Industriae nil impossible— для прилежного нет невозможного.
Я и вообразить не могу ничего страшнее Вечности, заполненной совершенно одинаковыми людьми.
Да, посмотрим ещё, к кому повернёт своё личико эта ласкавшая его доныне распутница-фортуна...
У нас нет заучивания, — повторил он, и Грэхэм понял эту фразу в том смысле, что теперь нет напряженного умственного труда.
Cопротивление всегда утомляет.
некоторые вещи слишком ценны, чтобы ими рисковать.
Я раньше думал , что архангелы неподкупны, но они неплохо поработали, чтобы избавить меня от этой иллюзии. Я видел , как они мутили со смертью, видел много других серьезных нарушений закона с их стороны.
– Завоеватель, – тихо произнес он.
– Как семена, которые разносит ветер. Куда бы Химера ни приземлилась, на любую планету, в любую солнечную систему, она будет заражать местные виды. Добавлять их ДНК в свой геном. Чтобы приспособиться к новому дому, ей не понадобятся миллионы лет эволюции. Она пустит в ход все генетические инструменты, унаследованные от местных видов, и выживет.
Вот оно как в жизни бывает, как мать моя говорила: кинь хлеб за лес - потом найдешь. Кто бы мог подумать, что с тебя такой добытчик объявится?
Закон жизни: требуй больше, чтобы вообще хоть что-то получить.
Книги живут, лишь пока их кто-то читает.
Для высокоорганизованного разума смерть – это очередное приключение.
- А может, я поужинаю в карете? – предложила я. По-моему, вполне резонно. Зачем драконов смущать неизвестно откуда взявшейся девушкой?
- Может, - согласился Алшаэн. – Только не уверен, что ночью, если ты вдруг решишь выйти из кареты, никто тебя не прирежет и огнем не сожжет.
- Драконы настолько кровожадны?
- Мы в чужом королевстве, - принц пожал плечами. – Сама подумай, как можно расценить неожиданное появление демоницы в нашем лагере?
Я подумала. И чуть не подавилась нервным смехом. На заинтересованно-вопросительный взгляд пояснила:
- Честно говоря, здесь вариант с «забралась, чтобы убить принца» не слишком правдоподобно выглядит. Скорее уж совратить всю делегацию.
- Тогда тем более незачем сидеть в карете! – весело заметил Алшаэн. – Отсюда делегацию не совратишь.
В смутное время вождь во многом определяет будущее племени. Дурак зазря угробит все и вся, а умный выскочит сухим из воды и выведет остальных.
Боль - неотъемлемая часть взросления. Именно так мы учимся.
-Умно. Но ты серьёзно сломала кровать?
-Благодарю. Понравилось меня переодевать?
- Я предпочитаю кого-то в сознании, - едко отвечает он.
-И любишь быть за главного, - киваю я на свои скованные руки.
У меня мурашки побежали по коже оттого, что я стою ночью в полной тишине среди тысяч и тысяч книг.
В его мыслях их отношения неслись вперёд с огромной скоростью, и он не был уверен, как ему себя вести. Это была неисследованная ранее территория, и он испытывал все те опасения, которых следовало ожидать, отправляясь в неизвестность.
Феминистки менее склонны поддерживать старомодные сексуальные сценарии, более склонны заниматься сексом ради удовольствия, нежели из уступчивости, и они испытывают большее сексуальное наслаждение благодаря повышенному осознанию собственного желания.
Хомяк выбрал момент исключительно точно: меня не было дома. В свое убежище за плиту унес и спрятал неправедно добытое с журнального столика печенье, мармеладину — и, я думаю, немало кошачьих сухариков. И снова принялся вести антиобщественный образ жизни, промышляя мелким воровством, а иногда даже настоящим разбоем.
Вот в этом окружении я и засыпал вечерами – в полутьме, где время от времени щелкал, нарушая звучание музыки, кремень дедушкиной зажигалки.
Подмастерье разместили посередке. Втроем на одной кровати нам явно было тесновато. Я только ждала удачного момента, чтобы отправить Ирвина спать на коврик перед камином, но он как почувствовал неладное и притворился мертвым. Лежал на спине и не шевелился.
Едва лампа потухла, между нами с Этаном началась яростная борьба за «место под солнцем».
Когда перестаёшь расти, начинаешь умирать.
То, что вы враг моего врага, не означает, что мне вы друг
...слава мешает и теснит, безвестность же, как туман, обволакивает человека: безвестность темна, просторна и вольготна, безвестность оставляет духу нестесненно идти своим путем. На человека безвестного милосердно изливаются потоки темноты. Никто не знает, куда уходит он, куда приходит. Он волен искать, он волен объявлять правду; он один наслаждается покоем.