Если ведьма предлагает тебе любовь, надо соглашаться. А откажешься — пеняй на себя. Это все равно что выбор между счастьем и горем. Чего ты никак не можешь сделать, так это не выбрать ни того, ни другого.
Он был мастер на внезапные переходы от возмущения к добродушию, от бешенства к спокойствию, от равнодушия к ярости. Мгновенные перемены настроения входили в систему приемов, которыми он сражал противников.
Не терпелось ему сделать из Белой покорную подстилку
— Когда женатые люди глядят друг на друга, в их глазах не читается мысль о постели. В этом мире ты или блюдёшь добродетель, или наслаждаешься жизнью. Но того и другого одновременно не бывает
Хороший шпион — это наполовину выигранная война.
Ах, любовь существует не для того, чтобы делать нас счастливыми. Я думаю, она создана, чтобы показать нам, насколько мы сильны в страдании и терпении.
Идёт игра с наивысшей ставкой, но если смотреть на происходящее с некоторой перспективы — то это игра ни на что. Дефляция, дефлорация, дефекация.
У всех нас за спиной свой опыт, свои травмы и переживания, но поддержка нужна каждому, просто надо научиться ее принимать.
А хорошо бы, наверное, тоже кого-нибудь полюбить. Надоело носить звание "гордой и независимой". Только где встретить его, принца своей мечты...
Нет ничего лучше историй, рассказанных ветреной ночью, когда люди находят теплое укрытие в холодном мире.
любая империя, провинции которой приходят в упадок, обречена.
Спасительные вещи у нас есть. И есть поезд, на котором можно уехать в новую жизнь. Не надо под него бросаться. Поезд – это чтобы спастись.
... Теперь я знаю, что создает Бог в гневе – людей со склонностью к пустоте. Не изначально пустых… а пустеющих со временем. Людей, которые когда-то были полными. Которые жили, мечтали и, прежде всего, переживали о чем-то, о ком-то. И вот в таких людях он оставляет заклепку, чтобы потом — пуф, выпустил, закрыл — превратить их в Огромное Пустое Ничто.
... а от детских волос — даже сквозь теплые кухонные запахи — доносится отчетливый аромат солнца и теплых птичьих гнезд. Запах, который лучше любой метрики скажет женщине, что ребенку еще не исполнилось пяти лет. И что он пока весь-весь — от завитка на макушке до аппетитной складочки под жирными ягодичками — мамин. Мамина игрушка.У нее была изумительная тень — юная, предельно кинематографичная и необыкновенно хорошенькая: с выпуклыми ресницами, аккуратным носиком и замечательным, легким нравом — жаль, что никто так и не заметил этого, никто за целую жизнь.Даже в самых нелепых семьях есть свои традиции. У Хрипуновых, например, садились ужинать ровно в восемь вечера — всегда. Такая царственная пунктуальность предполагает либо льняную скатерть, фарфоровую супницу и фамильное серебро, либо пресловутую роскошь человеческого общения, когда семейство сгоняют за один стол не столько кухонные запахи, сколько наивная потребность погреться у обманного, болотного огонька родственных чувств.И генетический ужас перед этой голодухой превращал банальный, в сущности, процесс приема и переваривания пищи в нечто сакральное, пропитанное самой настоящей обрядовой, мистической жутью.... большому распаду, который и должен был наконец разрушить печень, в которой у русского человека, как у сказочного Кощея, заключена и душа, и злосчастье, и сама жизнь.Она вообще была не по-русски и не по-феремовски практична, эта странна хрипуновская мама, но практична без малейшей корысти - просто любила и жалела вещи, потому что они были красивые и надолго, а с людьми вокруг, угрюмыми, резкими, низкорослыми, вечно что-то происходит, да так быстро, что любить и жалеть из она просто не успевала.В первый раз со времен Реи Хасан ибн Саббах почувствовал, что живет по-настоящему — в том смертном ужасе, в котором от рождения привыкли жить все земные души, понятия не имея, что будет с ними в следующую секунду, и едва осознавая, что за властная сила крутила и корежила их мгновение назад.