«И самые ответственные из решений принимаются людьми, которые тоже не знают. Они только думают, что знают.»
Противник тебя уважает, даже если убивает в спину. Враг - дело другое… Враг презирает тебя, даже если душит в объятиях и поет тебе осанну.
Моя работа доставляет мне удовольствие, а значит, она правильная.
В жизни чаще всего так и бывает: вещи вроде бы незначительные причиняют самую сильную боль.
— Вот-вот, за это самое бабушка хочет загнать меня в могилу. — Я решил немного поплакаться.
— Как так в могилу?
— А вот так. «Я, говорит, буду не я, если не сделаю из тебя человека». Человека она сделает, а куда денет меня?
Если не будешь за собой следить, скоро настанет день, когда ты уже не сможешь себе помочь.
Друзья приходят и уходят. Враги – накапливаются… Закон Мэрфи
Безделье такая штука, которая развращает. Было бы у свихнувшихся влюбленных побольше дел, они бы с соборов не спрыгивали, и под паровозы не бросались.
Наша соседка Англия подобна возделанному полю, где пахарь знает, что вместе с посевом, несмотря на все его старания, взойдет известное количество сорняков, и может заранее назвать и описать их. Шотландия же в этом отношении подобна собственным своим горным лощинам.
Не всякое прошлое стоит возвращать.
Никогда не сомневайся. Сомнения обнуляют любой результат.
- Ты просто становишься воином, Гайдэ, — успокаивающе шепнул мне Гор. — А для истинного воина важно лишь одно: враг, который больше уже не встанет. Сегодня ты ощутила это. Увидела. И выбрала. И именно сегодня ты одержала свою самую важную победу.
«... ни один человек не способен разрушить нас так, как тот, за кем мы замужем...»
...тиша теж може бути застереженням, голоснішим за сирени.
– Что бы ты ни делал, – предупредил меня профессор, – ни в коем случае не дай этим двум камням соприкоснуться.
– Это почему же?
– Потому что, согласно моим расчётам, при соприкосновении одного и того же объекта из разных временны́х слоёв с самим собой возможны два варианта развития событий. Первый вариант – вселенная прекратит своё существование. Второй вариант – три забавных гнома пустятся в пляс с цветочными горшками на головах.
– Надо же, какая поразительная точность прогноза!
– Что поделать. Это наука. Но конец вселенной более вероятен.
– Ещё бы!
«За наши грехи Бог послал нам два рода врачей: одних – чтобы помогать нам умирать, а других – чтобы мешать нам жить»
– Нельзя постоянно жить на грани радости или горя. И потом, те, кого ты цитируешь, все равно умерли, – добавила она. – Какой смысл любить так сильно, что приходится умирать?– Это просто невезение.– Трагедия – не просто невезение, а грубый просчет, когда человек не учитывает многие факторы, включая собственную натуру. Нет, это не для меня.
Люди, которые склонны к состраданию и самопожертвованию (а также наивны и удобны для эксплуатации), не могут вызвать в себе искренний, праведный и уместный гнев, необходимый, чтобы защитить себя, — их способность к агрессии сдерживается смирительной рубашкой слишком узкой морали.
Привычка доверять людям со временем учит надеяться только на себя.
-Разве можно ждать благоразумия от влюбленного? С таким же успехом можно попросить море успокоиться во время шторма.
Кроме того, моя тогдашняя политика состояла в том, чтобы при двух возможных направлениях действия выбирать менее консервативное и более бескорыстное. Это входит в кодекс чести любого, кто обладает хоть какими-то привилегиями, особенно если он собирается стать писателем.
Скалу, преграждающую мне путь, я обхожу до тех пор, пока у меня не наберется достаточно пороха, чтобы её взорвать
Время от времени я вспоминала, как мы ехали в нашем стареньком пикапе, куда глаза глядят, как я спала, откинувшись на спинку сиденья, или как мы подпевали песням на радио, и... И понимала, что скучаю по тем временам, когда мы не знали, что произойдет дальше, и перед нами были миллионы возможностей
Ждать, чтоб тебя полюбил, кого ты любишь, это, знаешь, надо в запасе пять жизней иметь.
Звезды смерти стояли над нами, И безвинная корчилась Русь Под кровавыми сапогами И под шинами черных марусь.