Если бы только существовала возможность отредактировать жизнь, словно историю.
Когда перед тобой много врагов, всегда нападай на самого сильного.
Дети склонны быть самыми беспощадными судьями своих родителей и считать,что их проступки не заслуживают никакого снисхождения.
Тёмные помыслы частенько скрываются за весьма привлекательными лицами.
Женщина присела в книксене, а вот смущаться не собиралась. Более того, помня о моих предыдущих визитах, посмотрела неодобрительно.
Взявшись за чтение, я все больше и больше хочу Найти это место. Не потому, что игнорирую предупреждения в рукописи, нет. Скорее я уже не могу ей сопротивляться. И если это не навязчивая идея, то что тогда навязчивая идея?!
Цель в жизни не в том, чтобы быть на стороне большинства, а в том, чтобы не оказаться среди сумасшедших.
Особенно глаза - чуть раскосые, светло-зеленые, прозрачные, в оправе темных ресниц
Мы раздражаемся по пустякам, Когда задеты чем-нибудь серьёзным.
...если что и роднит женщин любого происхождения, политических взглядов, занятий и профессий, так это классический опыт неудавшегося вступления в беседу: вот вы присутствуете на совещании, высказываете свое мнение, повисает короткая пауза, а затем, через несколько тягостных секунд, кто-то из мужчин продолжает с того места, где остановился: «Так вот, я говорю, что…» Как будто вы вообще не раскрывали рта, и в итоге вы злитесь и на себя, и на мужчин, которым безраздельно принадлежит разговор.
Провожая меня до двери, он взял мою руку, склонился и поцеловал. Краска прилила к моим щекам. Да что же это такое со мной?! И что это с ним? С чего такая любезность? Он, случаем, не ядовитый
Ни один пистолет не бывает по-настоящему удобен, если надо хлопотать по дому или возле больного. Пистолеты не создаются для удобства. Они относятся к тем немногим вещам, пользоваться которым так же дискомфортно, как ходить в туфлях на каблуках.
-Мне нужно выйти замуж за какого-нибудь старого богача.
- А это разве не подачки?
Сестра ухмыльнулась
- Нет, Сиони! По-моему,это вполне заслуженно жалование за страдания в таком браке.
Каждый раз, когда я начинаю рассказывать о красоте Стамбула, Босфора и его темных улиц, некий внутренний голос говорит мне: ты, подобно писателям предыдущих поколений, преувеличиваешь красоту своего города, чтобы скрыть от самого себя изъяны собственной жизни. Если город представляется нам красивым и необыкновенным, значит, и наша жизнь такова. Каждый раз, когда я читал у писателей предыдущих поколений описания Стамбула и его головокружительной красоты, я, конечно, увлекался завораживающим языком повествования, но в то же время вспоминал о том, что эти писатели уже не жили в том большом городе, о котором рассказывают, и о том, что они предпочитали удобства уже европеизировавшегося Стамбула. У них я научился пониманию того, какова цена способности с неумеренным лирическим восторгом петь хвалу Стамбулу — обладать ею может только тот, кто уже не живет в городе, который описывает; для того, чтобы видеть красоту вещи, нужно смотреть на нее со стороны. Если писатель, в глубине души испытывающий чувство вины за это, берется разглагольствовать о ветхости и печали своего города, то он должен рассказать и о том таинственном отсвете, который они бросают на его жизнь; а если он увлеченно пишет о красоте города и Босфора, то должен помнить и о нищете своей жизни, о том, что его времена отнюдь не похожи на те, ушедшие в прошлое, времена побед и счастья.
Когда у вас есть вера, вам не нужно ни перед кем оправдываться. У каждого из нас своя история.
"В первой любви что-то есть, ведь правда? Она недосягаема для тех, кто был вне ее. Но по ней меряют все, что будет в жизни дальше."©
В моменты неопределенности и опасности вам нужно преодолеть желание спрятаться. Вместо этого возобновляйте старые связи и заводите новые, внедряйтесь в самые разные круги. В этом и состоит хитрость, к которой на протяжении столетий прибегают люди власти.
Я помню, что вызвало травму, но я не держусь за травму. Я никогда не позволяю воспоминаниям о чем-то болезненном удерживать меня от того, чтобы попробовать что-то новое.
Теперь он знал: расхожая фраза «ни на что не годный» — чепуха. Каждый на что-то да годен!
Никогда не говори «прощай», потому что сказать «прощай» - значит уйти, а уйти - значит забыть.
Саудади – ностальгия по тому, чего не вернуть. Португальский писатель XVII века Мануэл де Мело сказал: «Саудади – удовольствие, доставляющее страдание, болезнь, приносящая наслаждение».
«— Помнишь старый фильм «Публичный враг»? — спросил я. - Джеймс Кэгни, игравший гангстера, завтракает со своей сожительницей, и если она раздражает его, швыряет ей в лицо половинку грейпфрута.
— А что делает она… кастрирует его? Именно это сделала бы я тем самым ножом, которым резала грейпфрут.
— «Публичный враг» снимался в 1931 году. Тогда кастрацию на экране не показывали.
— Да, каким незрелым было искусство...»
Говорю я мало, а от молчаливых мужчин ожидают очень многого.
Гильденстерн
А сны и приходят из честолюбия. Честолюбец живёт несуществующим. Он питается тем, что возомнит о себе и себе припишет. Он тень своих снов, отражение своих выдумок.
Гамлет
Сон – сам по себе только тень.
Розенкранц
В том-то и дело. Таким образом, вы видите, как невесомо и бесплотно честолюбие. Оно даже и не тень вещи, а всего лишь тень тени.
Гамлет
Итак, нищие реальны, а монархи и раздутые герои тени нищих.
Я очень люблю готовить для кого-то, не для себя.