Воскресенье. Не день, а лишь узкий просвет между двумя обычными днями.... Еще не поздно, но, ради бога. торопитесь, ведь не успеешь оглянуться, и они кончатся, эти благословленные сорок часов отдыха!
— Умный, но вредный? Я буду звать его Кулёк.
— Кулёк? Бумажный пакетик для мелких предметов? Почему?
— А почему нет?
С таким образцом женской логики эльф тоже, видимо, сталкивался впервые. Я прям вижу, как крутятся шестеренки в прокачанных мозгах, пытаясь найти логику там, где она не ночевала.
В сущности, репутация - это ваш единственный ценный актив, поэтому берегите ее.
Мы — словно люди из книги, и он никому не позволит ее прочитать.
Человеку иногда кажется, будто у всех вокруг такая же система ценностей, как и у него. Но в жизни так не бывает. Мы общаемся и взаимодействуем с людьми, которые могут разделять наши ценности, но только не все.
Работа — это то, что человек обязан делать, а Игра — то, чего он делать не обязан.
Ты можешь сомневаться, это вполне естественное человеческое состояние. Но лишь до того, как начал что–то делать. Если же начал, то уже не сомневайся.
"Самые прекрасные слова—те, которых мы так и не произнесли. Они остаются в наших взглядах, в нашем молчании."
Гарантий не существует. Мы все зависим от случайности.
Можно любить что-то, даже видя все недостатки.
В 1946 году, на Нюрнбергском процессе, представитель Чехословакии спросит начальника штаба Верховного командования вермахта Кейтеля[90]: «А напал бы рейх на Чехословакию, если бы могущественные западные державы в тридцать восьмом поддержали Прагу?» И Кейтель ответит: «Конечно же, нет. Мы были тогда недостаточно сильны в военном отношении».
Гитлеру и впрямь есть из-за чего бесноваться. Франция и Англия распахнули перед ним дверь, от которой у него не было ключа, и, проявляя подобную услужливость, совершенно очевидно, побуждали его к действиям.
Есть люди, способные только использовать других. Они видят себя львами или тиграми, а на самом деле больше похожи на крыс и тараканов, грязных паразитов, которые крадут твое время. Они созданы, чтоб научить нас проявлять осмотрительность и быть настороже в отношениях с другими людьми. Но все равно этих клопов надо давить.
There are as many monsters as there are people to dream them.
Его ладони обожгли прикосновением мои плечи, настолько ярким показался контраст после ледяного дождя. Я не стала оборачиваться или что-либо говорить, просто закрыла глаза и улыбнулась. На душе стало тепло-тепло. И совсем не страшно. Даже если уже в следующее мгновение меня ждала неминуемая смерть.
- Ты не поверишь, но, кажется, мне тебя не хватало, - голос Руслана прозвучал спокойно и немного задумчиво.
- Ты прав, я не поверю.
Уверимся, что любовь к отечеству не есть призрак и что привязанность к имени своему не мечта. Уверимся, что Творец, бросив в нас первую искру жизни, присоединил к ней искру любви к отечеству. Привычка младенца к колыбели, привязанность его к кормилице, ребенка – к комнате, в которой он воспитывался, и к лугам, на которых он игрывал, юноши – к месту родины не есть ли приготовление к этой любви? Родители, друзья, супруга, воспоминания, страсти, несчастья и минуты блаженства укрепляют ее более и более и доводят до силы, которой мы в совершенных годах уже противиться не можем. Ах! Если бы любовь к отечеству была призраком, то и жизнь наша не что иное была бы, как мрачное, печальное привидение!
"Что любопытно, спустя сто лет то же самое пытался повторить падишах Империи Великих Моголов Акбар Великий. Он так же, как и Афанасий Никитин, пытался создать новую общую религию – синтез ислама, индуизма, христианства и иудаизма. Но его попытки сделать эту религию государственной не увенчались успехом.Русский купец сделал то же самое на сто лет раньше. Но он создал эту новую веру для себя лично, не пытаясь обратить кого-нибудь в эту универсальную религию.Вопрос Ангелам-Хранителям:– Правильно ли поступил Афанасий Никитин?Ответ Ангелов-Хранителей:– Поступил правильно. Он никогда не терял веру в Нас, в Ангелов-Хранителей. Поэтому свой жизненный путь прошел до конца с честью.Мне Ангелы-Хранители предсказали то же самое:– Ты, Ренат, не должен отдавать предпочтение какой-либо одной из земных религий. Ты будешь много путешествовать по свету, описывать религиозные обычаи разных народов. И в каждой религии ты будешь находить следы УЧЕНИЯ АНГЕЛОВ-ХРАНИТЕЛЕЙ, которое является общим для всех людей и народов".
