Цитаты
280410
Время быстротечно и изменчиво. Как и сама жизнь. Все вокруг меняется, меняемся и мы.
Жизнь Миланы похожа на склеенную из осколков вазу. Трудное детство, потеря самого близкого человека, предательство и одиночество… Казалось бы, этого достаточно, но судьба ее сводит с тем, кто испортил школьные годы и веру в себя. Теперь он – муж. Ненавистный, но до сих пор любимый…
А отец? С ним я впервые поговорил совсем недавно. Раскаяние с его стороны было. Он больно сильно переживал, что связался с Резановым. Но обо мне не было ни слова, словно я так – бесплатное и бесполезное приложение. А ведь после того, как он от меня отказался, так, возможно, и было. Но надежда, как говорится, умирает последней. Моя вот в муках и агонии, все ждет того, что папа заберет свои слова обратно.
– Ты хоть спроси, как я себя чувствую? – усмехнулся, прервав поток слов.
– Так хорошо, – безэмоциональным голосом произнес он, – разговариваешь, значит, все нормально.
Жизнь Миланы похожа на склеенную из осколков вазу. Трудное детство, потеря самого близкого человека, предательство и одиночество… Казалось бы, этого достаточно, но судьба ее сводит с тем, кто испортил школьные годы и веру в себя. Теперь он – муж. Ненавистный, но до сих пор любимый…
Я в свое время убегала из этого города, от своих воспоминаний, рушила все малочисленные отношения, чтобы никогда не возвращаться. Смешно, но вернулась туда, откуда и началась моя непростая история, которая выжгла мне душу до самого основания, оставляя неприятный след и дикую пустоту внутри…
Жизнь Миланы похожа на склеенную из осколков вазу. Трудное детство, потеря самого близкого человека, предательство и одиночество… Казалось бы, этого достаточно, но судьба ее сводит с тем, кто испортил школьные годы и веру в себя. Теперь он – муж. Ненавистный, но до сих пор любимый…
Наивность не совместима с долгой жизнью.
В одном неприветливом мире есть маленький северный край, где живут очень угрюмые люди, у которых снега зимой не допросишься. А тут ещё всплывают нехорошие аллари, в горах мутят воду гордые, но недальновидные горцы. Менталисты потрошат мозги людей, Твари лезут из-под земли… И даже божественное вмешательство в этом мире продаётся и покупается. Казалось бы куда уж дальше, но тут всплывает формирование бабушек-мстительниц…
И что такое «правильно»? Этому учат всю жизнь, поступать так, как правильно, но правильного варианта нет, Кантор. Его просто не существует.
В одном неприветливом мире есть маленький северный край, где живут очень угрюмые люди, у которых снега зимой не допросишься. А тут ещё всплывают нехорошие аллари, в горах мутят воду гордые, но недальновидные горцы. Менталисты потрошат мозги людей, Твари лезут из-под земли… И даже божественное вмешательство в этом мире продаётся и покупается. Казалось бы куда уж дальше, но тут всплывает формирование бабушек-мстительниц…
Еще одно гениальное лекарство: поспи — и все пройдет.
Агентам секретной межгалактической службы не полагается любить и иметь семью, страсть между партнерами категорически запрещена. Но выстою ли я против неукротимого притяжения к высокомерному раару?
Как оказалось, одна уступка на грани смерти может привести к ошеломительным последствиям!
Мужчины, какому бы миру они не принадлежали, везде одинаковы. Они не могут выражать свое восхищение без матерного оборота.
Агентам секретной межгалактической службы не полагается любить и иметь семью, страсть между партнерами категорически запрещена. Но выстою ли я против неукротимого притяжения к высокомерному раару?
Как оказалось, одна уступка на грани смерти может привести к ошеломительным последствиям!
Истина текуча и у каждого своя.
