Важно не где ты, а что за люди рядом с тобой.
Это очень глупо - позволять жить тому, чей страх убит вашими руками.
Говорят, что если все люди будут целомудренны, то прекратится род человеческий. Но ведь по церковному верованию должен наступить конец света; по науке точно так же должны кончиться и жизнь человека на земле и сама земля; почему же то, что нравственная добрая жизнь тоже приведет к концу род человеческий, так возмущает людей?
Главное же то, что прекращение или не прекращение рода человеческого не наше дело. Дело каждого из нас одно: жить хорошо. А жить хорошо по отношению половой похоти значит стараться жить как можно более целомудренно.
Несмотря на то, что у каждого квадранта были свои сильные стороны, их все объединяла общая слабость. Зависть.
В звуках готовившегося на кухне обеда был неприятный упрек, а перспектива умывания и бритья казалась столь же близкой и невозможной, как перспектива у мастеров раннего средневековья.
- Нехватка кофеина толкает на безумства. Я мог бы сорваться и кого-то убить.
It is not the one thing nor the another that leads to madness, but the space in between them.
Однако разве существуют в этом мире абсолютно правильные или целиком неправильные вещи? В этом мире, где мы все живем, дождь льет с вероятностью то тридцать процентов, то семьдесят. Пожалуй, то же самое и с истиной. Вероятность ее осадков - то тридцать процентов, то семьдесят. В этом смысле воронам намного легче: для них дождь либо льет, либо нет. И никакие проценты не забивают им головы.
Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согревающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи, но до седмижды семидесяти раз.
Мф. 18, 21-22
Берс усмехнулся: – Дядюшка Йззекиль как-то сказал, что я не способен на то, что обычные люди называют любовью. И думаю, что он прав. Но… я знаю, что сокрушу любое препятствие, которое попробует разлучить меня с ней, и… умру в тот день, когда ее не станет. Возможно, это не любовь, но это единственное, что я знаю точно о ней и о себе.
— Я понимаю, — с самым серьезным видом согласился Шеллар, — вас склоняет к подобному рассуждению тот факт, что у меня осталось еще три целых конечности и две челюсти в придачу. Однако сочту уместным заметить, что у всех прочих присутствующих вдобавок к вышеперечисленному имеются еще по одной целой ноге и неповрежденному носу, что делает их более подходящими кандидатами на подвиг.
Логика - очень хрупкая вещь, когда дело касается мотивов, которые движут людьми.
– Знаете, в Волшебной Стране наверху говорят, что в Подземелье полно чертей и драконов. Но это совсем не так! Везде, куда ни пойди, народ – это просто народ, и только очень неприятные существа думают, что другой – это дьявол или дракон потому лишь, что он родом из другой страны или думает иначе, чем ты. Здесь все бурно, и быстро, и смело, но я люблю и то, и другое, и третье тоже!
- О, нет! Дай мне помечтать!
- Ты с ума сошёл, лентяй! Мечты - это пустое. На них далеко не уедешь. Человек должен работать, думать и искать. На то он и человек.
свобода одного не должна ущемлять права других
Счастье - это направление, а не место.
...из близких родственников женского пола у меня только мама, но она с лихвой замещает двоюродных сестер, теток и бабушек вместе взятых. И она тоже очень хочет пристроить меня непутевую, в сильные мужские руки и только тогда умереть со спокойным сердцем. И делает это с завидным энтузиазмом, устраивая встречи с бесконечными сыновьями своих подруг. Я уже и удивляться перестала, откуда взялось столько сыновей у ее троих подруг. Такое ощущение, что они размножаются как дрожжи, путем деления пополам.
Не показывай своего горя, когда тебя видят другие. Не позволяй рыданиям вырываться наружу. Не давай повода дурно воспитаным людям насмехаться над твоей семьёй или над тобой самой.
Виден сокол и по полету
Просто бывает такая пора, когда стоит сменить место и улететь вместе с нетерпеливым ветром.
Жизнь – это божба, сказала старушка, которая не выговаривала «р».
Справедливость и добро всегда побеждают.
Я даже улетала с улыбкой, разве что когда меня посадили в кресло, пристегнули, взлетели и уже не могли видеть выражения моей мордашки, улыбка стала гораздо шире, коварней и вообще с оттенком предвкушения.
Ненависть — это уродство на лице любви. Иначе говоря, ненависть — это и есть любовь. Самая сильная и уродливая любовь.
Одна знакомая шлюха как-то сказала Лёхе, что два профи в одной постели — это катастрофа. Лёха проникся, согласился, а про себя подумал, что касается сия истина не только постели. Для шпиков эта поговорка тоже была более чем актуальна.