Малым умам любое мастерство будет казаться волшебство.
-А почему Сверло-Коптищев без сознания? - поинтересовался доктор.
-Они... они от комара отмахивались... - прошелестел камердинер. - И не рассчитали... Рука-то в гипсе!
просто надеясь, ты сидишь сложа руки. А это уменьшает шанс на благополучный исход.
Годы все меняют, многое уничтожают, с годами копятся тревоги и заботы: вот они опять тут как тут.
Колетт была влюблена в саму любовь — но не в своих любовников.
Да уж, иногда счастье сваливается на голову так неожиданно, что не успеваешь отскочить в сторону.
– Продолжайте хотеть, – говорю. – Хотение – вещь безобидная.
Некоторого восстановления численности вида часто бывает недостаточно, чтобы спасти его от исчезновения, не говоря уже о том, чтобы сохранить весь набор культурных элементов, необходимых ему для выживания.
Он вспомнил все те случаи, когда он легкомысленно злословил о других людях. Его собственная особа всегда казалась при этих разговорах священной. В теории знаешь, что другие говорят о вас так же пренебрежительно, как вы сами говорите о них. На практике же этому трудно поверить.
— Я хочу дать тебе то, чего ты желаешь. Уверена, что тебе нужна свобода?
Нельзя ссылаться, как на доказательство, на свидетельства толпы, ибо проверить их невозможно.
— Могу я узнать, сколько у вас дочерей? – он позволил себе проявить любопытство.
— Сорок две, - невозмутимо ответил фасих.
Теярец вначале даже с шага сбился, но затем оценил масштаб любвеобильности фасиха, и мысль о мужественности, столь лукаво подмеченной авийцем, начала несколько удручать.
…глубокие чувства похожи на порядочных женщин; они страшатся, как бы их не обнаружили, и проходят через жизнь с опущенными глазами.
Ядами не торгую. А менее радикальных средств от жен еще не придумано.
Когда оба родителя говорилиодно и то же, Глеб склонен был думать, что они правы. Недаром учительница общаги, старушка с гнусавым голосом, часто повторяла: «Всегда старайтесь смотреть как минимум два, а лучше три источника».
...А я несчастна — даже самой себе боюсь признаться, как несчастна! И гордость не приходит мне на помощь. Она ввергла меня в эту беду, но не хочет выручить.
Чтобы испортить настроение целому собранию хорошеньких женщин, достаточно появления более красивой, в особенности если в их обществе всего лишь один мужчина.
Дой Бог, чтобы эта повесть принесла долю пользы, показав читателю, что хоть люди порочные иногда могут доставить огорчение добрым, но власть их непрочна, мимолетна и наказание неминуемо и что невинность хотя бы и терпела угнетение от несправедливости, но в конце концов всегда восторжесвует над несчастием!
Чтобы побороть чудовище, нужно самому стать чудовищем.
Он трусом себя не считал, он никогда не трусил. Но... Иногда осторожничал. Как сейчас, например. Кто его знает, этого навороченного хахаля - шепчет кому- нибудь, а потом проснешься на дне реки покойником. Мало, что-ли, людей пропадает?
хотя мелкие услуги могут быть приняты благосклонно, а легкие обиды искуплены, однако нет на свете негодяя более неблагодарного, чем тот, к кому вы отнеслись с наибольшим великодушием, и нет врагов более неумолимых, чем те, что причинили вам величайшее зло.
Почему же сейчас такой смелостью сверкают глаза Оли?
Читатели, конечно, догадались почему. Потому что, несмотря на свои недостатки, Оля была пионеркой. И теперь она была полна только одним чувством – тревогой за жизнь угнетённого мальчика.
— Здесь едальня для питомцев и их хозяев. Такой концепт. Можно есть, сидя за одним столом. Очень сближает с любимцами.
Она с нескрываемой гордостью воззрилась на шатер, рядом с которым стоял указатель «Здесь кормят всех». Какое странное негигиеничное поветрие! Если бы кот Франки залез на стол во время семейной трапезы и попытался намекнуть, что обедать с питомцем из соседней тарелки — модно, то однозначно получил домашней туфлей наглой рыжей морде. И не раз.
- Дома всегда лучше! - горячо ответила девочка.
Страшила лукаво улыбнулся.
- Солома, которой я набит, выросла в поле, кафтан сделал портной, сапоги сшил сапожник. Где же мой дом? На поле, у портного или у сапожника?
“Рабство было уничтожено, потому что люди научились уважать человеческую личность. По той же причине перестали казнить детей и был установлен хабеас корпус, и теперь люди хотят достичь справедливости для всех или по возможности приблизиться к этому. И в наше время большинство тех, кто выступает против смертной казни, хотят того же, не столько в интересах казнимого, сколько в интересах общества, которое, отнимая у человека — у любого человека — жизнь, тем самым наносит непоправимый вред себе, то есть каждому из нас.”