Парни-студенты, мужички постарше и прочие охотники на подвыпивших девиц вальяжно расселись на диванчиках мягкой зоны, небрежно тянули кальян и бросали взгляды на толпу извивающихся в танце девушек, высматривая добычу. Сидели с таким видом, будто являлись владельцами нефтяной вышки, как минимум. Бухой человек с кальяном в ночном клубе почему-то пытается выглядеть именно так...
Постапокалиптическая диета уберет с вашей талии лишние дюймы или погубит вас, пытаясь это сделать.
Единственный способ взобраться на вершину лестницы – преодолевать ступеньку за ступенькой… И в процессе этого подъема вы внезапно обнаруживаете у себя все качества и навыки, необходимые для достижения успеха
– Браслеты – это традиция, да? – догадалась Эмма.
– Это родовые браслеты. Так принято у нас в роду. Каждый из нас имеет такой браслет. Это говорит о том, что все мы – моя мать, мои братья, мой отчим, мои сёстры, – все мы связаны в одну неразрывную нить. Мы – часть нашей планеты. Планета не может без нас, как мать не может без своих детей.
Достаточно одного плохого дня, чтобы свести с ума самого здравомыслящего человека. Вот насколько далеко ушёл от меня остальной мир. Всего на один плохой день.
Мне теперь кажется, целый мир может стать тебе другом, если поймет, что ты сам не хочешь ему быть врагом.
Вселенная подложила мне не просто свинью, а свиноматку с выводком поросят.
Демократия включает два слова – народ и кресла. Она означает власть народа. Власть помимо народа есть представительство или опекунство. Представительство – это обман, к которому прибегают правители. Народу и только народу должны принадлежать их кресла.
– Расскажи хоть, что это за люди.
– Люди как люди, каждый – дурак по-своему.
Ангелам вообще неведомы ни чувство такта, ни скромность. Очевидно, Падшие не являются исключением. Девушка с усилием выдавила усмешку.
– Каждый делает всё возможное, чтобы защитить тех, кого любит.
Пережить можно все что угодно. Разлюбить, убить в себе чувства, задавить их новой реальностью, но это не облегчает болезненных минут, в которые ты ощущаешь счастье в последний раз.
Пока она владеет собственными мыслями и чувствами, она не совсем беспомощна. Это самая маленькая из свобод – свобода её собственной души, – но надо быть благодарной и за такую свободу.
— Ты кто? — брезгливо скривившись, спросила дракончик. — Демон я, демон! — гордо ответил незнакомец. — Врёшь! — еще больше скривившись, заявила Листик. — Демон должен быть красивым, говорят — красив как демон! А ты на себя посмотри — уродина! Да и воняет от тебя как от дохлого осла!
Почему вы боитесь своего последнего дня? Он приближает вас к смерти не больше, чем любой другой день вашей жизни.
Чем ближе подпускаешь к себе человека, тем больнее он тебя ранит.
— А куда она уехала, мне тоже нужно самому узнавать?
— А ты совсем не чувствуешь? — с жадным интересом спросил дед.
— Очень неопределенно, — с тоской сказал я.
— А почему Вальди не говорят, где его пара? — возмущенно сказала мама. — Это же издевательство! Он и так уже исхудал донельзя.
У каждого из нас есть секрет, тщательно запертый на все замки в самом темном углу на чердаке души.
- Дина, Вы мне друг, правда? Вы не сердитесь на меня? – сказал Мартин.
- Да, - сказала Дина, - я Вам очень друг.
- Спасибо, - сказал Мартин.
- Не за что, - сказала Дина. – А Вы не сердитесь на меня? Вы мне тоже друг?
- Нет, - сказал Мартин, - нет, Дина, я Вам не друг. Я Ваш рыцарь и боевой слон. Можно, я буду Ваш рыцарь и боевой слон?
- Мне будет очень приятно, - сказала Дина.
Шантаж – вообще мой любимый метод достижения цели: просто, быстро, эффективно и не тратишь много слов.
Это самое дурацкое в магии. Ты двадцать лет тратишь на то, чтобы выучить заклинание и вызвать к себе в спальню обнаженных девственниц, но к тому времени ты насквозь пропитываешься ртутными парами, а твои глаза перестают видеть, испорченные чтением старых гримуаров. Ты даже вспомнить не сможешь, зачем тебе эти девственницы понадобились.
Его мозг можно было в это время сравнить с запертым безмолвным залом, где, против собственной воли, он оказался в полном одиночестве и вот размышляет над таинственными и и страшными желаниями или советами какой-то тёмной, первобытной части своего "я", не в силах ни отречься от нее, ни бежать и не находя в себе мужества как-либо действовать.
...чего бы мы только не отдали, чтобы вернуться к началу, снова стать теми людьми, для которых будущее было таким свежим, таило столько обещаний, что казалось, просто невозможно все испортить...
Дети вырастают, у них своя жизнь, и мы им нужны, конечно, но не так, чтобы каждый день маячить перед глазами. Нужны где-то там.
Когда дети еще молодые - чтобы помогать. Потом, встанут на ноги, свои семьи создадут. Родители только мешают, если вмешиваются.
Все эти дела – тещи, свекрови… Никому не надо.
Бабушки и дедушки необходимы, которые любят внуков, могут их иногда забрать. Это да.
Ну и всё, наверное? Миссия выполнена. У детей своя жизнь, в которую лучше не лезть.
Нет худшего слепца, чем тот, кто не желает видеть.