"Доверять - значит доверять до конца."
Как появление ребёнка может хоть что-то гарантировать? А если ребёнок не будет тебя любить? А если ребёнку не будет до тебя никакого дела? А если ребёнок вырастет и станет ужасным человеком и ты будешь стыдиться вашей с ним связи?
Ваша вера в собственные силы может раздвигать горы точно так же, как ваши сомнения — создавать непреодолимые препятствия.
...парламентаризм обладает целым рядом дурных свойств и недостатков. И конечно же, он не может обеспечить «суверенному индивиду» полного равенства. Полное равенство «суверенному индивиду» может обеспечить только диктатура. «Перед диктатором, – пишет Энгельс, – все действительно равны. А именно равны нулю».
— Я знала, что тебе это покажется странным. Потому что мальчишки ничего не знают про девчонок. Девчонки могут быть очень злыми, если ты носишь не ту одежду или даже если носишь ту слишком часто. Ты можешь надевать разные блузки или кроссовки по вторникам и четвергам, можешь по-разному причесываться, но очень скоро они— злые девчонки — обнаруживают, что у тебя только три свитера и шесть хороших юбок. Тогда они много чего о тебе наговорят. А когда все ходят в одном и том же каждый день… разве что в свитерах разного цвета… — Она вновь сдула со лба несколько волосков. — У мальчишек таких проблем нет.
Глупо, понимаю, но я ее просто боюсь. У нее дед цыган, и мне постоянно кажется, что она видит людей насквозь. Во всяком случае, она не раз угадывала мои самые потаенные мысли.
... большинство книг, о которых мы рассуждаем в течение нашей жизни, не важно даже, прочли мы их или нет, - это выстроенные нами сущности, далекие прообразы которых исчезают за нашими словами и словами других
На то, чтобы выносить мечту, могут уйти годы. Чтобы ее разрушить, достаточно и секунды.
Но финишем стало то, что глупое сердце подкидывало иногда мысль, что эти чувства взаимны. Оно искало знаки в каждом взгляде или слове.
Но я же не глупая девочка. Понимаю, что лорд – птица не моего полета. Максимум, что я могу получить - это сомнительное предложение
- Допустим, вам понравилась девушка и вы решили обратить на себя ее внимание. Ваши действия?
- Приглашу потанцевать со мной. - Старший группы поклонился и протянул мне руку.
- Благодарю вас. - Я приняла приглашение и закружилась в объятиях Ревана.
- А теперь скажите мне, что вы сделаете, если кто-то захочет разбить вашу пару. Идар?
- Выкину в окно. Чтобы не пробовал меня разлучить с любимой.
- Я имела в виду, разобьет во время танца.
Но никакие слова не помогали: судя по лицу гоблина, тот никак не мог расстаться с мыслью об окне.
- Отступить временно, чтобы выиграть время для маневра и задушить там, где никто не увидит. В идеале устроить несчастный случай,- высказался Реван.
- За эти методы при дворе можно серьезно поплатиться, да и не только. Поэтому возвращайтесь на свои места и записывайте: "Как правильно гнобить противника в высшем свете".
Гоблины засияли довольными мордуленциями: тема пришлась по вкусу всем.
Представим тебя всем как дальнюю родственницу. Бедную, несчастную, местами ушибленную…
Мы, красивые женщины, обязаны казаться глупыми, чтобы не беспокоить мужчин.
Но мы сами отвечаем за всё, что знает о нас наш партнер. Надо только набраться смелости и сказать ему.
Но у нее была своя отдушина, свой мир, в который она уходила с головой. Рисование. Дар, уже похожий на манию.
... Что поделаешь, такова жизнь... всегда делаешь не так, как следовало бы. Всегда выходишь вон вон, когда следовало бы остаться, и хватаешь обеими руками то, чего лучше не трогать совсем. Бывает, наступит минута, сладкая до невозможности! И ты сама едва можешь поверить, что это правда. И тут же сразу появляется совсем другое, тебя словно швыряют в самый ад, в самое пекло унижения и страданий! Когда дела идут хорошо, то ты уверен, что они так будут идти вечно, но они скоро приходят в упадок - и ты в отчаянии. Или, наоборот, ты на самом дне жизни, света белого не видишь! Ты думаешь, что никогда уже не выкарабкаешься! Но вдруг что-то меняется, и всё выглядит совсем иначе, и ты снова живёшь и дышишь, как ни в чём не бывало. Такова жизнь, верно?
Вот такой вот парадокс: слабые, сломленные люди хватаются за лезвие, принимают смертельную дозу таблеток, делают шаг с крыши и в итоге переступают черту, найду в себе столько силы, сколько никому из нас не снилось.
Ничто так не успокаивает, как споры.
Когда есть дом и семья, когда окружает любовь, крылья за спиной становятся сильнее. У каждого они есть — мощные и красивые или истрепанные и усталые. Неважно! Главное, их никогда не поздно начать подпитывать. Мечтами. Верой и прощением. И конечно, борьбой за то, что по-настоящему любишь. Тогда они обязательно расправятся.
"Я думаю, что на все надо смотреть беспристрастно. Каждый может ошибиться, а если о чем-нибудь очень долго размышлять, уж наверняка ошибешься."
Нет, всё-таки благородные рыцари не вымерли вместе с драконами. Попадаются среди современных мужчин надежные, излучающие настоящую уверенность и силу.
– Самое главное, что дает чтение, – это возможность забыть обо всем и прожить сотни или даже тысячи других жизней. С научно-популярными книгами это не получится – они не изменят тебя так, как художественные.
– Изменят? – удивляется он.
– Да, художественная литература меняет тебя. А если прочитанное на тебя никак не повлияло, значит, ты выбрал не ту книгу.
«Это мне нравится! Это как раз по мне! Мы отлично сговоримся с
мистером Фоггом. Какой домосед! Настоящее воплощение точности! Не человек,
а машина! Ну что ж, я ничего не имею против того, чтоб служить машине»
В ее комнате стоят кровать, комод, маленький столик со стулом и повсюду — стопки книг. В этих книгах — все страны мира, звезды, деревья, птицы, пауки и грибы. Реальные и выдуманные множества. В книгах есть другие книги — как в зеркальном дворце, где в каждом зеркале отражается другое, все уменьшающееся, пока человек не становится размером с муравья.В каждой книге сотня книг. Это двери, которые открываются и уже не закрываются никогда. Эмили живет на перекрестье ста тысяч сквозняков. Ей всегда нужен легкий свитерок.
<...> каждый должен быть добр к своим друзьям, если может.
Я смотрела на него. На презрительно искривленные губы, на ненависть, горящую в глазах, на холодное суровое лицо и понимала: он сейчас не поверит ни одному моему слову. Он вынес вердикт и озвучил приговор, и доброте нет места в его сердце.