Стол в актовом зале был накрыт красной скатертью. Зайцев сидел и тупо разглядывал проплешины на ней. Сделана скатерть была из старой, вероятно, театральной завесы, но изображала собой нечто революционное. Боевое настроение, однако, не удалось. Весь длинный стол, накрытый до самого пола, напоминал гроб.Члены комиссии были набраны в силу классовой добротности, иначе говоря, были обычными ленинградскими бедняками. Они скверно ели и еще более скверно жили, и все это можно было угадать по серовато-зеленым неопрятным лицам. В тощем свете электрической лампочки, не пойми зачем зажженной под потолком среди дня, члены комиссии за своим гробом-столом походили бы на вампиров. Если бы не испуг всех шестерых.Зайцев их даже пожалел.Бедные советские мышата, они все равно боялись тех, кого им предстояло чистить, – милиционеров. И тех, кто эту чистку организовал.
У каждого человека есть в душе место для других людей. У каждого – для каждого, с кем он знаком. У одних душа вместительная, у других обмелела.
Вот пример: в теплый день вы не можете сидеть в душном салоне автомобиля, поэтому, включив радио, открываете дверь. Чтобы приемник работал, ключ должен оставаться в замке зажигания, но из-за этого же ключа дверь постоянно пищит. В результате мы отключаем системы предупреждения, вырываем язычки в колокольчиках и выкручиваем лампочки. Системы безопасности нужно устанавливать с умом, принимая во внимание соотношение преимуществ и потерь для их пользователей.
Что поделать, мы не считаем Машу больной, более того, мы считаем ее порой самой здоровой из нас.
Он был обаятелен, как брызжущая ядом кобра, которая ещё не завтракала.
Всегда окупается, если дашь понять, что у тебя крепкие нервы
Кого-то кладут в землю, и они прорастают деревьями и травой. Кого-то опускают в море, и они становятся морской пеной и яркими огнями, что тянутся за кормой летними ночами. А кого-то пожирает жаркий огонь, и они уходят высоко, выше, чем летают птицы, к самому солнцу, и оттуда могут видеть, что творится на земле.
...время не всегда исчисляется часами и минутами... Эмоции, которые пережил человек за тот или иной период времени, это тоже некое мерило.
Что толку копаться в прошлом? Это как мертвое тело препарировать – удовольствия никакого, одна вонь!
А ведь действительно, иногда полезно отстать от себя, перестать заниматься самоанализом и просто погрустить.
...Это будет трудно, но в этом наша жизнь. Видеть трудности, бороться с ними и побеждать. Бить со всей силы, даже если сил нет. Бить, даже если бить нечем. Жить вопреки всему. Вопреки противнику. Стоящему у тебя на пути. Мешающему тебе.
Что очевидно даже слепому, неведомо влюблённому.
В Брайтон-Хиллз никогда ничего не происходит. Во всяком случае, ничего такого, что можно заметить. Все случается за закрытыми дверьми и произносится шепотом, бурлит в водовороте слухов и косых взглядов, хотя поверхность остается зеркально гладкой. А под ней – отчаявшиеся жены, которые предпочитают не замечать интрижки своих мужей, чтобы одеваться в «Гуччи» и носить сумки «Биркин», и мужья, покупающие у старшеклассников дурь, чтобы хоть немного расслабиться и продержаться на выматывающей душу, ненавистной работе.
Под ней Эбби Розен, чья няня украла бриллиант в три карата и продала его, подменив на циркон, о чем Эбби так никогда и не узнала. Под ней Мартин Лэндри, сбежавший с семнадцатилетней падчерицей. В этом одиноком, непостижимом месте миллион подобных историй. Кто знает, какие из них правдивы?
Быть счастливыми здесь и сейчас могут только очень умные люди
«Чтобы достичь чего-то большего, чем ты есть, надо чем-то жертвовать, Лимма. Семьей, спокойствием, собственным здоровьем.
И у солдат, и у детей есть встроенный генератор хаоса в заднице.
Чужим людям мы действительно прощаем гораздо большее, чем своим близким.
Наивные вы люди, не знаете ещё, с кем дело имеете. Девочка эта, похоже, как пуля со смещенным центром тяжести. Сама не знает, что будет делать на следующий день. И никто не угадает…
— Что же мне теперь с тобой делать, — задумчиво проговорила лиса, — с такой правильной?
— Подеремся? — радостно предложила я. — Один на один, врукопашную. Только я видала, у тебя под плащом на поясе ножик приторочен. Так вот, мы драться будем по-честному, а потом я оружие твое сдерну да прирежу тебя, как куренка.
— Чудесный план, — улыбнулась Хумэнь. — А главное — коварный какой!
Все животные равны.
Но некоторые животные более равны,
чем другие.
-Отношения между женщиной и зеркалом - извечная загадка...
Когда все пропускаешь, не читаешь и не смотришь, довольно быстро становится понятно, что ничего пропустить нельзя, потому что ничего, в общем-то и нет или скоро не будет.просто ты сидишь, а над тобой проносятся звезды.и, если повезет, листья.
Невозможно жить полной жизнью, не имея призвания...Чтобы найти призвание, не надо заглядывать внутрь себя и искать, что вас вдохновляет, достаточно осмотреться и спросить, чего от вас хочет жизнь. Какую проблему решает занятие, которое доставляет вам радость?
Вопя от страха, лекарь отодрал живую-неживую руку от себя.
... Молодым - все дороги открыты, и в пивную тоже...