Тот, кто знает людей, мудр,
тот, кто знает себя, ясен духом.
Тот, кто побеждает людей, силен,
тот, кто побеждает себя, крепок.
Тот, кто довольствуется тем, что имеет, лучше всех,
тот, чьи действия неотразимы, обладает волей.
Тот, кто не теряет того, что приобрел, обретает постоянство,
тот, кто, умирая, не прекращает быть, обретает вечность.
На глупости и безумства он был способен, только чувствуя себя здоровым, усталость возвращала его, впрочем, как и большинство людей, к нравственным устоям ответственности и житейским заботам.
Действия меняют наш путь, влияют на будущее, но намерения определяют нас, дают нам силу. Без них мы ничто.
Старайся всегда держаться подальше от судов, не важно, будут ли на то причины. Они могут схватить тебя, одурачить, а потом ты окажешься по уши в дерьме. Вот так наши юристы применяют закон.
Можно устать от всего, даже от совершенства, если его становится слишком много.
Порой воля мягче золота.
Смех проникал глубже и ранил сильнее, чем огонь.
На старых фотографиях Айрин Кейси очень хорошенькая. Не просто молодая, а хорошенькая, какими бывают, когда лицо разглаживается, а кожа вокруг глаз и губ расслабляется. Такой красивой выходишь, только если любишь того, кто тебя снимает.
У тебя нет точек опоры, ты уже плывёшь по течению вместе с основной барахтающейся массой и не борешься за своё место под солнцем!
Ну и сквалыга же он был, этот Скрудж! Вот уж кто умел выжимать соки, вытягивать жилы, вколачивать в гроб, загребать, захватывать, заграбастывать, вымогать... Умел, умел старый греховодник! Это был не человек, а кремень. Да, он был холоден и тверд, как кремень, и еще никому ни разу в жизни не удалось высечь из его каменного сердца хоть искру сострадания. Скрытный, замкнутый, одинокий — он прятался как устрица в свою раковину. Душевный холод заморозил изнутри старческие черты его лица, заострил крючковатый нос, сморщил кожу на щеках, сковал походку, заставил посинеть губы и покраснеть глаза, сделал ледяным его скрипучий голос. И даже его щетинистый подбородок, редкие волосы и брови, казалось, заиндевели от мороза. Он всюду вносил с собой эту леденящую атмосферу. Присутствие Скруджа замораживало его контору в летний зной, и он не позволял ей оттаять ни на полградуса даже на веселых святках.
Скорее всего, он изменяет мне уже давно, но, как обычно, любящая и верная жена узнаёт обо всём последней, потому что любит, потому что сама никогда не предавала, не изменяла.
Она опасалась хранить тайны дома, а потому прятала их у подруг.
Столкновение иллюзий и реальной жизни получилось болезненным. Побитая вера в лучшее выползла из этой аварии едва живой, и я клялась, что больше никогда не стану подпускать ее к мужикам..
Не зря говорят, что муж познаётся в декрете, а мужчина – в разводе.
И иногда, бывает, вдруг всплывут воспоминания про ту мою первую любовь, вызывая улыбку и легкую грусть. И вздохнется мимолетной печалью — ах, как жаль, что никогда больше ни один мальчик, парень или мужчина не протягивал мне кусочек яблочка в ладошке, чтобы поддержать во время несправедливого житейского наказания. Ах, как жаль!
У меня вообще-то два высших образования, а умений, которые пришлось выучить из-за работы, вообще не счесть. Да и если сравнивать, то это ты скорее глупое дитя, которое реагирует на эмоции, ласковые слова, а не на логические выводы, сделанные собственным мозгом. Но что поделать? Таков твой персонаж.
Страх испытывают до того, как что-то происходит, а когда это происходит, утешает то, что всё Когда-нибудь заканчивается. Подлинный страх порождается лишь мыслью, что конец может чересчур затянуться
- Рая, вы слишком много думаете, сейчас, не стоит. Вы всё равно не поймете мужской логики.
-- Мужской логики? А она есть?
- Нет. Есть просто желание чувствовать себя мужиком.
"И отъезжающий (Оленин) стал говорить об одном себе, не замечая того, что другим не было это так интересно, как ему. Человек никогда не бывает таким эгоистом, как в минуту душевного восторга. Ему кажется, что нет на свете в эту минуту ничего прекраснее и интереснее его самого".
я бы сказал, не стоит цепляться лишь за тех великих гениев, кто нашел смысл, а следует обратиться также к тем, кто искал его понапрасну. Вам следует изучить творения тех философов, которые, как, например, французские экзистенциалисты Жан-Поль Сартр и покойный Альбер Камю, по-видимому, страдали от тех же сомнений, какие переживаете вы, но обратили их в философию, пусть и нигилистическую. Вы как бы переведете свои проблемы на академический уровень и сможете от них дистанцироваться. То, что вас терзает, можно будет рассмотреть в свете того или иного абзаца на такой-то странице определенного тома этого или другого автора. Вы поймете, что страдание от подобных проблем – общечеловеческий удел, и даже достойный удел, достижение, повод для гордости, а не симптом невроза. Главное, вы убедитесь, что тут нечего стыдиться и есть чем гордиться: своей интеллектуальной честностью. Вы будете интерпретировать свою проблему не как симптом, вы научитесь понимать ее как сущностный аспект la condition humaine и признаете само это человеческое состояние. Вы осознаете себя как члена невидимого сообщества мучающихся людей, людей, страдающих от переживания бездны, бессмыслицы человеческого существования и борющихся за решение этой вековечной проблемы человечества. Это страдание и эта борьба объединяет вас с лучшими образчиками человеческого рода. Так постарайтесь же собраться с терпением и отвагой: терпение требуется, чтобы оставить проблемы пока без решения, и отвага – чтобы не сдаться и биться за их окончательное решение.
Это было не раз, это будет не раз
В нашей битве глухой и упорной:
Как всегда, от мeня ты теперь отреклась,
Завтра, знаю, вернёшься покорной.
Николай Гумилёв
– А успешный человек – это не тот, кому всегда сопутствует успех, – возразил Влад. – А тот, кто пробует снова и снова, извлекая уроки из своих неудач, пока у него не получится.
И как это у тебя выходит, что ты говоришь мне слова или задаешь вопросы, которые проникают в душу и объясняют мне меня самого?
"Пока ты жив, остаётся надежда, только мёртвым надеяться не на что."
Бога у нас не было, его заменяла любовь, потом мой лейтенант узнает, что Бог это и есть любовь. Он думал о себе. Она думала о нем. Интересно было изучить тех, кто выжил на войне — были они любимы или нет, какую роль играла любовь в годы войны, любовь матери, любовь жены, скольких она спасла?
Их любовь ещё не окрепла, процесс кристаллизации не закончился. Если бы ему сообщили, сколько ему суждено прожить в этом браке, он бы неприятно удивился. Знать заранее судьбу своей любви губительно. Приятно заверять друг друга — «Наша любовь навеки, только смерть нас разлучит». А попробуйте показать жениху или новенькому мужу их фотографию сорок лет спустя — тяжёлое зрелище. Брак, он не хочет выглядеть как приговор.