В смехе в одиночку всегда есть толика отчаяния.
Женщинам никогда не понять мужчин.
Сидишь дома – скучная. Работаешь – карьеристка.
Они всегда придумают для себя оправдание, чтобы найти замену.
Куда ни посмотришь, везде видишь людей с поврежденными мозгами.
– Сожалеть о том, что ты не можешь исправить, – напрасная трата времени, – рассудила Александра. – Если что-то не сделал – сделай это, вот и все.
Вторых эшелонов в дивизии, в полках и батальонах, как это предусмотрено в Уставе, при обороне не было. Дивизия была вытянута в ниточку на протяжении 60 километров.
Если противник прорвет эту ниточку, нужно свежими силами восстановить положение. Но для парирования удара противника ни в распоряжении генерала Панфилова, ни в распоряжении командиров полков и батальонов не было резерва, не было вторых эшелонов.
Именно наши привязанности к тем или иным вещам формируют львиную долю наших поступков а значит, по большому счёту, формируют и нашу жизнь. Кому-то нравится спорт, кому-то книги, кто-то без ума от собак. Иной предпочитает наркотики, для кого-то нет ничего милее интриг и политиканства. И таких привязанностей миллионы, при этом они характерны для большинства людей. Причём вред всего этого ещё и в том, что привязанности отнимают у нас массу энергии, они постоянно требуют от нас нашего внимания. Это настоящие ловушки внимания. При этом жизнь обычного человека в основном и состоит именно из таких ловушек, он переходит от одной к другой, жертвуя каждой частичку своей силы. Это истощает нас самым чудовищным образом, а если человек не имеет энергии, то он, соответственно, и неспособен влиять на свою жизнь. Лабиринты крепко держат его в своих тисках, не оставляя человеку ни единого шанса. Именно поэтому дон Хуан советовал Кастанеде избавляться от привязанностей, очищать свою жизнь от лишнего хлама. Только тогда у нас появляются силы, только тогда мы можем реально влиять на свою судьбу.
– Я, девочки, когда пойду себе отпуск просить, тоже не буду краситься, – Света посмотрела на себя в небольшое зеркало, которое постоянно стояло у нее рядом с компьютером. – Цветущий вид говорит начальству о том, что не все еще соки из тебя выжаты.
Выходит, он на самом деле её любит, потому что только любящий человек может быть счастлив в такой момент. Только искренне любящий будет радостно ухмыляться, даже если только что выяснил - сам он не сможет улететь с необитаемой планеты и будет вынужден остаться здесь и надеяться на чужую помощь.
Огонь - не вода, охватит - не выплывешь.
Джон даже не подозревает, насколько у нас серьезно с Бастиком. Нет ничего более серьезного, чем денежно-договорные обязательства.
...здесь я помочь не могла, разве что доломать...
Чем больше человек любит себя, тем сильнее к нему тянутся люди.
Мой муж дракон. Меня невозможно испугать шкурой дохлого волка и шипами в волосах...
Не беда, если не знаешь, куда идешь – хуже, когда идти уже некуда. Вставший на путь испытаний не сойдет с него, даже пройдя до конца.
…Ибо путь бесконечен.
Настоящий ужас — это не когда тебе страшно, а когда у тебя нет выбора.
Хорошее большей частью проходит бесследно, злое же всегда влечет за собой последствия.
Похоже, я совершила классическую ошибку большинства женщин, которые полностью игнорируют то, что мужчина говорит и делает, а прислушиваются исключительно к зову своего сердца, коварно нашептывающему: «Со мной всё будет по-другому».
Мама у нас вроде жокея. Чуть-чуть изменится голос – и мы живенько меняем курс, точно лошади на скачках.
Будущее и судьба зависят не только от странствий, но и от выбранной цели.
Нет ничего столь саморазрушительного, нет чувства столь же презренного как ревность.
...дороже глупости обходится только доброта.
“Как много изощренных пыток готовит нам любовь…”
Меня зовут Дон Тиллман, и я алкоголик. Эти слова произнеслись в моей голове, но я не произнес их вслух. И не потому что я был пьян, - хоть это и правда. Просто мне казалось, что стоит только их произнести, как они обернутся правдой.
Когда будущее неопределенно, трудно жить в настоящем.
После долгожданных взаимных соглашений молодоженов, обеими сторонами была подписана соответствующая бумага о добровольном согласии на пожизненное рабство и произведен обмен кандалами.