Странно, вполне трезво осознаю, что нахожусь внутри вымышленного мира, что это всего лишь компьютерная игра, что передо мной просто красиво преобразованные элементы программного кода, но не могу поступать как бесчувственная машина.
Мы в состоянии понять, как можно сбросить атомную бомбу на город с мирными гражданами, но недоумеваем, как это может быть, когда в лондонских трущобах кто-то вырезает проституток, распространявших болезни. Первое при этом мы называем необходимостью, второе - сумасшествием.
— Рабочие, — говорит она, — опять требуют увеличения отпусков! Отпусков, подумать только. Да зачем они нужны, эти отпуска, когда у тебя есть работа, которая тебе нравится, и еще остается время подумать? Вся беда в том, что у них нет ни того, ни другого, вот они и не знают, чего им требовать. Вот видите, все нужно менять.
Нищим выбирать не приходится, как говорится. А те, кто выбирает, могут и обнищать.
Знаешь, сынок, есть одна народная мудрость, которая гласит: «Дай человеку огонь, и целый день он будет греться, но подожги его, и ему будет тепло до самой кончины». Понимаешь, к чему я?
— По-моему, пап, там было немножко по-другому…
Чтобы отомстить, надо человека самого главного в жизни лишить. Силу явить. Такую, с какой справиться нельзя. А чтобы научить, нужно дождаться, когда он от потери своей на стену полезет. И вернуть, как было. Но так, чтобы помнил: в любой момент обратно все отнять можешь. Страх и сомнение - лучшие наставники.
Да отстанет она со своими поцелуями или нет! Не дает сосредоточиться. По-моему, если уж собираешься помереть, так серьезнее надо быть!
Женщины знают то, что мужчинам неведомо. Иногда это заметно по их глазам, но никогда не стоит спрашивать, о чем они думают. Иначе можно услышать такое, чего слышать не хочешь.
– Она к нему прилипла, что твой суперклей!
– Ну да, она липучая, как пищевая пленка! – добавила Ляля.
– И держится, как лак суперсильной фиксации! – хихикнула Клео.
– Одержимая, как в «Изгоняющем дьявола»! – не осталась в долгу Ляля.
– Цепкая, как задница! – рубанула Лагги.
– И агрессивная, как участники реалити-шоу! – не удержалась Фрэнки.
* * * * *
Вечер был похож на томатный суп с макаронами.
Мы, «дорогие россияне», сперва подождем, пока американские ученые обнаружат в табаке какие-нибудь сверхполезные витамины, провозгласят корпорацию «Филип-Моррис» спасителем человечества и принудят всякую цивилизованную домохозяйку выкуривать хотя бы полпачки в день. И вот тогда-то объявим во всеуслышание, что у нас свой, особый, путь, и бросим наконец курить. Дружно, всей нацией, в один день. Застуканному с сигаретой в зубах будет полагаться расстрел на месте, но сто баксов дани доброму дяденьке милицанеру, безусловно, продлят жизнь курильщика до следующей попытки.
Все три ордена Мужества я получил в госпитале, в 2001 году. Первый вручал начальник госпиталя. Из офицеров батальона - никого не было. Я тогда слепой был. - "Что за награда? - спрашиваю. - Орден Мужества? А как он выглядит?". Дали потрогать.
— Иногда случается такое, чего мы меньше всего ожидаем. Возможно, так действует магия друидов, обращая против нас клятвы и обещания, которые мы неосмотрительно раздаем, и занося нас туда, куда мы и не собираемся отправляться. — Он покачал головой. — Магия всегда сбивала всех с толку.
Как назло, носового платка не оказалось ни у меня, ни у Сущенко. Одним словом, славянская интеллигенция. Можем спорить о трактатах Ницше, но при этом у обоих дырявые носки.
Очень трудно проникнуть в человеческие чувства, а в нежном женском сердце они вспыхивают и исчезают с быстротой молнии.
Чем выше взлетел, тем больнее падать.
Le temps, il le sait désormais, ne guérit rien. Le temps n’est qu’une fenêtre par laquelle on peut voir ses erreurs, car ce sont semble-t-il les seules choses dont on se souvient clairement.
... что такое мальчик? - много шума и крика в оболочке из грязи.
Мы боимся сойти с ума. Но, к несчастью для нас, мы все уже и так сумасшедшие.
Однако тот, кто все-таки решится примерить романтическую стезю на себя, быстро поймет, что морская болезнь – не просто два слова в книжке, а ты сам, скрюченный в рвотных конвульсиях. Стоптанные кровавые мозоли, ночевка под дождем в лесу, боли в натруженных ногах, противный запах лошадиного пота – эти и еще многие прелести ждут его в пути. И пусть он знал или предполагал что-то подобное. Знать – одно, а чувствовать все это на себе, поверьте, другое.
Мы частенько позволяем себе презирать тех, кто просто попал в беду.
Совесть, мой милый, это палка, которою всякий готов бить своего ближнего, но отнюдь не самого себя.
Неужели основной закон природы – это отсутствие законов? Возможно ли, что стабильность и порядок – лишь временное динамическое равновесие, достигнутое только в одном уголке Вселенной, маленький островок покоя в океане хаоса?
— Людей стоит принимать такими, какие они есть, и либо оставаться с ними, либо идти своей дорогой.-
Ничто не может быть хуже для нации, чем намеренное превращение национальной истории в «опиум для народа» теми, кто используют ее как подручное средство для достижения или удержания власти.
У тебя лицо с субтитрами