»
Все таинственные обстоятельства всегда имеют логичное объяснение.
Те же, кто состоит в браке много лет, будто перестают замечать физическое присутствие друг друга, ведет себя так, как если бы рядом никого не было, говорят вслух, не ожидая ответа, и вообще наслаждаются всеми прелестями уединения без одиночества.
Асексуальность подразумевает множество других негативных ассоциаций: бесстрастность, закомплексованность, скука, робость, холодность, ханжество, фригидность, недостаток, слабость. Эти слова, особенно «слабость», асексуалы постоянно используют, чтобы описать, как их воспринимают и заставляют себя чувствовать.
— Сотильо был всегда со мной очень любезен, у Гулдов и в клубе. Не могу себе представить, как он осмелится взглянуть в лицо своим здешним друзьям.
— Для начала он несомненно некоторых из них расстреляет, чтобы избежать неловкости при первой встрече, — сказал доктор.
— Леня. – Ювелир снова поморщился. – Прошу вас, выбирайте выражения! Подделка – это совсем другое. Подделки изготавливают жалкие халтурщики, чтобы провернуть грошовую аферу. Имитации ювелирных изделий выполняют настоящие мастера, профессионалы. Имитации делают обычно для владельцев подлинных украшений, слишком дорогих для того, чтобы носить их на балы и приемы. Настоящее изделие хранят в сейфе, а на люди дама выходит в имитации… Это широко принятая европейская практика, так поступают даже коронованные особы…
... напоминаю тебе, что помогать людям — это всего-навсего твой прямой долг. Не воображай, что ты божий избранник. Оказывать помощь может любой. Для этого вовсе не требуется героических подвигов и незачем кого-то удивлять, незачем блистать в обществе.
Надо уходить вовремя, под аплодисменты. А то рискуешь уйти под хохот.
Наконец, он изо всех сил возненавидел новые поколения — пласты жутких невежд, испытывавших желание громко говорить и хохотать в ресторанах и кафе; они вас толкают, не извиняясь, на тротуарах, они швыряют вам под ноги колеса детской коляски, не соизволяя попросить прощения, ни даже приветствовать.
Пишется жизнь, не требуя слов, умения и желания, пишется на неведомых носителях.