В жизни Хионии Алексеевны французский язык был неисчерпаемым источником всевозможных комбинаций, а главное - благодаря ему Хиония Алексеевна пользовалась репутацией очень серьезной, очень образованной и вообще передовой женщины.
Заботливые руки мамы с папой
От всех проблем дитя не сберегут.
Не торопитесь кутать детку в вату,
Найдутся те, кто вату подожгут.*
*- стихи автора. Прошу сразу не бить ногами, автор сама знает, что не поэт.
Мы приписываем господу богу великое множество добродетелей, но мне всегда казалось странным, что никто ни разу не упомянул о присущем ему здравом смысле. Я не могу поверить, что он создал столь прекрасный мир, не желая, чтобы человек наслаждался его творением. Неужели он сделал бы звезды столь яркими, дал птицам такие сладкие голоса, а цветам - нежный запах, если бы не хотел, чтобы все это несло нам радость. Я грешил перед людьми, и люди осудили меня. Но бог создал меня человеком со всеми человеческими страстями, и неужели он дал мне их только для того,
чтобы я их подавлял? Он дал мне мятежную душу и жажду жизни, и я сохраняю слабую надежду, что создатель, когда придет мой черед предстать перед ним, простит мои недостатки и отпустит мои грехи.
вот засяду, знаете, дома, буду пить бром и читать Апокалипсис.
Слава не может дать наслажденья тому, кто украл ее, а не заслужил; она производит постоянный трепет только в достойном ее. И потому все чувства и порывы его обратились к золоту. Золото сделалось его страстью, идеалом, страхом, наслажденьем, целью. Пуки ассигнаций росли в сундуках, и как всякой, кому достается в удел этот страшный дар, он начал становиться скучным, недоступным ко всему, кроме золота, беспричинным скрягой, беспутным собирателем, и уже готов был обратиться в одно из тех странных существ, которых много попадается в нашем бесчувственном свете, на которых с ужасом глядит исполненный жизни и сердца человек, которому кажутся они движущимися каменными гробами с мертвецом внутри на место сердца.
Она поразила меня своей непосредственностью. Если она, как ее считают, психическая, то каковы же мы, нормальные? Ее можно видеть всю, и она не считает нужным скрывать свои мысли и чувства. А мы, я лично, живу, как кресло в чехле: сам чехол чистый, выстиранный, а под чехлом пыль и грязь. Я прячу свои мысли, она их держит на ладони. Она ОБНАЖЕННАЯ, а мы, я лично, в панцире условностей, недомолвок. Может быть, она из будущего? Действительно, из «пяти мер жизни?
«Нарушишь клятву — обманешь сам себя. А обманывать себя хуже всего. Не можешь — не обещай. Хоть перед собой виноват не будешь»
Ждать невозможно лишь тогда, когда ничего не делаешь.
Изучение языков в зрелом возрасте, я считаю, эффективнее, чем в детстве, так как взрослый человек способен поставить перед собой цель и осуществить ее.
Человек не может ненавидеть то, с чем у него нет никакого сходства.
А Пол Теру говорил, что нам слишком больно вглядываться в смерть, и эта боль заставляет нас "любить жизнь и ценить ее с такой страстью, которая, возможно, является конечной причиной всей радости и всего искусства".
Секреты обладают удивительной способностью разжигать наше любопытство, но зачастую в них не обнаруживается ничего сенсационного.
«Мне стало жалко Бога, ведь я поняла его разочарование. Бывает, человек протягивает кому-то руку помощи, но его отталкивают. Все-таки в первую очередь люди думают о самих себе».
Супружество - всего лишь одна из сторон жизни, любовь - другая.
...жизнь соткана из множества событий. Как мы реагируем на них, как мы осуществляем то, что некоторые называют свободой воли, – есть главное; выбор, который мы делаем на крутых поворотах своей судьбы, делает нас теми, кто мы есть.
Дождь - не просто небесная вода. Я думаю, дождь - это всегда какой-то знак...
Стоят невинные малые дети, здесь, в польском городе, и там, в немецком, или в другой стране, и все молятся Богу, а через несколько лет, ослепленные ненавистью, пойдут воевать и будут убивать друг друга.Фрагменты из дневника капитана Вильма Хозенфельда
Наука несовершенна. Истина — дочь времени.
Нет в жизни полного счастья, по крайней мере, когда имеешь дело с дарами джиннов.
Для того чтобы любить, глаза не нужны, правда же? Ты чувствуешь любовь, и все тут.
– Любить и нравиться – разные вещи, Фрэнни. Нравиться может все, что угодно: прекрасный вид, красивая ваза, – но любить можно только то, что уважаешь. А уважая, в какой-то степени всегда боишься.
Она и прощения попросила, да еще как вежливо! Так деликатно, что приятно было слушать; мне даже захотелось еще больше ей наврать, чтобы она еще раз попросила прощения.
Важны не действия преследователя, а ваша реакция на них.
Иногда нас соединяет радость, и в своем счастье мы на несколько драгоценных секунд становимся единым целым, потому что никто не в состоянии в одиночку выдержать колоссальную созидательную силу момента.
А иногда нас соединяет горе. Мы сливаемся в боли и тоже на несколько драгоценных секунд становимся единым целым, потому что никто не в состоянии в одиночку выдержать колоссальную разрушительную силу момента.
Иногда любовь заканчивается так и не начавшись.