Женщины такие дьявольски сложные
В отличие от нянечек Тане в Москве сразу понравилось. Словно Алиса, она провалилась в сказочный сон.
«Провинция человечества…» – язвила француженка.
«Пригород здравого смысла…»
«Государство, не прошедшее обряд конфирмации…»
Пока нянечки упражнялись в остроумии, девочка с интересом изучала Москву.
Современная поп-культура рисует адских созданий краснокожими качками с рогами буйвола и клыками льва. Демоны — они какие угодно, но только не безликие.
Но ведь и книга – это все равно что человек, ведь так? Смотришь на обложку, заглавие и составляешь мнение. Но нужно провести вместе много часов, прежде чем получишь о ней четкое представление и поймешь, что хотел сказать автор.
Пока унтер с ефрейтором, отойдя чуть в сторону, таким образом беседовали, Будищев подмигнул писарю и прошептал:
– Не бойся, я штык марать не стану, я тебе горло перегрызу, а всем скажу, что это волки!
Он выглядел обеспокоенным за мою жизнь и здоровье, что и неудивительно, ведь я не платил ему уже несколько недель.
Давая себе разрешение вернуться и встретиться с этими мыслями лицом к лицу, мы обеспечиваем возможность не только противостоять им, но излечиться.
Здесь всё было слишком. Слишком яркое, слишком открытое, слишком блистающее, слишком дорогое.
На первом директор выдала сакраментальную фразу, которую, как мне кажется, с радостью поддержат родители:
– Необучаемых детей не бывает.
И дальше последовало двадцатиминутное объяснение, почему мы не имеем право ставить двойки за четверть, и что, если ты ставишь ребенку неудовлетворительную оценку, то ты, товарищ, тем самым расписываешься в своей полной профнепригодности.
Аминь!
Правда, по ее же логике у нее у самой были большие проблемы, так как двойки ее ученики получали регулярно. Но что позволено генералу…
Всякое самоубийство - это возвышенная поэма меланхолии.
– Джаред – едва прошептала я. Высунув язык, я осмелела и облизала его верхнюю губу.
Он дернулся, затаив дыхание, и я была горда тем, что все еще могла лишить его дара речи.
Он положил руку мне на щеку, прижимая мой рот ближе к себе, дразня.
– Я думал ты решили быть друзьями – и я всхлипнула, когда его рука с плеча переместилась мне в топ, и накрыла мою грудь.
Я закрыла глаза и простонала.
– Хорошими друзьями, – уточнила я. – Очень хорошими друзьями – я знала, он сейчас улыбается от моих слов.
Моя цель — найти жену, а Рози на эту роль явно не годилась.
... <...> ...
— Ты просто теряешь время со своим вопросником. — Похоже, Джин заметил мое раздражение. — Лучше бы оценивал их по мочкам ушей.
Сексуальная привлекательность — это, безусловно, та область, в которой Джин силен.
— А что, есть какая-то связь? — спросил я.
— Люди с длинными мочками с большой вероятностью выбирают партнеров с длинными мочками. Эта примета надежнее, чем IQ.
Невероятно! Впрочем, в контексте современного мира многое из древних наблюдений кажется невероятным. За эволюцией не угнаться. Но мочки ушей… Можно ли придумать более иррациональную основу для отношений? Неудивительно, что браки распадаются.
Я ж сам конченный мудак! Во имя своих желаний провел повторно через ад насилия и принуждения. Один бог знает, как Алена выдержала и не сломалась.
Господь умел прощать, даже самое худшее, лишь бы на него уповали и желали исправиться.
На войне волшебники всегда приберегают для себя самую опасную работу - как правило, они отважно обороняют большие запасы еды и вина в нескольких милях от линии фронта.
Мир полон иллюзий о взаимопонимании, например, между любовниками, воспетом поэзией; а на деле эти отношения чаще всего сущая мука, невыносимая без периодических расставаний или ссор.
Бывают в окопе сильно умные. Но их умность ничего не меняет.
Жизнь – как масло без лампы. Она может быть измерена, но то, сколько она будет гореть, зависит только от того, как часто будут ее зажигать, насколько ярким и сильным будет ее пламя. Невозможно предугадать, уронят ли, разобьют ли эту лампу. В этом и заключается непредсказуемость жизни.
Жизнь дается лишь раз, и она несчастна, убога, отвратительна, жестока и коротка.
Статус это осведомленность общественности о том, что у вас есть касества‚ которые позволили бы вам помочь другим, если бы вы того захотели. Эти достоинства могут включать красоту, незаменимыи талант или квалификацию, благосклонность и доверие влиятельных людеи, и особенно богатство.
Но если человеку чего-то хочется, надо ему это дать. Дать быстро, пока он не передумал. И дать больше, чем он хотел. Пусть наестся вдоволь. Пусть его стошнит.
После разоблачений Сноудена британцы, разумеется, и у себя провели соответствующие расследования и пришли к тем же малоубедительным выводам. Они тоже затронули щекотливый вопрос, в какой мере наша радиотехническая разведка помогала американцам делать то, что сами американцы по закону не имели права делать. Конечно, поднялся ажиотаж, однако британцы с младых ногтей приучены обо всем молчать, и прикормленные СМИ призывают их быть посговорчивей, когда дело касается вмешательства в частную жизнь. Если нарушен закон, его быстренько переписали, чтобы с этим нарушением примирить. А если кто-то громко протестует, консервативная пресса тут же затыкает ему рот. Аргументы у нее такие: если отвернемся от Соединенных Штатов, кто мы после этого?
привкус опасности лишь добавляет остроты
«Волки, — сказал ей как-то Торак, — в отличие от нас, совсем мало говорят с помощью голоса. И гораздо больше — с помощью лап и хвоста. А еще — шерсти, ушей, ну и… всего тела».
«Но у тебя же нет хвоста, — резонно заметила Ренн. — И шерсти нет. И ушами ты двигать не умеешь. Как же ты с ним разговариваешь?»
«Я действительно понимаю не все, что он говорит мне. Это очень трудно! И все же мы как-то ухитряемся сказать друг другу самое главное».
"....нет хуже дурака, чем дурак с инициативой!"