И потом, Хрипунов прекрасно знал, что в смерти человек все равно беспросветно и совершенно одинок, собери вокруг хоть сотню гениальных врачей, - в сущности, в человеческой жизни есть только два момента такого великого, абсолютного одиночества - рождение и смерть.... жизнь встала, наконец, на пуанты, дрожа напряженными икрами и растерянно улыбаясь. И лучше даже не думать, насколько ей хватит сил.Завидев незнакомую иноземную машину, тетка предусмотрительно подтянула свои несметные сокровища поближе и одарила Хрипунова взглядом, в котором яростная готовность дать отпор неведомому захватчику была трогательно перемешана с наивной верой в то, что захватчик и есть тот самый белый принц под алыми парусами, в ожидании которого бессмысленно и незаметно прошла целая жизнь. Блаженна страна, в которой женщины смотрят так на мужчин, в ней всегда найдется приют и работа бродячим демографам....лет в пятнадцать наверняка была совершенная красотка и чья-то бессмертная, ознобная, первая любовь, а в шестнадцать зачем-то вышла замуж за развязного усатого подонка, и родила мальчиков-близняшек, а потом еще одного, через год, только мертвенького, и обрюхатела, обабилась, обрюзгла, только голос все такой же — как будто кто-то высыпал серебряные ложечки на треснувший стеклянный поднос, голос бывшей красавицы, аромат чьей-то вдребезги разбитой жизни...Чем реже общаешься с людьми, тем проще совершать человеческие поступки ...
Ничто так хорошо не помогает избавиться от детских фантазий, как необходимость унаследовать трон.
Благодаря глубокому изучению Живой Этики мы получили возможность ознакомиться с главными процессами, идущими в Космосе, и теми законами, на которых держались эти процессы. Размышление над всем этим нам облегчила информация, которую получали Рерихи для продвижения и дальнейшего развития. Планета Земля как часть Космоса участвовала в этих космических процессах независимо от того, верили ли в это или нет.
..Поселенцы все с большим рвением вели наступление на сельву, создавая вокруг себя высшее творение цивилизованного человека: безжизненную пустыню.
Спина - это та часть тебя, которую ты сам не можешь видеть, на нее всегда смотрят другие. На спину и плечи тяжелым грузом ложатся мысли, спиной ты поворачиваешься, когда решаешь уйти.
Итак, меня считали разумным. Но я не мог понять, почему же то, что в обыкновенном человеке считается достоинством, оборачивается сокрушительной уликой против обвиняемого.
Серебрянская, ты трусишь? – изумился Кирилл. – Я на тебя посмотрю, когда ты моему отцу объяснять будешь, почему я к тебе переехала. – А что объяснять? Скажу – любишь, жить без меня не можешь, куда уж тебя девать.
Наука ещё не знает способов обращать зверей в людей. Вот я попробовал да только неудачно, как видите. Поговорил и начал обращаться в первобытное состояние. Атавизм.
Когда женщина восхищена чем-то, что вы, по ее мнению, совершили, иногда лучше всего предоставить ей думать, что она хочет, и не портить дело фактами.
Если ты один из самых сильных магов, то зачем тебе магический перстень?
Рэйлан с удивлением приподнял бровь.
– Надо же, заметила. Это не для меня, а для тебя. Послужит подпиткой, если понадобится.
– Думаешь, понадобится?
– Это же прием в королевском дворце. Там что угодно может произойти.
"...Если в один прекрасный день перед нами разверзнется пасть ада, одна из утонченнейших мук будет выглядеть так: обнаженного человека запирают в одном помещении со всеми его фотографиями. Быстренько подбавим немного пафоса: "О ты, человек, между моментальными снимками, срочными снимками, фотографиями на паспорт! О человек, освещенный лампой-вспышкой, человек, выпрямившийся перед косой Пизанской башней, человек из кабинки фотоателье, который должен подставить свету правое ухо, дабы снимок годился для паспорта!" А теперь уберем пафос: возможно, этот ад окажется вполне терпимым, ибо самые гадкие снимки существуют лишь в воображении, а сделаны никогда не были, или хоть и были сделаны, не не были проявлены..."
— Ты даже не понял, что делали прямо под твоим носом Тереза и Жан. Твое мнение о Хэнке меня не впечатляет.