Словно сбросив многотонный гнет, принц вскочил на ноги, уже сжимая в руках тяжеленный меч. И этим можно воевать? Нет, ну честно — таким рельсом не то что махать, его даже поднять непростая задача.
я вдруг поняла, чего мне так остро не хватало этот год.
Делать что-то, быть занятой и значимой. Расширить свою жизнь обратно, не ограничиваться лишь мужем (с которым всё так сложно) и сыном (который вряд ли это вообще запомнит).
Зачем идти в разрез своему мироощущению? Для того, чтобы полностью заблудиться потеряв все свои указательные столбы и остальные знаки которыми можно было бы руководствоваться. Нужно прекратить это ужасное брожение среди теней и снова сосредоточиться и вернуться в свой мир.
... быть благодарным кому-то — тяжело. Не каждая душа справляется.
– Ты прав, я всего лишь смешной и нелепый злодей из старой сказки, – сказал Темный Властелин, сверкая змеиными клыками. – Я просто жуткое пугало, никому не причиняющее настоящего вреда. Я нужен для того, чтобы смертным было кого винить в своих бедах и проблемах. Нужен, чтобы героям было с кем бороться. Иначе герои сами станут злодеями. Или просто исчезнут. А мир без героев – это очень несчастный мир.– Но зачем тебе все это?! – выкрикнул Гальвени.– В мире огромное количество ненависти и злобы. И если смертным непременно нужно видеть в ком-то врага, пусть видят его во мне. Пусть те, кому непременно нужно кого-то убить, убивают меня. Я ведь… неубиваемый.
"Клянусь левым рогом и твердостью всего, что должно быть твердым..."
Тот, кто теряет, учится ценить. Тот, кто обретает вновь, будет грызть землю, но не позволит себе потерять опять.
взрослеть нас заставляют не года, месяцы и дни, а события и принятые решения.
Разница между трусом и храбрецом заключается главным образом в умении правильно распределить свои эмоции во времени.
На мир нельзя было положиться, он бросает тебя в беде как раз тогда, когда тебе голоднее всего.
Но! Есть одно негласное правило: перед тем, как что-то получить, нужно себя достаточно хорошо зарекомендовать. Ты не можешь прийти к людям в рванье, сказать, что ты этакий бизнесмен и готов им всем заплатить, чтобы те выполнили работу. Нужен образ. Образ того, что деньги в тебя уже вложены. И они у тебя уже есть.
Она ему очень понравилась. Тогда-то мы и поняли,что она не понравится обычным людям.
В тяжелые времена все мы склонны думать,что наши представления о мире отражают действительную картину мира.На самом деле,мы видим картинку,которую рисует нам наше отчаяние.
Но я ловлю себя на том, что все, приводившее меня в ярость в детстве, саднит до сих пор.
Судьба – богиня непостоянная, тем, кто отвергает ее подарки и закрывает глаза на предоставленные шансы, она посылает горькие испытания.
Родственников не выбирают, не всем везет с хорошими отношениями в семье, да и вообще…
Янара смотрела на него и удивлялась: как руки, которые сейчас держат щит и меч, отражают и наносят мощные удары, могут быть такими ласковыми ночью? Как голос, полный воинственной ярости, может нашёптывать приятные слова? Рэн сочетал в себе полярные противоположности: строгость и мягкость, суровость и нежность, грубость и изящество. Мужчина из девичьих грёз…
Одиночество открыло наследнику гигантский мир, величественный и мощный, полный внутренних связей, и Вей невольно учился слышать, ощущать и понимать его.
– Один мудрый врач сказал: «Прежде чем приступить к лечению, убедись, что пациент готов оставить все то, что сделало его больным»
Чистая совесть – по крайней мере так рассказывали мне те, кому случалось испытать, что это такое, – дает ощущение удовлетворенности и счастья. Но полный желудок позволяет достичь той же цели с большей легкостью и меньшими издержками. После обильного принятия сытной и удобоваримой пищи чувствуешь в себе столько благородства и доброты, столько всепрощения и любви к ближнему!
Сильные ошибаются, падают, но не сдаются, — слегка хрипло ответил бесцветный на мой вопрос. — Они всегда сражаются до конца.
Как же летит время, когда ты при деле.
Все, что можно купить за деньги, уже дешево.
Это я только стараюсь быть такой сильной.
Как все мы.
Сильные, независимые, которые всё могут сами. Да?
А на самом деле хочется просто на ручки.
Хочется, чтобы рядом был тот, кто обнимет, прижмёт, скажет — отдыхай, любимая, я всё сделаю сам.
Хочется. До боли хочется. До дрожи.
У вас болезнь, которая, к сожалению, теперь в моде и которую ежедневно встречаешь у интеллигентных людей. Врачи, конечно, ничего об этом не знают. Она сродни moral insanity, ее можно назвать также индивидуализмом или воображаемым одиночеством. Современные книги полны этим. В вас вселилась фантазия, будто вы одиноки, ни один человек вами не интересуется, ни один человек вас не понимает.Тому, в ком уже сидит эта болезнь, достаточно нескольких разочарований, чтобы он поверил, будто между ним и другими людьми не существует вообще никаких отношений, разве что недоразумения, и что каждый человек, в сущности, шагает по жизни в абсолютном одиночестве, что ему никогда не стать по-настоящему понятным для других, нечего с ними делить и невозможно иметь что-либо общее. Бывает даже, что такие больные становятся высокомерными и считают всех прочих, здоровых людей, которые способны еще понимать или любить друг друга, за стадных животных. Если бы эта болезнь стала всеобщей, человечество неминуемо вымерло бы.