Когда любишь человека, ты не спишь с другим и не ползаешь перед ним на коленях.
"Каждый человек, подобно луне, имеет свою неосвещенную сторону, которую он никому не показывает." Марк Твен
Я НИКОГДА НЕ КОЛЕБАЛСЯ, и это дало мне ПРЕИМУЩЕСТВО над остальным человечеством". Наполеон
Одно поколение может ошибиться в оценке произведения. Четыре или пять поколений никогда не ошибаются.
Любопытства у меня всегда было с избытком... в отличии от мудрости. Правда, всю свою невеликую мудрость я собрала именно благодаря любопытству. И оттого привыкла доверять его зову.
— Во всяком случае, я уверена, что ты не из тех, кто способен вонзить нож в спину.
— Да уж, — протянул он, признавая правильность её слов. — Это иногда чертовски мешает. С практической точки зрения.
Мечты - это животное-растение, взбегающее в сердце и цветущее в голове, - летали вместе с дымом около Гремина и, как он, вились, разнообразились и исчезали! За ними и холодное сомнение, за ними и желчная ревность проникли в душу. "Доверить испытание двадцатилетней светской женщины пылкому другу, - думал он, нахмурясь, - есть великая неосторожность, самая странная самонадеянность, высочайшее безумие!"
Стиву тогда было четырнадцать, как и мне. Смотрелся он на двенадцать. А вел себя на все сорок.
Всегда можно найти изъян в любой системе, как бы тщательно её ни сконструировали.
...порой стоит подхлестнуть жизнь, сыграть с ней шутку, обмануть реальность, так как только такой ценой готова отдать нам малую часть того, что должна.
... церковь в премодернистском стиле на другой стороне улицы выглядела маленькой фабрикой по производству веры и надежды.
Я осознавала, что была виновата перед ними, собственные проблемы так поглотили меня, что я не замечала ничего вокруг.
Все это--глупость. Но люди верят, что те события жизни, которые происходят сейчас--важны. И если что-то происходит против их веры, то они становятся несчастными. Маг же понимает, что все в его жизни не больше чем глупость мира. И он контролирует себя и действует в этой глупости только потому, что понимает, что он сам, как и сам мир--не больше, чем глупость. А значит, какой смысл в том, чтобы возмущаться? Если вокруг глупость, то остается только контролировать свою.
Никогда не думай о том, что именно ты ищешь. Думай о том, что находишь.
Память — это то, что заменяет подлинные картины жизни.
Этот несчастный мир полон слабых людей, беспомощных людей, голодных людей, обездоленных и печальных людей, бесправных людей, больных людей. И самая легкая вещь в мире — презирать слабых, в особенности если ты вооружен.
Правда, и у нас были
периоды почти полного застоя. У нас тоже были свои орангутанги,
составлявшие идиотские программы, оглуплявшие молодежь, и это длилось
довольно долго
Совсем, знаешь ли, не обязательно ехать в Катманду, чтобы обрести внутренний покой, некоторые способнына это прямо здесь, в городе. В пенной ванне. С книгой. И бокалом вина.
— Что, тож студиозус? — Тетка Алевтина тарелочку с пирогами к Ильюшке подвинула. — Ешь, боярин, а то больно выхудл… и ты жуй, не гляди, чай, не потравим…
Это уже Арею, он только усмехнулся и заметил:
— Меня потравить сложно…
— Ну… это ежели не умеючи, — отмахнулась тетка Алевтина. — Небось, на каждую тварь своя травка Мораной дадена…
Нет смысла беспокоится о проблеме, пока мы навеpняка не узнаем, что она существует.
Утро вечера мудренее, а седмица жизни в неволе лучше мгновенной смерти. Пока живешь - можешь бороться. Умрешь - будешь лежать и гнить.
Я жду, когда из икры вылупятся рыбки. По сути, икра ведь это те же яйца, только рыбьи. Я жду, когда вылупятся маленькие лососи и полетят у меня изо рта, как у отца того мужика, который меня связывал.
Я буду ухаживать за маленькими лососями. Лосось всегда возвращается в ту речку, где родился. Вот и они вернутся ко мне в живот. А затем намечут ещё икринок.
Я выплюну тысячами лососей на всех тех мужиков, которые ждут меня в номерах отеля Западного Синдзюку и покупают меня. И посмотрим тогда, кто ещё сможет назвать меня насекомым.
Немногим дается шанс совершить ошибку и недооценить своего противника дважды. Обычно достаточно одного раза.
Потому-то и нет у нас души, стихия движет нами, нередко она покорствует нам, пока мы живем, и развеивает нас, когда мы умрем, и мы веселы и беззаботны, как соловьи и золотые рыбки и прочие дети природы. Однако все на свете стремится ввысь, жаждет подняться на более высокую ступень. Вот и мой отец, могущественный властитель Средиземного моря, пожелал, чтобы его единственная дочь обрела душу, даже если ей придется заплатить за это страданиями, какие терпят люди, наделенные душой. Но обрести душу мы, порожденные стихией, можем только слившись в сокровенном таинстве любви с кем-либо из вашего племени. Ну вот — теперь у меня есть душа, я обязана ею тебе, мой несказанно любимый, и от тебя зависит сделать меня на всю жизнь счастливой или несчастной. Ибо что станется со мной, если ты в испуге отшатнешься или отвергнешь меня?
Желание – часто отец мысли.