Стремительным движением он подался вперед, вжимая меня в кровать, и поцеловал. Чувственно, стpастно, неудержимо приятно, успокаивающе. Так, что я тут же поверила, что это не какой-то закоулок разума, а самая настоящая реальность. Поверила и больше ничего не боялась. Не подозревала , что поцелуи могут иметь такой эффект.
... раскаяние должно нести в себе нечто большее, чем угрызение совести, - оно должно служить указанием на изменения в природе неба, которого алчет душа...
«Давай-давай, - мысленно усмехнулся адмирал, - пока будешь очаровывать меня, сама вряд ли сможешь равнодушной остаться!»
Но знайте, поэзия везде, где только нет дурацкой и глумливой улыбки человека, с его утиной рожей.
We are apt to be kinder to the brutes that love us than to the women that love us. Is it because the brutes are dumb?
«Покалывает что-то в груди. То ли материнский инстинкт, то ли невралгия. Таких чувств во мне больше никто не вызывает. И выражение «Дети- цветы жизни» я считаю бессмысленной комбинацией слов. Цветы жизни, очевидно, не дети, а нормальные, обычные такие цветы - ромашки там, гладиолусы, лилии. Ну, или лизиантусы, у кого вкус повзыскательнее»
Не одним псам свойственно, объевшись, грозно рычать над тем, что сами они проглотить не в силах, — лишь бы не уделить кусочка голодному собрату.
Худшее из мучений в тюрьме — это невозможность запереть свою дверь
Поначалу, когда человек оказывается вдруг один после долгого пребывания вдвоем, ему кажется, что чего-то недостает для его существования. Дураки принимают это за проявление любви – они ошибаются. Болезненное чувство пустоты – это лишь результат привычки, которую противоположная привычка стирает скорее, чем об этом думают.
Измена зарождается в сердце прежде, чем проявляет себя в действии.
Лютик, ты циник, свинтус, бабник и лжец. И ничего, поверь, ничего сложного в тебе нет.
Наверное, Леонида Гайдая нельзя было назвать библиофилом, но к книгам он относился с почтением. Например, следил за тем, чтобы книжные полки у него дома не были заставлены ничем посторонним — ни фотографиями, ни статуэтками, ни прочими предметами.
— Книги — для того, чтобы их читать, — говорил Леонид Иович. — Поэтому они всегда должны быть на виду.
Стабильность – это заповедник для тупиц
Когда два года назад Тихон понял, что взрослым можно говорить нет, началась война за переезд к настоящему папе.
Все в руках человека, и все-то он мимо носу проносит, единственно от одной трусости. это уж аксиома. Любопытно, чего люди больше боятся? Нового шага, нового собственного слова они всего больше боятся
Находясь в порядке, ждут беспорядка; находясь в спокойствии, ждут волнений; это и есть управление сердцем.
Находясь близко, ждут далеких; пребывая в полной силе, ждут утомленных; будучи сытыми, ждут голодных; это и есть управление силой.
Боль – это событие. Которое происходит с тобой и справляться с которым ты должен в одиночку – любыми доступными тебе способами.
Маленькая червоточина оказалась роковой для громадного судна.
Так и в душе. Один червячок страсти, если его не истребить вовремя, может размножиться в громадном количестве, порождая новые пороки, захватывая все стороны души и подтачивая ее здоровые ткани.
Ага, я всем друг, кроме тех, кому враг.
Гибок язык человека; речей для него изобильно
Всяких; поле для слов и сюда и туда беспредельно.
Что человеку измолвишь, то от него и услышишь.
- Вы слишком много спорите. - Нет, не много, - возмущенно начал Майлз. И замолк.
Я не могу рисковать, оглядываясь на прошлое ничего хорошего из этого не выйдет.
– О вкусах не спорят, – чопорно произнесла она.– Безусловно, – согласилась Дениз. – Правда, некоторые вкусы все же предпочтительнее.
Когда-то мы думали выращивать шелкопрядов в пустой комнате. Но так никогда этого и не сделали. О, сколько же всего так никогда и не делается!
-Да, каждая деревня это целая планета,- произнес Луначарский, поднимая бокал.
-Но и каждая планета - деревня,- добавила Элли