– На самом деле вся жизнь опасная.
– Значит, надо позаботиться о себе. Просто сам позаботься о себе и о своих родных. И если надо будет, убей своего врага, – безжалостно отрубила Саманта.
Мистер Нун. оказалось, совсем не постарел. Он щеголеват, что твоя макрель. Черная шуба лоснится странностью - она из меха черных медведей. Галстук, синий, как сойка, тоже блещет птичьей жизнью. Запонки выловлены из австралийских рек, по его словам - темные изумруды, как выковырянные глаза. Цирюльник побрил его лицо так, что вышли сплошные прямые линии, черные заплатки бакенбард, незапятнанность. Кожа вся - следы былых улыбок. Похоже, Титус Нун - мужчина в расцвете лет.
...Адамберг взял за правило опасаться обычных, ничем не примечательных людей и скорее доверял верзилам или уродам: они с самого детства научились быть тише воды, ниже травы, чтобы окружающие оставили их в покое. Обыкновенные люди не так благоразумны, они доставляют больше хлопот.
В воздухе уже попахивало прелыми листьями и осенним тленом – наступил сентябрь.
— Лучше не полагаться ни на кого другого, — добавила она. — Тогда тебя никто не обидит.
набор генов - не наша вина
- Я плакать не буду! — сказала я даже не доктору, не Кьяре, а скорее — бычку, который падал с довольным видом, показывая, что можно и упасть, это довольно приятно.
Может, бычку и приятно. А если я тут упаду — так кто Кьяру домой-то потащит?
Святые от Дьявола - это подвижники Идеи, которая больше человека. Вот признак, по которому безошибочно определяется черный цвет нимба.
«Поселись там, где поют; кто поёт, тот худо не думает», — вспомнилась мне старинная швейцарская пословица.
В ситуации, требующей быстрых решений на основе сомнительной информации, надо рисковать, а не ждать, пока станет слишком поздно; и поддаваться страху можно ровно настолько, чтобы он обострил чувства, но не мог парализовать.14.09.2013, суббота
Времени здесь нет, кроме как в нас самих.
Ми далеко не завжди здогадуємося,що те,що вважається проблемою,інколи насправді є....рішенням!
Потому что страдать, бояться и хорошо себя вести, чтобы избежать наказания, люди умеют и без посторонней помощи. А радоваться и ни черта не бояться труднее всего. И значит, именно этому и следует учиться человеку на земле.
Таким образом, выбранная женщина сразу же получает высокую власть над партнёром. Она может не только радовать, она может и оскорбить, и принести боль. От этого часто выбор неосознанно останавливается не столько на такой, которой можно похвастаться, сколько на той, которая не оскорбит.
Що не зможуть приховати релігія й егоїстичний інтерес, те приховає уряд.
В пять или шесть лет любовь - явление редкое, однако по сути своей такое же, как и в пятьдесят.
Они жили фантазиями, стремились попасть в иллюзорный мир, где все будет иначе, где они смогут сбросить смирительные рубашки, в которых жили всю жизнь. Но теперь Турпан спрашивал себя: а был ли у них хоть малейший шанс на успех? Как и этот город, жизнь предоставляет тебе определенную свободу выбора, но имеет обыкновение резко одергивать тебя, если пытаешься зайти слишком далеко. Так цепь, сколь бы длинна она не была, не дает собаке сбежать. Это только иллюзия свободы.
Проблема с тусовками состоит в том, что они довольно быстро надоедают (на самом деле надоедать они начинают уже после 23 лет). Со временем мы взрослеем и хотим чего-то большего, чем отношения на одну ночь, и, как бы старомодно это ни звучало, мечтаем найти свою настоящую любовь.
- Неспокойное у тебя несчастье.
- Счастье. Я его Счастливчиком назову.
...Женщина не может ждать вечно
— Маги считают, — продолжал дон Хуан, — что по мере того, как мы перепросматриваем свою жизнь, весь мусор, как я уже говорил, выходит на поверхность. Мы осознаем свои противоречия, свои повторения, но что-то в нас оказывает огромное сопротивление перепросмотру. Маги говорят, что дорога свободна только после колоссального потрясения; после появления на экране воспоминания о событии, которое сотрясает наши основы с ужасающей отчетливостью деталей. Это событие поистине тащит нас к тому самому моменту, когда мы его пережили. Маги называют это событие проводником, потому что после него каждое событие, к которому мы прикасаемся, переживается заново, а не просто вспоминается.
– В меня стреляли. Дважды. У этого типа на голове были колготки. Теперь я не знаю, как мне жить дальше.
– Вопрос поставлен некорректно. Как жить, ты знаешь. Ты не знаешь, что сделать, чтобы не умереть.
... будущее России – это Сибирь, только Сибирь, и ничего кроме Сибири.
И мы танцевали перед лицом неизвестного будущего под эхо ушедшего прошлого.
Жизнь похожа на вязание. Если вяжешь спокойно, будет красивая вещь. А если торопишься и пропускаешь петли, получится неровно и с дырками.