В душевой кабинке жило отвратительное насекомое размером с лягушку. Принимая душ, приходилось постоянно оглядываться. Как бы оно в спину не впилось. Убить гада мне не позволяла система моральных ценностей. Я против бессмысленного насилия. Насекомое ведь не виновато, что выглядит отвратительно. Может, это их королева красоты.
Избыток откровенности выглядит не менее подозрительно, чем ее недостаток.
Основатель гештальт-терапии Фриц Перлз сказал так: «Я занят своим делом, вы — своим. Я пришел в этот мир не для того, чтобы жить в соответствии с вашими ожиданиями. И вы не обязаны оправдывать мои. Если, встретившись, мы поладим — прекрасно. Если нет, то ничего не попишешь».
– Известно ли тебе, о чем мы просим серегалов в наших молитвах?
Странный вопрос.
– О милости?
– Нет, – ответил Ублала. – Мы просим их держаться от нас подальше.
Если бы мы знали, когда случится неприятность, это уже не была бы неприятность – это было бы просто запланированное событие.
Иногда мой мозг удивляет меня самого.
Одной из первых задач момента должно бы явиться возбуждение в народе — рядом с возбужденными в нем эмоциями политическими — эмоций этических и эстетических. Наши художники должны бы немедля вторгнуться всею силой своих талантов в хаос настроений улицы, и я уверен, что победоносное вторжение красоты в душу несколько ошалевшего россиянина умиротворило бы его тревоги, усмирило буйство некоторых не очень похвальных чувств,— вроде, например, жадности,— и вообще помогло бы ему сделаться человечнее.
Мы не собирались покорять мир, нам достаточно было избавиться от собственных страхов.
" На подбородке белела чужая кровь."
Кровь алеет.ю а не белеет.
– Моя тетка, Гума, всегда сердилась, если я не хотела охотиться. Кажется, я теперь понимаю почему.
– Понимаешь?
– Жизнь, отнятая у маленького существа, – ничто в сравнении с жестокостью мира.
В детстве ночь и время – сокровища, которым нет числа, которые не делишь на часы и на минуты. Ты смотришь на этот полный до краев сундук, окунаешь в него руки по локти и даже глубже, закрываешь глаза и никогда-никогда не можешь нащупать его дна.
Очень рано поняла, что только сама могу сделать себя счастливой и стать хозяйкой собственной жизни. А если ведешь себя, как счастливый человек, то скоро становишься по-настоящему счастливой.
...Но свобода требует ответственности, осознания того, что ты сам выстроил свою судьбу и тебе некого за это винить.
Если добро имеет причину, оно уже не добро; если оно имеет последствие — награду, оно тоже не добро. Стало быть, добро вне цепи причин и следствий.
Если так пойдет и дальше – свекровь завоюет мою любовь раньше, чем мой муж.
Мне знакомо это чувство. Край обрыва, на котором мы балансируем, если хотим достичь точки невозврата, чтобы у нас не оказалось другого выбора, кроме как шагнуть вперед. Однако я всегда трушу. Всегда боюсь совершать поступки, которые не смогу исправить.
Не идут рога ослице, хмель не красит человека!
Люди глупы.
Они всегда, слышите, всегда встречают по одежке! По внешности, по словам, которые им говорят... или которые им дают говорить. И никогда не помнят, что у каждого свои интересы. Вот не вращается мир вокруг них!
Нет, не вращается, тоже еще, центропуп вселенной!
Поэтому надо для начала создавать впечатление. Хорошо создавать, качественно, а потом время от времени его поддерживать. А дальше...
Ты тот, кем ты выглядишь кем ты себя ощущаешь...
Считаешь ты, что ты - презренный и низший? Так о тебя и будут вытирать ноги!
Считаешь ты себя выше других? И люди это чувствуют, и подчиняются... особенно женщины. Тем вообще только властная рука нужна и плеть...
И будут пресмыкаться хуже собак, ноги лизать будут...
"Як і всюди, і в людей, і в хамелеонів, кожен набуває кольору стін, але ж були стіни проказні, а інші поточені червою, - в цьому й полягала драма".
Знаєш, яке оптимальне співвідношення людини й смерті? Людині приємно знати, що смерть є, але до неї та її близьких вона відношення не має. У світі без смерті людині нудно. У світі, де смерть всюдисуща, людині страшно
Если ни к чему не стремишься в жизни, исчерпываешь самого себя.
Держите меня семеро, но только не за интимные места...
Есть два вида некрасивости: одна, страдая от общего неодобрения, завидует и злобствует,-это и есть настоящая, истинная некрасивость, другая, наивная, беззаботная, мирится со свим положением и равнодушна к производимому ею впечатлению, — подобная некрасивость, не радуя взора, может привлекать сердца…
Мы вроде алхимиков наоборот - одним прикосновением превращаем золото в свинец; касаемся чистой лирики своих переживаний, и она превращается в словесный мусор, в труху.
— А что, у вас в Мистралии специально растят девушек необразованными, чтобы легче было их дурами считать?