Иногда зная о предстоящей разлуке с любимым, люди не в силах что-либо изменить. Тогда глупцы стараются не запустить любовь в сердце, чтобы жить потом, сожалея, а мудрые останутся вместе на миг, чтобы жить этим мигом всю жизнь даже порознь.
Часовня Виндзорского замка. Сквозь стрельчатые окна падают на пол снопы золотого света. Кружатся, танцуют пылинки, потревоженные незваными гостями, пахнет ладаном и немножко медом. Ах, эти сладкие, детские сны, чистые воспоминания о временах невинности, когда суровый Виндзор был лучшим местом в Англии, а новая юбка из хрустящей парчи – самой главной мечтой.
Все основные начала, которыми руководствуются земные людские сообщества, – это все еще в значительной мере ложь. Тут и лживые теории о неизбежности различий между нациями и странами, и лицемерное распределение функций и власти при монархии, и всякие ложные научные теории, религиозные и моральные догмы и прочий обман. И человеку приходится жить среди всего этого, быть частицей всего этого! Его изо дня в день ограничивают, сковывают, мучают, убивают все эти бессмысленные фикции…
Ложь – высшее преступление! Как это просто! Как это верно и необходимо! В этой мысли – основное отличие научно организованного всемирного государства от всех ему предшествовавших.
Чёрная метка – это не приговор, а предупреждение. И хуже всего то, что ты никогда не знаешь, кто её поставил и когда она сработает.
— А ты какими судьбами? — Сам в шоке, — нервно сказал лис, закрывая за собой дверь и с явным облегчением скидывая непарный ботинок. — Увидел, что тебя воруют, и только одна мысль в голове — не упустить заслуженную премию. Бросился в воду и поплыл к «Летучему». Как за него зацепился — сам не пойму. — Герой, — искренне сказала я. — Согласен. Прыг и я в воде! По уши… С моей жадностью надо что-то решать. Даже самым лучшим качествам должен быть предел….
– Иногда мне кажется, что те, в ком нет сумасшедшинки, не способны быть счастливыми.
– Почему?
– Слишком пресная жизнь.
– Они видят в этом счастье. Спокойствие и благополучие. Все предсказуемо, все предусмотрено, все рассчитано.
– Тишина и покой.
– Ага.
– Как на кладбище.
Знание есть правда.
- Я раньше думал, глупость не грех, а несчастье. Теперь переменил мысли. Глупость - большой грех, потому что содержит в себе самоуверенность, то есть гордыню.
…начинать жить лучше с любовью и дружбой, чем со статьей
... вряд ли сумасшедшую ведьму возьмут на учет. И на общественных работах она ни к чему... ее прямиком отправят на костер или что у них там... В селе просто, а здесь, наверное, какой-нибудь гуманный электрический костер... Ведьма-гриль...
Зорька встрепенулась, заволновалась и задергалась. Не сразу Дмитрий сообразил, что это она пытается вздыбиться или поддать задом: брыкалась кобыла столь же лениво, как шла. Когда он осадил ее, гнедая оглянулась с явно отпечатанным на морде изумлением. Кажется, впервые в жизни ей достался наездник, который знал, как обращаться с верховыми. Жаль только, саму Зорьку никто не предупредил, что она — именно такая.
Ей придется смириться с тем, что я стану самостоятельной и независимой от нее.
– А отец?
– Его сейчас нет на планете. Он занимается одной из своих разработок на научной станции и временно отсутствует. Не представляю, как ему удается каждый раз определять, когда нужно уехать.
- Финал обязательно есть, - сказал он. - Хоть и без вывески "Конечная станция". Ты когда-нибудь видела лестницы с надписями "Эта ступенька - последняя"?
Иногда мне казалось, что нас всех затянула пучина горя, но мы отказываемся признаваться остальным, что идем на дно.
Элина полезла в сумку, достала купюру и протянула её консьержу, который продолжал улыбаться.
- Ну, что Вы, зачем это, закудахтал консьерж.
- Берите, берите, в нашей юности говорили: "Лучше маленькая трёшечка, чем большое спасибо"
Недостаток информации заставляет действовать вслепую, избыток информации ослепляет.
То, что это никому не удалось, еще не значит, что этого нельзя сделать.
– Вы всегда находите и повод, и вино. – Повод без вина – это страдание, вино без повода – пьянство.
Там, где людям не выжить, богам делать нечего.
Человек - такая свинья, ко всему привыкает. Даже к постоянному стрессу.
И да начнется бой! - проорал кто-то из распорядителей.
Я думала - начнется. Повернулась к нежити в ожидании начала избиения моего маленького зомбика и поняла, что Гобби решил как и я. В смысле что бой уже начался. Иначе как объяснить, что мое умертвие вдруг повернулось к соседу слева и со всей силы как залепило поджопник монстру.
Все ахнули. Нет реально - все ахнули. И зрители и участники и даже бойцы потрясенно повернули страшные морды и посмотрели на Гобби. Мое умертвие выдало известное 'Ыыы', развело руками, мол 'Простите, думал уже пора бой боевать' и встало в строй.
И все равно злилась. До скрипа в стиснутых зубах. До того, что сожрала весь пластиковый контейнер салата сидя у Багора на кухне и даже не заметила уже приготовленного для меня роботом стейка. Удивительно, как я в таком состоянии еще пластиковый контейнер не сжевала.
- Хорошо, - в третий раз согласилась я. Просто идеальная средневековая женщина. Почтительная и покорная.
Если был в твоей жизни человек, а потом его не стало и в груди у тебя образовалась зияющая брешь - это любовь?
Любовь всегда катастрофа. Вот почему с ней так интересно.