Утро было чудесным – ясное, светлое. Морозный прозрачный воздух в лесу был таким чистым, что казалось его можно пить. Я ела снег, подчерпывая варежкой с еловых веток, которые свисали на тропинку, осыпая охрану сзади белыми сугробами. Пара молчаливых аларийцев ежилась, когда снег сыпался им за шиворот, но молчали. Ликас умеет испортить настроение, ведь наверняка специально отбирал угрюмых молчунов. На утренней тренировке все прошло штатно, не считая удивления Геба. За одну ночь я улучшила свой...
Любая война — это вседозволенность, ибо всё оправдывается войной.
Утро было чудесным – ясное, светлое. Морозный прозрачный воздух в лесу был таким чистым, что казалось его можно пить. Я ела снег, подчерпывая варежкой с еловых веток, которые свисали на тропинку, осыпая охрану сзади белыми сугробами. Пара молчаливых аларийцев ежилась, когда снег сыпался им за шиворот, но молчали. Ликас умеет испортить настроение, ведь наверняка специально отбирал угрюмых молчунов. На утренней тренировке все прошло штатно, не считая удивления Геба. За одну ночь я улучшила свой...
Доверие — самая хрупкая вещь в мире.
Утро было чудесным – ясное, светлое. Морозный прозрачный воздух в лесу был таким чистым, что казалось его можно пить. Я ела снег, подчерпывая варежкой с еловых веток, которые свисали на тропинку, осыпая охрану сзади белыми сугробами. Пара молчаливых аларийцев ежилась, когда снег сыпался им за шиворот, но молчали. Ликас умеет испортить настроение, ведь наверняка специально отбирал угрюмых молчунов. На утренней тренировке все прошло штатно, не считая удивления Геба. За одну ночь я улучшила свой...
Просто оплакивать, теряя, просто ненавидеть и мстить тоже — просто, потому что есть кому. Самое сложное в жизни — это решать. И потом жить с тяжестью ответственности за принятое решение, потому что плечи гнет к земле, ком в горле… и ничего не исправить. И, особенно, если решение было верным, но что уже совершенно не радует.
Утро было чудесным – ясное, светлое. Морозный прозрачный воздух в лесу был таким чистым, что казалось его можно пить. Я ела снег, подчерпывая варежкой с еловых веток, которые свисали на тропинку, осыпая охрану сзади белыми сугробами. Пара молчаливых аларийцев ежилась, когда снег сыпался им за шиворот, но молчали. Ликас умеет испортить настроение, ведь наверняка специально отбирал угрюмых молчунов. На утренней тренировке все прошло штатно, не считая удивления Геба. За одну ночь я улучшила свой...
За знания нужно платить. Некоторые ответы лучше не знать. Просто не знать, иначе жить с таким грузом невозможно.
Утро было чудесным – ясное, светлое. Морозный прозрачный воздух в лесу был таким чистым, что казалось его можно пить. Я ела снег, подчерпывая варежкой с еловых веток, которые свисали на тропинку, осыпая охрану сзади белыми сугробами. Пара молчаливых аларийцев ежилась, когда снег сыпался им за шиворот, но молчали. Ликас умеет испортить настроение, ведь наверняка специально отбирал угрюмых молчунов. На утренней тренировке все прошло штатно, не считая удивления Геба. За одну ночь я улучшила свой...
Груз будущего не так тяжел — я знаю по себе, и по-крайней мере могу попытаться хоть что-то изменить, у меня есть время, а груз прошлого… он тяжелее в несколько раз, он просто неподъемный, потому что уже ничего нельзя изменить. Все сделано и можно только жить дальше, сгибаясь под тяжестью этих ошибок.
Утро было чудесным – ясное, светлое. Морозный прозрачный воздух в лесу был таким чистым, что казалось его можно пить. Я ела снег, подчерпывая варежкой с еловых веток, которые свисали на тропинку, осыпая охрану сзади белыми сугробами. Пара молчаливых аларийцев ежилась, когда снег сыпался им за шиворот, но молчали. Ликас умеет испортить настроение, ведь наверняка специально отбирал угрюмых молчунов. На утренней тренировке все прошло штатно, не считая удивления Геба. За одну ночь я улучшила свой...
