Когда страшное и смешное рядом, это и есть жизнь.
Каждый день в мире кому-то холодно, но лето все равно приходит. Лето обязательно приходит, если улыбаться.
Никто не становится добрым, тёплым и милосердным просто потому, что называется христианином.
Такие же культуры, которые найдут равновесие между двумя крайностями, будут преуспевать. В настоящее время повсюду в мире мы можем наблюдать и слишком закоснелые, и слишком сумбурные культуры. Малые отсталые сообщества, полностью находящиеся под тяжким бременем запретов и древних обычаев, являются примерами первого типа. Те же самые сообщества, подвергшиеся преобразованию и «подпитке» со стороны более развитых культур, быстро переходят в разряд вторых. Излишняя доза социальной новизны и исследовательского ража ослабляет стабилизирующие силы, кроющиеся в опыте предков, и заметно изменяет баланс. В результате возникает культурная неразбериха и распад. Счастливо то общество, в котором наблюдается постепенное обретение идеального равновесия между подражанием и любопытством, между рабским, механическим копированием и передовым, рациональным экспериментированием.
Человек должен сам принять себя, внутренне, иначе ему своего места не найти, - сказал он так, как может сказать только человек двадцати одного года - прямо, прозаично и при этом немного претенциозно. Однако его слова попали прямо в мое больное место.
Столкнувшись с неудачей лицом к лицу, мы вдруг понимаем, что она не такая уж и страшная. После этого мы чувствуем себя даже увереннее.
В мире много лишних книг, и очень мало таких, которые стоит помнить, тем более хранить.
– Как найти иголку в стоге сена?
Первоклассница замирает в раздумье, тянет за концы зеленую пряжу на шее. Она всерьез ищет ответ. Маленькие шестеренки крутятся; она сцепляет пальцы, размышляет. Такая прелесть. Наконец поднимает глаза и серьезно заявляет:
– Я бы попросила сено найти ее.
Вот тут-то она и поняла смысл швейцарской жизни. Лидии открылось, что счастье выражается здесь цифрами. Больше цифра — больше счастье. Не одними голыми цифрами, а с большими тонкостями: должны ещё быть люди, которые бы оценивали твой успех, догадывались бы о твоем уме и таланте по неприметным признакам. Забор два раза в год красила... Новые цветы на террасе посадила... Занавески английские повесила... Кто понимает... Туфли Балли, пальто Лоден. Эмилии Карловны нет, поглядела бы.«Цю-юрихь»
Как в народе говорят: "Что посеешь, то и пожнёшь." Сеешь вокруг доброту и радость, пожинаешь то же самое в ответ, а требуешь к себе особенного отношения непонятно за какие заслуги, то и ответ соответствующий прилетает.
Умирать так умирать, Джон Сноу, - все когда-нибудь умирают. Но сначала мы поживем.
Мы все скроены из историй.
— Такое под силу немногим. В наши дни это что-то вроде забытого искусства, даже на Юге. Наблюдать за тем как течет река, — все равно что нюхать розы.
Если вас могут понять неправильно, вас непременно поймут неправильно. Даже если вас нельзя понять неправильно, вас все равно…
Я не выступаю и никогда не выступал за установление в какой-либо форме ни социального, ни политического равенства белой и черной рас... Я, так же как и всякий другой человек, выступаю за то, чтобы высшее положение сохранялось за белой расой. (Авраам Линкольн)
... лести много не бывает, тем более для начальства.
— Он рано не просыпается, — смутилась Илли, — я уже думала. Ну, вот как он будет себя чувствовать, если проснется и увидит в зеркале меня?
— Как дурак, — припечатал граф, — не забывайте, что летом молодые сеньоры имеют обыкновение спать, в чем мать родила.
— Правда? — В глазах Лиры заплескался живой интерес, — это хорошо, что вы мне рассказали.
Некоторые люди, не обладая сами гением, имеют замечательную способность вызывать его в других.
Бывает, однако, в жизни и так, что приходиться делать выбор между тем, чего ты хочешь, и тем, во что ты веришь.
Если ему не хочется заниматься с ней оральным сексом, почему он должен захотеть этого, увидев, что ее вагина покрыта шоколадом? У них в холодильнике лежит целый килограмм шоколада, причем без аромата вагины.
Нужно обязательно хоть раз в жизни полюбить, иначе вы так и будете думать, что это прекрасно
Когда любимые живы и здоровы, остальные проблемы устранить не составит труда. Вопрос времени.
Вообще, труд — не то слово, которое стоит применять к моим занятиям. Труд — слишком крупно, слишком торжественно. Труд — это про великих. Что до людишек, как я, и слова нет такого для нашей деятельности — чтоб в меру скромно и достаточно точно. Баловство? Не принимаю. Балуются дилетанты, а мы — класс, вид, о каком толкую, — уж что-что, но во всяком случае профессионалы. Кстати, обойных дел мастера Вюйяр и Морис Дени были точно так же усердны — вот вам еще одно ключевое словцо, — как друг Боннар, да только его маловато, увы, усердия. Мы не халтурщики, мы не лентяи. Мы даже бешено выкладываемся порой, но мы не созданы, фатально не созданы для длинных дистанций. Мы заканчиваем вещи, тогда как истинный труженик — поэт Валери, да, кажется, это он, — говорил, что вещь нельзя закончить, можно только отставить.
— Если ты мне изменишь, — прошипел капитан, наклоняясь ко мне и сжимая руку в кулак, — я тебя убью!
— Что за глупости ты говоришь? Крюки не нарушают данного слова, — гордо заявила я. — Если мне понадобится другой мужчина, я тебя убью, а уже потом буду устраивать свою личную жизнь.
Как ни странно, но на голодный желудок мир воспринимался лучше, чем был, вероятно, на самом деле.