Из всех орудий цареубийства ни одно не используется так часто, как яд. И никто не знает яды лучше, чем волшебники.
– Даже не думай. – Жующий голос мага нарушил тишину. – О чем не думать? – Вообще… Тебе это вредно, а для общественности так еще и опасно!
Когда за твоей спиной ребёнок, ты свернёшь горы. Когда за твоей спиной двое детей, ты вообще перестанешь чего-либо бояться.
И дело даже не в том, что мне совершенно не интересна эта корпоративная вечеринка, просто она проходит все в той же комнате, и люди все те же, и я стою в том же самом углу, седьмой год подряд. Жопа как она есть. Не просто жопа, а наихудший вид жопы: все то же, все те же.
По
большому счету не бывает скучным только качество.
Но если понимание качества во всем, что определяет объект, будь то книга или издательство, затемняется, потому что само качество представляется незначительным фактором, то это открывает путь к беспощадному однообразию, в котором дрожь будут вызывать лишь гальванические сотрясения больших анонсов, больших тиражей, больших рекламных кампаний, больших продаж и столь же часто больших возвратов товара, которые поддерживают цветущий макулатурный бизнес.
веселились согласно средневековым обычаям; то есть все веселились, а мы за ними наблюдали, как наблюдают чокнутые биологи за пляской блох на дне стеклянной пробирки. Они для нас были уникальными экземплярами, которых мы разглядывали с любопытством.
Ребенок, оказавшись в ситуации, когда его, с одной стороны, психологически отвергают, а с другой – демонстрируют заботу, попросту не может научиться распознавать эмоции других людей. Уже во взрослом, осознанном возрасте они пытаются обучиться этому искусству, но единственный способ, каким это можно сделать, – копировать других людей.
Я больше так не хочу. Я больше туда не вернусь. Отдайте мне пистолет.
– Ты хоть понимаешь, что он тебе не поможет? – бессильно вздохнул Порфирьев, глядя на нее наполненными болью глазами.
– Почему? – беззвучно рыдала Ингеборга.
– Потому что при выстреле в висок человек погибает из-за разрушения головного мозга, – Варяг вздохнул еще тяжелее. – А у тебя нет мозгов. Пуля ничего не заденет.
Как великолепны женщины, когда они приходят туда, где их уже ждут.
Вот что делает с отчаявшимися абитуриентом желание попасть в академию. Он вспоминает даже то, чего не знал!
Благопристойность, сдержанность, послушание – три вещи, борьба с которыми была делом ее жизни.
«Мальчик, с которым я провела все свое детство. Юноша, с которым сражалась бок о бок. Он был хуже, чем враг. И наша общая кровь, текущая в моих жилах, теперь была для меня подобна яду».
Иногда, чтобы изобразить животных, Гауди усыплял их хлороформом и делал с них модели.
Для сцены избиения младенцев он брал мертворожденных детей и делал с них слепки.
Любовь не всех и не всегда делает слепыми
Легко быть смелой перед лицом врага. Трудно – когда бой окончен и ты понимаешь, что могло произойти, но по счастливой случайности не произошло.
Друзья - это тоже как семья, только ты их выбираешь сама. Ты можешь хранить их внутри себя, даже если вы больше не вместе. Даже если ты что-то забываешь о них, когда становишься старше. Это дружбосемья. Они всегда с нами. Нам не нужно быть рядом с этими людьми, чтобы они оставались частью нас. Мы всегда носим их у себя в сердце.
Люди хотели делать невозможное дело: будучи злы, исправлять зло
A cheerful attitude is the most effect tool against sickness.
Ничего нет более могучего, чем люди, соединённые доверием. Даже слабые люди, закаляясь в совместной борьбе, чувствуя, что на них полагаются полностью, становятся способными на величайшее самоотвержение, веря в себя, как в других, и в других, как в себя…
Если дела и энергия пришли в упадок, попробуйте сократить количество контактов.
Если бы Господь захотел подать знак, что наступает конец света, он наверняка выбрал бы тот удушающе жаркий день в этой дыре на юге Италии.
- Пусть это будет твоим секретом.
- Но почему у меня должны быть секреты?
- Потому что у нас нет выбора... потому что нам приходится платить за грехи тех, кто пришел на эту землю раньше нас.
Как ты думаешь, это того стоит? Стоит ли его гибель твоего спасения? Вот какой у тебя выбор. Можешь ли ты, любя кого-то, попросить его пожертвовать собой ради самой себя?
«Что я сделаю, когда выберусь отсюда?» — вот единственный способ получить прилив сил и энергии в тяжелой ситуации. Вот тот вопрос, который надо себе задать.
Пока ты дышишь, не забывай жить.