Ни за что не платят так дорого, как за наивность.
Утро было чудесным – ясное, светлое. Морозный прозрачный воздух в лесу был таким чистым, что казалось его можно пить. Я ела снег, подчерпывая варежкой с еловых веток, которые свисали на тропинку, осыпая охрану сзади белыми сугробами. Пара молчаливых аларийцев ежилась, когда снег сыпался им за шиворот, но молчали. Ликас умеет испортить настроение, ведь наверняка специально отбирал угрюмых молчунов. На утренней тренировке все прошло штатно, не считая удивления Геба. За одну ночь я улучшила свой...
И тут я вспомнила старый анекдот про то, что нужно поймать Золотую рыбку, загадать два желания, а третьим потребовать Цветик-семицветик. Загадать шесть желаний, потом заказать кувшин с джинном. Загадать ему два желания, а третьим попросить Конька-Горбунка. Профит.
Что может быть желаннее, чем получить возможность исполнить свою заветную мечту? Разве что право отказаться от этого сомнительного счастья! Слишком высокую цену может запросить тот, кто устанавливает правила. Оказавшись во власти снежного короля, я сразу поняла эту незатейливую истину. Могущественный маг развлекается, раз в год устраивая испытания для семёрки невезучих претендентов, вырванных им из родных миров. Семь уровней, семь испытаний. В награду — исполнение любого желания. Только...
Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть.
Попасть в другой мир, получить волшебный дар и стать женой принца – удача это, или наоборот, несчастье? Я ведь совсем о другом мечтала, и принц мечтал о другом. Мы не понравились друг другу с первого взгляда. Но, может быть, общее дело сможет объединить нас?
какая разница кошке, что о ней думают мыши?
Королевство на грани революции, казна пуста, дела расстроены, долги неимоверны, армия на стороне дальнего племянника короля. Анне-Виктории всего восемнадцать лет, когда пришлось надеть корону, унаследовав престол после смерти отца. Ей придется иметь дело с кузеном, стремящимся сесть на трон, многочисленными внутренними проблемами, да еще и соседи активизировались. В качестве альтернативы можно подписать отречение и уйти в монастырь, но не станет ли от этого еще хуже? Остается запереть сердце на...
— Простите, господин магвел, — потупила взгляд. — А что такое «поколение»? — Похлопала ресницами, пытаясь изобразить вид «лихой и придурковатый», но, кажется, поздно. Провалила я легенду.
Ну я и попала! Не только в другой мир и неприятности, но и на императорский отбор невест. Правда участвую в нем как служанка вредной, напыщенной претендентки, готовой на все, только бы получить принца и власть. Симпатии к ней я не испытываю ни капельки, однако я поклялась быть верной и сделать все от меня зависящее для победы. И пусть служить верой и правдой обязана не ей, а магу — от этого не легче. Отбор суров и даже жесток. Но я справлюсь и обязательно вернусь домой. Если выживу. И если...
... хорошая женщина даже из мужчины сделает человека!
Алое пятно на белой простыне. Небрежно брошенная визитка.
– Пусть позвонит та, что была здесь. В случае проблем…
– Никаких проблем… Никаких детей… Можешь быть спокоен…
Облегчение в его глазах… Так больно. Всё ок. Я сильная. Я справлюсь…
— Никто не может быть уверен, конечно. Я понятия не имею, сколько мне предназначено. Но суть жизни в том, что ничего нельзя добиться просто так: это — эффект ступеней. Это как лестница, понимаете? И тем, кто, как я, поднимается с самого низа, нужно стараться в два раза сильнее…
— Несомненно, несомненно! — улыбнулся старичок добродушно. — Но вы точно уверены, милое создание, что у этой лестницы есть финал, что она может кончиться — по эту сторону реки? Я вот не был бы так убеждён. На смену одним непокорённым высотам приходят другие, мелкие потребности сменяются большими, и так уж получается, что карабкаться вверх можно бесконечно. Всё, что качественно меняется на более высоких ступенях, это боязнь упасть. Чем вы выше, тем она сильнее, увы…
Позвольте представить вам лорда Джека, владельца корпорации Хэллоуин… Один из самых могущественных колдунов города, красавец, мечта женщин. И, по совместительству — мой ночной кошмар. Говорят, лорд Джек проклят. Говорят, расколдовать его может только та самая, единственная и неповторимая, которой мечтают оказаться многие девушки в этом городе. Я тружусь в самом занюханном углу отдела кошмаров, заочно учусь в академии Тенебрис и мечтаю… ну, например, выспаться. Но есть одна проблема: с...
