Незадача с верой в том, что она работает только тогда, когда ты действительно веришь.
Жизнь несправедлива.
Вообще.
Она бессмысленна, глупа и полна боли, страданий и людей, которые хотят сделать тебе плохо. Все, что ты полюбишь обязательно отнимут, сломают или разрушат, а ты останешься один-одинешенек, и будешь только сражаться и бежать, бежать, чтобы выжить...
Часть всего мною заработанного я должен оставить себе.
Даже самый лучший пес будет кусаться, если его долго бить.
Если бы ты родилась мальчиком, я бы стал гомосексуалистом
Простые числа делятся только на единицу и на самих себя. Они занимают свое место в бесконечном ряду натуральных чисел, находясь, как и прочие, между двумя соседними, но никогда не стоят рядом. Маттиа находил их чудесными, хотя и подозрительными. Иногда он думал, что в математический ряд они попали по ошибке и выглядят в нем, как жемчужины в ожерелье. А порой, напротив, полагал, что им было бы приятно ничем не отличаться от других, быть как все, самыми обыкновенными числами, но по какой-то причине они не способны на это.
Сумасшествие - это диалог с самим собой, когда мы сами себе даем те ответы, которые хотим услышать. Каждый из нас хоть раз вел такой диалог.
Он чувствовал себя настолько нормальным, что не мог писать.
— Вы неврастеник, Винсент, — говорил ему доктор Рей. — Нормальным вы никогда и не были… И, знаете, нет художника, который был бы нормален: тот, кто нормален, не может быть художником. Нормальные люди произведений искусства не создают. Они едят, спят, исполняют обычную, повседневную работу и умирают. У вас гипертрофированная чувствительность к жизни и природе; вот почему вы способны быть их толкователем для остальных людей. Но если вы не будете беречь себя, эта гипертрофия чувствительности вас погубит. В конце концов она достигает такого напряжения, что влечет за собой смерть.
...если совет дельный, то какая разница, кто его дал?
– «Слоники» бегут, – предупредил Рос.
– Опять? Ты же не стучал.
– Зато она визжала, как рота женского спецназа при виде мышки, – указал он на Штучку.
С общественным мнением спорить бесполезно.
- Так не бывает, - улыбнулась она. - Чтобы человек был, а проблем не было - о таком даже детских сказок не сочиняют.
— Ты хоть понимаешь, что с тобой происходит? — чуть не плача, спросила Валька. — Ты можешь читать мои мысли.
— Это нетрудно, — заверила я. — Их немного, и все они глупые.
Даже перестала вырываться, чтобы убедиться в этом. Но нет, действительно, его поцелуи не трогали меня. Желания не было. Почувствовав это, он отстранился и обхватил руками мое лицо, заглядывая в глаза. В его взгляде я увидел тревогу. Он медленно приблизился и нежно коснулся моих губ. Я даже не дернулась, позволив ему сделать это. Ничего. – Я не хочу тебя, – констатировала факт. – Принудишь? – Я могла собой гордиться – голос звучал холодно и безучастно. Ничего не ответив, он прислонился лбом к моем лбу: – Девочка моя, больше всего на свете я хочу видеть тебя счастливой. – Это легко. – Он запрокинул мне голову, пытливо заглядывая в глаза. – Потребуется одно лишь слово – «свободна»! – Все что угодно, кроме этого, – помрачнел он. – Как жаль, что ничего иного мне не нужно.
Все превратности судьбы – временные, если мы за них не цепляемся.
Да и отвратительны все мундирные воротники, как ни расшивай их золотом.
Вранье отравляет ум, заставляя его терять остроту и скорость мышления...
... я позвонила папе, он, видимо, уловил мое настроение и тут же задал вопрос: все ли у меня в порядке? И я поспешно заверила, что если и не являюсь самым счастливым человеком на свете, то уже близка к этому.
я готов с полной терпимостью относиться к религии каждого человека, какова бы она ни была, при условии только, что этот человек не убивает и не оскорбляет других за то, что они веруют иначе. Но если чья-то религия доходит просто до изуверства, если она становится для верующего пыткой, одним словом, если она превращает нашу планету в крайне некомфортабельный постоялый двор, тогда последователя подобной религии надлежит, на мой взгляд, отвести в сторонку и поговорить с ним на эту тему по душам.
– А что будет, если Эллохар расстроится? – Да всякое может случиться, – весело ответил лорд-директор. – Это-то и пугает. Фантазия у Эллохара безгранична, как и его чувство юмора.
Через год мы поженились, а история про девушку, которая так хотела поесть суши, что вышла замуж за владельца суши-бара, стала в нашем городе местной легендой.
Чем больше информации о вас, тем меньше шаблонов и поспешных суждений у ваших собеседников, просто потому что вы уже не укладываетесь в эти шаблоны и предположения.
Астронавтика – это чистый, ничем не запятнанный плод людского любопытства
И все слушали, как Рожественский заочно разносил какого-нибудь командира, заменяя его фамилию придуманной кличкой, и все понимали, кого под какой кличкой он подразумевает. Не только командиры судов, но и младшие флагманы не избежали прозвищ, иногда остроумных, иногда похабных. Что представлял собою в его глазах толстый контр-адмирал Фелькерзам? "Мешок с навозом". А недалекий контр-адмирал Энквист? "Пустое место". Наш всегда щеголеватый и суетливый командир, капитан 1-го ранга Юнг? "Лакированная егоза". Командир "Александра III", гвардеец, капитан, 1-го ранга Бухвостов? "Вешалка для гвардейского мундира". Командир "Бородина", капитан 1-го ранга Серебренников, замешанный когда-то в народническом движении? "Безмозглый нигилист". Командир "Ушакова" Миклухо-Маклай, родственник знаменитого путешественника? "Двойной дурак". Командир "Осляби", капитан 1-го ранга Бэр, любитель поухаживать за женщинами? "Похотливая стерва". Некоторым командирам Рожественский давал прозвища, заимствованные из терминологии венерических болезней.
Вам от нас достанется в наследство совсем обезумевший мир