Это же сентиментальные романы, они мужчинам противопоказаны! Отец однажды прочёл половину вот такого томика, так целую декаду подзуживал, дескать у всех нежных отзывчивых мужчин уже есть… мужчины.
У него возникло чувство, что она все понимает - эта собака, на глазах у которой убили её хозяина, понимает, что пришлось пережить мальчику. И взяла на себя обязательства помочь ему восстановиться после такой травмы.
Не подлежит ни малейшему сомнению, что я самый везучий из обитателей Земли. При зачаточной журналисткой квалификации и инженерных способностях, как у воробья, я стал автомобильным журналистом. А это, наверное, самая легкая работа в мире, не считая метеоролога в пустыне Сахара.
— За мной должок, Фриц.
— Ничего не надо, любой повод годится, чтоб я себя тут почувствовал на гребне волны будущего, мы новенького только что наняли, звать Искряк, звонит мамочке, если к ужину задерживается, только знаешь чего — мы у него учимся! так улетает по АРПАнету, ей-богу, как по кислоте, там целый дивный мир — время, пространство, прочая срань.
— Так когда его запретят, Фриц?
— Чего. С чего б его запрещать?
— Помнишь, они объявили вне закона кислоту, как только обнаружили, что она — канал к тому, чего мы, по их мнению, видеть не должны? Почему информация должна чем-то отличаться?
Хирургия всех равняет — простого врача и академика: покажи, что ты можешь сделать? А степени - это дело второе.
Слабому помощь богов лишь во вред. А сильный… как правило, сильный сам управляется.
Радость приходит неожиданно - она невычислима формулами, ее нельзя обязать.
Обычно женщина задает вопрос не для того, чтобы получить ответ, а чтобы выплеснуть свои эмоции.
...политический театр оплачивается бизнесом. А в бизнесе ключи не дарят, их продают или предоставляют в обмен на услуги.
Вот негодяй, подумала она, даже здесь, даже сейчас такой красивый.
Проблема в том, что пьют все, а творят лишь единицы.
... я не аристократ, чтобы на меня орать сто крат
Чем меньше вы подаетесь эмоциям в ходе переговоров, тем выше ваши шансы заключить сделку на наиболее выгодных условиях.
Вот так бывает - чуть-чуть познакомишься с человеком и вдруг понимаешь, что мог бы с ним подружиться. Что он стал бы тебе другом, может быть, самым лучшим. Но жизнь разводит в разные стороны, и только в детских книжках друзья наперекор всему остаются друзьями.
«Разве так уж необходимо всегда видеть вещи в привычном до тошноты ракурсе?»
— Папа говорил, что ему было совсем не страшно стоять и смотреть, как я убегаю, хотя осы больно кусали его. Он думал только о том, чтобы у меня было побольше времени и я убежала как можно дальше, иначе осы покусали бы нас обоих.
лучшее защитное приспособление человека – это мозг. С помощью головы человек может сделать все.
- Все пытаюсь вспомнить, как мне хорошо жилось когда-то.
Наука может объяснить, как построить ядерный реактор , но не подскажет, что строить его не следует.
"Давным-давно я где-то прочел, что в юности человек живет своим телом, в зрелые годы – умом, а в староста – душой, которой предстоит отправиться в мир иной".
"Мистер Бренард принадлежал к тем абсолютно самодостаточным людям, которые в любой точке земного шара умеют выстроить себе уютную раковину и благополучно живут в ней, обращая на внешний мир ровно столько внимания, сколько он заслуживает. А так как, по правде говоря, заслуживает он немногого, они не слишком-то беспокоятся на его счет".
Во-первых, помните, что любые события в вашей жизни спустя время могут обернуться благом. Возможно, вы не поймете этого сразу, но позднее, оглянувшись назад, вы сможете увидеть корни вашего счастья в несчастье.
Во-вторых, всегда оставайтесь голодными: до знаний, до чувств, до впечатлений. Вы никогда не узнаете, что делает вас счастливыми, пока не попробуете. Не останавливайтесь на первом попавшемся варианте, не слушайте родителей, друзей, общество. Ищите себя, пока не окажетесь на своем месте.
В-третьих, ничего не откладывайте на завтра. Очень может быть, что завтра просто не настанет.
...даже наемный писака должен сохранять лицо.
Когда вы читаете роман, в котором около 100 000 слов (примерно 300 страниц), ваши глаза проходят по страницам путь в один километр.
– Как же тебя зовут? – допытывался он.
– Не говори! – крикнула Марья, но Христя уже сказала.
– А по отцу?
Христя молчала.
Он повторил вопрос.
Христя улыбнулась и сказала:
– Батька.
– Христя Батьковна?