Ренат Гарифзянов "Откровения Ангелов-Хранителей. Путешествие по Индии"
... в современном обществе место веры и религии должны занять разум и наука
Рассказы, бывает, начинаются внезапно и точно так же обрываются. Это нырок: задержал дыхание, прыгнул, открыл глаза и вынырнул. Это примерка шляпы из старого сундука: надел, глянул в зеркало и спрятал обратно. Как писал один книжный маг, рассказ подобен окошку в чужой мир, чужой ум, чужой сон. А сборник рассказов хорош тем, что это не ухоженный сад, а горное разнотравье: не понравился один цветок – сделай шаг, переверни страницу, и вот у тебя в руках совсем другой.
1. Я всегда в безопасности, и Бог хранит меня.
2. Мне открывается истина обо всем, что мне нужно знать.
3. Все, в чем я нуждаюсь, приходит ко мне в нужный день и час.
4. Жизнь – это радость, и она полна любви.
5. Я люблю и любима.
6. Я здорова и полна жизненных сил.
7. Все, что я делаю, приносит мне успех.
8. Я хочу измениться и духовно вырасти.
9. Все уже хорошо в моем мире.
"Мое страдание не знает берегов. Каждый день я умираю и рождаюсь тысячу раз, и я так далек от благополучия".
У известных физиков существует старая традиция организовывать на своё шестидесятилетие большую вечеринку, только эти вечеринки обычно продолжаются несколько дней и состоят из непрерывной череды физических семинаров – и проходят без музыки.
Мы любим других за то, что они такие, как есть, а не другие, за то, что они внушают нам именно те, а не инные чувства
- Эм… - дознаватель от такой постановки вопроса чуть-чуть растерялся. Но сумев взять себя в руки, заинтересованно вскинул бровь. – И за что же мне вас посадить, гражданка Шолохова? Вы же вроде как… Невиновны. Или я что-то путаю?
- Да хоть за нарушение общественного правопорядка, - девушка сдула с носа прядь тёмных волос и ткнула пальцем в сторону Араньева. – Потому что если вы меня не посадите… Ей богу, я его действительно убью!
На пару минут в кабинете воцарилась удивлённая тишина, нарушаемая лишь суетой в коридоре за закрытой дверью. А потом Вениамин умильно вздохнул и поинтересовался у дознавателя, прижав руки к груди:
- Правда, она лапушка?
- Ах ты…
«Вышла, называется, замуж, — с горечью подумала она, — ни чувств, ни отношений, ни секса. Ничего. Я для него как та муха — нет меня рядом, можно не бояться, что прихлопнет»
Никто не подозревает, какую можно создать красоту! Никто не подозревает, какую пользу могли бы извлечь из расточаемых сокровищ, каких высот может достичь возрожденная человеческая мысль, заблудшая, подавленная, постепенно удушаемая постыдным рабством, проклятием заразительной необходимости вооруженных нападений и оборон и привилегиями, унижающими человеческое достоинство; никто не подозревает, что она может открыть в будущем и перед чем преклониться. При верховной власти народа литература и искусство, симфоническая форма которых едва еще намечается, приобретут неслыханное величие, как, впрочем, и все остальное. Националистические группировки культивируют узость и невежество и убивают самобытность, а национальные академии, авторитет которых покоится на неизжитых суевериях, - лишь пышное обрамление развалин. Куполы институтов, вблизи как будто величественные, просто смешны, как колпаки, которыми гасили свечи. Надо расширять, интернационализировать неустанно, без ограничений все, что только возможно. Надо разрушить преграды, пусть люди увидят яркий свет, великолепные просторы; надо терпеливо, героически расчистить путь от человека к человечеству: он завален трупами людей, и каменные изваяния заслоняют дугу далекого горизонта. Да будет все это преобразовано по законам простоты. Существует только один народ, только один народ!