Никто не будет в состоянии властвовать над своими чувствами. Жадность овладеет неучами. Алчность, злоба и глупость соединят людей в клубок, словно змей… Лишившись ясности разума, ненасытные правители всеми способами будут присваивать чужое. Левая рука будет красть у правой. Люди, слывущие учеными, утратят истину… Безо всякой нужды будут губить они деревья и целые рощи, и тогда придет конец всему живому и сущему на свете. Девушек не будут ни сватать, ни выдавать замуж: они сами будут искать себе мужей. Когда мужья заснут, их жены будут уходить к другим мужчинам, а мужья, когда жены спят, к другим женщинам.
Умный не борется с ветром, умный поднимает парус…
— Можно стрелять дробью. В бластерах есть такая возможность. У меня это брат придумал, заряжал его солью и палил по мне, когда учил меня быстро бегать. Как он говорил, самое важное — стимул, —
Настоящие монстры - взрослые.
Страйк безуспешно пытался вспомнить, когда в последний раз чувствовал такую странную смесь восхищения, сочувствия и подозрений.
Сказки слишком быстро кончаются. Они скрывают, что случается потом, когда принц и принцесса сходят со страниц.
Судьба делает из нас покойников, но мерзавцами мы становимся по собственному выбору.
Не всем же быть героями, кто-то должен и пингвинов пинать.
Истина, сударь, – величайшая ветреница. Не следует домогаться ее слишком страстно – она чаще и охотнее отвечает на холодное равнодушие. Бывает, она ускользает, будучи почти уже пойманной, или приходит сама к тому, у кого хватило терпения добиваться ее. Она внезапно возвращается после прощальных слов разлуки, но остается жестокой и неумолимой к слишком пылкому обожателю.
Когда в кино кого-то с размаху бьют стулом, стул обыкновенно разлетается в щепки — так, конечно, зрелищнее. В реальной жизни ломается не стул, а тот, кого им ударили.
Нет, не то чтобы я была разочарована тем, что о моем участии в оживлении сердца Некроса никто не знает, просто… могли бы принять в орден, мне было бы приятно.
— Риа, — Норт смотрел на меня с улыбкой, — ты девушка, в уставе ордена четко прописано, что адепткам там делать нечего.
Как и всегда в Некросе все делают вид, что девушек вовсе не существует. Шовинисты.
Королева, перевесившись через подоконник, повела носом.
— Печешь пироги? — спросила она.
— Да, пироги с крыжовником.
Как мило.
Аж тошнит.
Пришло время умереть.
Говорят, для счастья надо всего лишь найти три "С" - себя, своё и своего.
— Значит, в чудеса не верите?
— Для начала определимся, что такое чудеса, — ответил Спиридон. — Исполнение желаний? Магия? Что это для тебя, раб божий Павел?
«Воскрешение мёртвых», — подумал тот, а вслух сказал:
— Не знаю.
— Так я скажу, — подхватил Спиридон и ткнул в сторону окна. — Там чудо. Вот этот яблоневый сад, и пёс в конуре, и река Полонь, и лес за косогором, и небо, и моя Катенька, и мы с тобой, раб божий Павел. Чудо — это сама жизнь, саом существование человека и мира в целом. Чудо органично встроено в жизнь христианина, потому что это не только мироточение икон и не глас с неба. Это всё, что происходит вокруг. И главное, что происходит здесь, — он положил ладонь на грудь, поверх креста. — В тебе самом. Чудо — не обратить течение реки вспять и не передвинуть горы. Чудо — измениться самому, передвинуть свои грехи и пагубные страсти. Истинность веры не в пророчествах, а в переменах, которые происходят в людях, от кторых вроде бы нельзя ожидать покаяний и перемен.
Любовь - это держать обещание несмотря ни на что.
— Девочка моя, не стоит ревновать к прошлому, — тихо попросил Китар.
— Я не ревную. Я боюсь, что в один прекрасный день плотину твоей боли прорвёт, и мы утонем в ней вместе.
— Вместе?
— Да, потому что так легко ты от меня не отделаешься!
— Моя сладкая девочка, — улыбнулся мужчина, и чернота стала медленно отступать, тая под напором белой нежности.
— Один человек не может столько всего чувствовать сразу — он разорвется.
— Если у тебя эмоциональный диапазон, как у чайной ложки, это не значит, что у нас такой же, — сварливо произнесла Гермиона и взялась за перо.
— А если ты опять во что-то влезешь и тебя все же убьют? Что тогда делать мне?
— Ну… траур наденешь, скажешь — вот, убили невесту.
— Да, и тогда моя маменька будет мне девиц подсовывать с удвоенным энтузиазмом, чтобы я поскорее избавился от скорби. Нет уж, я хочу тебя с ними познакомить обязательно! Потом я всегда смогу сказать, что ты была моим идеалом женщины. А таких, как ты, больше в мире не существует. К счастью. Так что я, в случае чего, буду скорбеть о тебе вечно.
«Вот теперь и доказывай, что не верблюд, - усмехнулся я. - Два горба на спине есть, колючку жуёшь. Значит, верблюд ты и есть».
Сердечный приступ никому не нужен, даже если он случиться у самого прекрасного в мире фонтана!
— Совесть у тебя есть? — мрачно буркнул он, усаживаясь в стоявшее у окна кресло. — Мог бы и предупредить.
— Неласково встретила? — довольно прищурился Ричард. — А я предупреждал, вообще-то.
— «Принцесса не в духе» — это не предупреждение, — фыркнул и поморщился Серж. — Она, между прочим, неплохо дерется.
— Уважение надо оказывать венценосной особе, — подначил друга Ричард.
Мастерство не заметно, хорошо видна тяжелая работа.
Ты не поверишь, но все так обычно и происходит. Какая-то ерунда, из-за которой ссорятся сильные мира сего, а по остальным просто прилетает отдачей
Нет ничего ужасней мужчины, который учиняет разборки с другими женщинами
Граждане хотят, чтобы полиция их защищала, отводя преступность подальше от их глаз, от их домов. Но любой средний гражданин первым широко раскроет глаза и начнет в негодовании тыкать пальцем, когда вблизи увидит, в чем именно состоит работа, которую он поручил копам.