– Здесь идет война, леди, если вы не заметили!
– Но ведь людям все равно нужно есть?
– Есть что? Мы в осаде.
– В осаде?
Изможденный человек поднес червяка ко рту своего сына, который осторожно снял его с палочек и сжевал безо всякого выражения.
– Ну, в наши дни «осаду» называют «санкциями». Это слово легче проглотить.
– Подумать только… а между кем идет война?
– Шш-ш-ш! – Человек оглянулся по сторонам.– Это засекречено! За подобные вопросы вас арестуют!
– Но вы же все равно видите это, когда солдаты сражаются друг с другом?
– Солдаты? Они никогда не сражаются друг с другом! Они же могут пострадать! У них джентльменское соглашение – никогда не стрелять в людей в форме. Цель любой войны в том, чтобы истребить как можно больше гражданских лиц.
Гудвин:У полицейских и репортёров есть один общий недостаток: и те, и другие не выносят, когда кто-то знает больше, чем они.
Один проблеск в окне, отраженный уличный свет, и вот женщина уходит, уходит - и навсегда.
С материалистической точки зрения утопия — это место, где в огромных торговых центрах продается масса самых разных продуктов потребления. Но с точки зрения внутренних ценностей это место, где люди чувствуют себя защищенными и компетентными, могут быть самими собой и ощущать тесную связь с окружающими и обществом.
Это просто неприлично, в таком виде показываться перед влюбленной женщиной! У меня не только слюнки потекли. У меня появилось непреодолимое желание постучаться головой о стену! Как я могла так поступить с собой?! У меня же мужчины так долго не было!
Организм орет, что я дура. Гормоны ему подпевают! А глаза только и могут, что лицезреть это будоражащее воображение зрелище.
А вот вам мой собственный рецепт, как довести женщину до такого состояния, когда про нее можно сказать: «урожденная такая-то». Научитесь брать и держать ее руку - и она ваша. Это не так легко. Некоторые мужчины хватают женскую руку таким образом, словно собираются отодрать ее от плеча, так что чуешь запах арники и слышишь, как разрывают рубашки на бинты. Некоторые берут руку, как раскаленную подкову, и держат ее далеко перед собой, как аптекарь, когда наливает в пузырек серную кислоту. А большинство хватает руку и сует ее прямо под нос даме, как мальчишка бейсбольный мяч, найденный в траве, все время напоминая ей, что рука у нее торчит из плеча. Все эти приемы никуда не годятся.Я укажу вам верный способ.Видали вы когда-нибудь, как человек крадется на задний двор и поднимает камень, чтобы запустить им в кота, который сидит на заборе и смотрит на него? Человек делает вид, что в руках у него ничего нет, и что он не видит кота, и что кот не видит его. В этом вся суть. Следите, чтобы эта самая рука не попадалась женщине на глаза. Не давайте ей понять, что вы думаете, что она знает, будто вы имеете хоть малейшее представление о том, что ей известно, что вы держите ее за руку. «Друг Телемак»
– Танец – не то чтo жизнь. В нем невозможно ошибиться. Α если все же сделала что-то не так, просто продолжай движение.
– То есть вам с ним хорошо?
– Ну… Патрис мне понравился, – честно сказала я. – Правда понравился.
Брови лорда сдвинулись, и я ехидно улыбнулась:
– Ему просто не повезло, что вы понравились мне первым.
Знакомые псы с Пречистенки, впрочем, рассказывали, будто бы на Неглинной в ресторане «Бар» едят дежурное блюдо – грибы, соус пикан, по три рубля семьдесят пять копеек порция. Это дело на любителя – все равно, что калошу лизать...
– Я скучаю по тебе, Сол. Скажи, что ты опять любишь меня. Скажи то, что говорил тридцать лет назад.
– Дорогая, если ты скучаешь, давай заведем собаку.
Невидимый соглядатай может узнать очень многое о человеке из его сна. А если набраться немного терпения – практически все.
Немного странно себя чувствовать единственной девушкой-блондинкой в компании темпераментных мужчин в строгих костюмах
– Интересно, почему мы до сих пор живы, а не прикопаны под ближайшим кустом? – Я без особой надежды подергала оковы.
– Кустов поблизости не оказалось? – предположила Хелл.
Современные женщины сильнее чем мы пострадали от последствий навязывания масскультуры. В массе своей они или до отвращения безвкусны, или пребывают в плену бесконечно далеких от реальности заблуждений касающихся того, что именно приятно мужчинам.
"Потом слышала какие-то намёки, шепотки … но ты знаешь, как я к этому отношусь? Если человек может отвечать за свои слова, то скажет громко и открыто, так учил меня отец. А всё остальное – змеиное шипение. Кто слушает змей?"
Черный же
хлеб создан судьбой. Черный хлеб -
родной брат русского человека. Он - свидетель истории. Горя и
счастья. Кто воевал и голодал, знает, что черный
хлеб вкуснее всего. В нем есть такие оттенки... Тончайшая
гармония... Берешь кусок черствого... Понюхаешь... И
вспоминаешь чьи-то глаза. Чью-то остывающую руку. И счастлив,
что эта травма сидит в тебе. Что ты ее вместил.
«Сука! — Выплюнул вампир. — Звучит как комплимент! — Ответила я,
— Слухи, порочащие репутацию, вы называете нелепостью?
— Именно так. И всегда не понимала: зачем это кому-то надо… Ну, занимайся своей жизнью и не лезь в чужую… И все будет гораздо спокойнее и приятнее.
Дела шли неважно. Любого человека могли укокошить ни за что. Сначала здоровались, потом приканчивали.
Кажется, когда на небе ангелы готовили младенцев, на производственной линии случился казус и один из младенцев оказался с браком. Но на него нашелся заказчик, и ангелы решили не списывать его в утиль. Так родилась я.
- Аурика, - котик не побежал за мной, не стал дальше смущать, а просто откинулся на спинку дивана и проговорил, закрыв глаза: - Я что такой страшный?
- Хуже, - буркнула я.
- Это хорошо, - Тардилар снова зевнул, - девушки любят плохих парней.
... Так часто бывает: прекрасная фарфоровая чашечка стоит сиротливо в шкафу, давно примелькавшись глазу, и о ней вспоминают три раза в год, когда вытирают пыль во время генеральной уборки, а чай пьют из пошлой кружки с толстыми стенками и дурацким рисунком. Элитная кастрюля заброшена в дальнем углу буфета, а древняя алюминиевая пакость с погнутым прокопченным дном и пробкой, в незапамятные времена засунутой под ручку на крышке, все время в работе. И с людьми так же… Красивая тонкая женщина остается одна, а ее убогая подружка счастлива в браке, в окружении многочисленных детей, а потом и внуков.
Школа кипела и булькала, как подводный вулкан. — Слышали? Этих, на спецкурсе, которых готовили в спецагенты в Дальних ярусах, — их выгнали! Всех!
Чем мельче жулик, тем смачнее трёп.
«Глубоко вдыхаю, дрожащих губ касается холодный воздух. Я устала от этого чувства отстраненности. Я вечно не в своей тарелке. Вечно не там, где хотелось бы. Я - вечно не я. Даже сейчас не отпускает ощущение, будто делаю что-то неправильно, опять убегаю»