Я как мог, пытался напустить на себя деловой вид. Смешно, наверное, это выглядело со стороны: двадцатичетырехлетний парень, серьезно нахмурившись, выспрашивает, каковы же недостатки этой квартиры, а сам, дрожа от нетерпения, строит планы, куда он стойку с дисками поставит, а где книги разложит.
Я как-то особенно люблю солнце, мне нравится само имя его, сладкие звуки имени, звон, скрытый в них; люблю, закрыв глаза, подставить лицо горячему лучу, поймать его на ладонь руки, когда он проходит мечом сквозь щель забора или между ветвей.
– Ты когда-нибудь думал, почему музыка вытягивает души наружу? Почему красота действует так же, как и боль?
– Нет.
– Возможно, это своего рода милость, но, может, тут кроется и нечто большее. Может, мы предназначены для чего-то другого, не только для убийств.
Спасибо, Господи, что сегодня наш дом не взлетит на воздух. Аминь.
Как они — мне?
Он сейчас серьезно спрашивает мое мнение о своем семействе?
Ну раз ему так интересно…
— Сирьель ужасно милая, братья у тебя дураки, простите боги, мама невероятно шикарная женщина, а папы я боюсь, так что можем теперь бояться вместе!
— Я его не боюсь! — возмутился Вив, боднув меня лбом.
— Я бы тоже не призналась, потому что скажешь ему, что он страшный, и он станет еще страшнее чтобы доказать, что вовсе даже и нет!
Сентиментальность и жестокость - вдвойне опасная смесь.
Мне вспомнилось, как я сам так же бежал - и не так уж давно это было, - когда выходные казались длинными, как футбольные поля. А сейчас они проходят в мгновение ока: недели, месяцы, годы - все скрываются в цилиндре фокусника. Всегда одно и то же, и это поразительно. Почему мальчишки всегда бегут? И когда я перестал бегать?
Разве любовь-не полная противоположность рациональному?
Он читал ей Геймана и Сафрана Фойера, она разыгрывала перед ним Гюго и Камю, он развлекал ее Пратчеттом, она убаюкивала его Хемингуэем, он гладил ее Кобеном, она удивляла его Твеном.
Когда вы от души смеетесь, трагедия кажется невозможной. Мы не думаем, когда смеемся, но ощущаем себя на вершине мира. Мы бодры и пьяны, будто чувствуя порыв любви.
Пустыни в этом уголке Колорадо суровые. Это вам не разноцветные камни с изящными кактусами, каковые можно найти дальше, на юго-западе, и не молчаливые, покрытые соснами утесы и долины, покрывающие большую часть Колорадо. Это бесплодная пустошь, поросшая низкорослым кустарником, присыпанная желтой пылью; это иссиня-черные, острозубые горы на горизонте, всем своим видом демонстрирующие, что они вам не рады.
Пит моментально влюбился по уши.
Пресс-служба полиции утверждает, что никакой утечки не было; они только сказали нескольким репортерам, что свидетельница в поезде ехала на конференцию. Но, видимо, еще и уточнили – на какую конференцию, иначе откуда у журналистов сведения, что я флорист? Так или иначе, кто-то из писак проверил конференции и семинары флористов, нашел участников из Девона и Корнуолла – и в итоге оказался у нас на пороге.
Даже если они инженеры, это ещё не значит, что они интеллектуалы. У многих летчиков и инженеров, да и у учёных, в голове нет ни единой мысли.
Ради чего мы так блуждаем? Может быть, ради счастья и красоты, которой не умеем разглядеть? Разве она не здесь — всюду вокруг нас и в нас самих? В монастыре я поняла, что путь к красоте всегда рядом с нашей жизнью и мы к ней тем ближе, чем больше настроены на мир, свет и святость, а не на самих себя.
– Насмешник? Вы хотите сказать, что я зол? Да, я чуть-чуть зол, – отозвался Сеттембрини. – Моя беда в том, что я обречен растрачивать свою злость на столь убогие предметы. Надеюсь, вы ничего не имеете против злости, инженер? Я считаю, что она самое блестящее оружие разума против сил мрака и безобразия. Злость, сударь мой, это душа критики, а критика – источник развития и просвещения.
Счастье нельзя унаследовать, его надо строить по кирпичику.
Удивительно, как все мы гонимся за большими результатами на протяжении жизни, забывая, что маленькие но регулярные победы дают не меньше, а иногда и больше…
...если любовь заканчивается из-за какой-то проблемы, то это вовсе и не любовь, а так… заигрывание с красивым словом.
Такие субъекты, как он, с виду интеллигентные, немножко воспитанные и говорящие много о собственном благородстве, умеют прикидываться необыкновенно сложными натурами.
К несчастью, в мире не существует лекарства от сожаления.
если вселенная начинает щедро сыпать благами, то это может значить только одно – где-то поджидает грандиозная пакость от нее же. И не просто где-то, а буквально за ближайшим углом.
В конце концов, раз тебе нужна в жены черная ведьма, к чему поднимать шум из-за пары волосатых бородавок или морского
слизня, съехавшего на глаза?
В предвыборной кампании приняла участие даже Европа.
Единственный вывод, который мы можем сделать из всех этих теорий, состоит в том, что мы живем во Вселенной, возраст которой не можем толком вычислить, окружены звездами, расстояния до которых и между которыми толком не знаем, в пространстве, заполненном материей, которую не можем обнаружить и которая развивается в соответствии с физическими законами, которых мы по-настоящему не понимаем.
Мужики они такие... им пока не разжуешь, что, да почему — сами не в жизнь не догадаются.