Взять хоть Землю, где на тот момент как раз вовсю развернулась забава под лозунгом “Сжечь ведьму!”.
И понятное дело, что настоящих ведьм не так-то просто сжечь, благо мы не особенно горибельные.
Позвольте представить вам лорда Джека, владельца корпорации Хэллоуин… Один из самых могущественных колдунов города, красавец, мечта женщин. И, по совместительству — мой ночной кошмар. Говорят, лорд Джек проклят. Говорят, расколдовать его может только та самая, единственная и неповторимая, которой мечтают оказаться многие девушки в этом городе. Я тружусь в самом занюханном углу отдела кошмаров, заочно учусь в академии Тенебрис и мечтаю… ну, например, выспаться. Но есть одна проблема: с...
— Бабник, — заметила я.
— ... просто не встретил ту самую, единственную.
Позвольте представить вам лорда Джека, владельца корпорации Хэллоуин… Один из самых могущественных колдунов города, красавец, мечта женщин. И, по совместительству — мой ночной кошмар. Говорят, лорд Джек проклят. Говорят, расколдовать его может только та самая, единственная и неповторимая, которой мечтают оказаться многие девушки в этом городе. Я тружусь в самом занюханном углу отдела кошмаров, заочно учусь в академии Тенебрис и мечтаю… ну, например, выспаться. Но есть одна проблема: с...
Мужчина под каблуком? Нет, конечно. Под каблуком мне нужны набойки и устойчивая поверхность, а мужчина мне нужен рядом.
Жизнь Иржины вошла в нормальную колею: дом есть, работу предоставил сам Император, друзьями обзавелась, да и любимое хобби никуда не делось. Казалось бы, живи да радуйся. Вот только зачем нужно было открывать тайный портал прямо из императорского дворца? Случайно? А в соседнее княжество незаконно проникла – тоже случайно? И замуж тоже, видимо, вышла совершенно случайно… И когда уже она поймет, что все случайности – не случайны? А значит, из них нужно сделать выводы и двигаться дальше. ©...
Даша тяжело вздыхает. Вот никогда ей сказка про Спящую красавицу не нравилась. Вот спал себе человек и спал. Сто лет! Просто мечта! А все равно добрались, чтобы разбудить!
Что может принести интерес темных к земным женщинам? Счастье для тех, кто найдет любимых? Или жертвы и разрушения?Потому что могущественные и таинственные тени не успокоятся, пока не уничтожат женщин, что осмелились стать э'тили для темных. Теми, кто ценнее собственной жизни. Теми, кто является дыханием для мужчины-темного.И как противостоять тем, кто жаждет вселиться в твое тело?
- Кто-то сейчас в другой глаз получит. Для симметрии.
- Меня нельзя бить по голове! – обиделся Криим. – Она – достояние Альрама.
- И какая нелегкая меня дернула тебе это как-то сказать…
- Так пили же…
Что может принести интерес темных к земным женщинам? Счастье для тех, кто найдет любимых? Или жертвы и разрушения?Потому что могущественные и таинственные тени не успокоятся, пока не уничтожат женщин, что осмелились стать э'тили для темных. Теми, кто ценнее собственной жизни. Теми, кто является дыханием для мужчины-темного.И как противостоять тем, кто жаждет вселиться в твое тело?