Цитаты

288656
Как говорила моя коллега по работе из прошлой жизни:«Зачем любить? Зачем страдать? Ведь все пути ведут в кровать».
— Наш брак продлится ровно один год и не дня больше, — прозвучал строгий мужской голос, заставляя даже мраморный пол слегка дрожать от эха. — За это время я решу все свои проблемы, а вы… Вы просто исчезните. Да… Будет лучше, если вы вообще уедите из столицы и проведёте этот год, как можно дальше от светской жизни. Ему был нужен только статус, который он и купил. Он предложил нашей семье деньги. Много денег. Взамен я должна уехать куда-нибудь на целый год и затаиться. Словно меня и не...
я уже успела усвоить одну простую истину: «Не твои дела? Не лезь!».
— Наш брак продлится ровно один год и не дня больше, — прозвучал строгий мужской голос, заставляя даже мраморный пол слегка дрожать от эха. — За это время я решу все свои проблемы, а вы… Вы просто исчезните. Да… Будет лучше, если вы вообще уедите из столицы и проведёте этот год, как можно дальше от светской жизни. Ему был нужен только статус, который он и купил. Он предложил нашей семье деньги. Много денег. Взамен я должна уехать куда-нибудь на целый год и затаиться. Словно меня и не...
Лиса Элис добавила цитату из книги «Трое в лодке, не считая собаки [англ. и рус. параллельные тексты]» 3 года назад
По-видимому, в жизни всегда так бывает. У одного человека есть то, что ему не нужно, а другие обладают тем, что он хотел бы иметь.
Лиса Элис добавила цитату из книги «Трое в лодке, не считая собаки [англ. и рус. параллельные тексты]» 3 года назад
Величайшим гениям человечества никогда не удавалось воплотить в действительность свои идеалы…
Лиса Элис добавила цитату из книги «Трое в лодке, не считая собаки [англ. и рус. параллельные тексты]» 3 года назад
За опыт, как говорится, сколько ни заплати — не переплатишь.
Лиса Элис добавила цитату из книги «Трое в лодке, не считая собаки [англ. и рус. параллельные тексты]» 3 года назад
Но женщины почему-то любят гладить нож, который нанес им рану.
Лиса Элис добавила цитату из книги «Трое в лодке, не считая собаки [англ. и рус. параллельные тексты]» 3 года назад
Жизненный идеал Монморенси состоит в том, чтобы всем мешать и выслушивать брань по своему адресу. Лишь бы втереться куда-нибудь, где его присутствие особенно нежелательно, всем надоесть, довести людей до бешенства и заставить их швырять ему в голову разные предметы – тогда он чувствует, что провел время с пользой.
Бабушка как-то говорила, что у женщин уровни удовольствия увеличиваются вместе с возрастом. В пять лет достаточно шоколадки с орешками, в десять – красивого платья, в шестнадцать – парня, от которого млеют все подруги. А дальше в дело вступают другие приятности.
- Выясни о ней все! С кем живет, кто отец ее будущего ребенка, и на каком она месяце. - Тебя так интересует собственная помощница? - Меня интересует, не я ли счастливый папаша. - Так вы уже были знакомы? - Оказывается, да... Столкнулись. Там, где я бы не хотел вспоминать, а ей вообще нечего было делать. Продолжение "Жена для генерального".
La_Luna добавила цитату из книги «Жена моего брата» 3 года назад
А шрамы… ну это уже часть тела. Зачем их убирать? Они просто напоминают, как это тело уязвимо.
У меня большие проблемы. Я доверилась не тому человеку. Теперь я беременна, и выход из его ужасной семьи не предусмотрен. Его старший брат меня ни за что не отпустит! Демид. Дэм. Этот человек слов на ветер не бросает, в отличие от моего мужа. Мой личный демон. — Я хочу развод! — Это исключено, Злата. Развода не будет. Отворачиваюсь, закрывая лицо. Чувствую, что он стоит за спиной. Очень близко! — Убирайтесь к черту! — Злата… со мной не стоит так разговаривать. Я тебе не...
Мария добавила цитату из книги «Наумовна. Начало» 3 года назад
Ага, три раза. Сами только ёжики колючие. А тут просто нужен правильный подход.
Откуда у Наумовны блокнот? С кем она иногда разговаривает, глядя на небо? Как всё начиналось, и у кого активная пенсионерка научилась купидонить? Как вообще появилась Наумовна и кто «пострадал» от ее действий? Все это можно будет найти в книге «Наумовна. Начало».
лариса добавила цитату из книги «Истинная Светка» 3 года назад
Да в подвале нашего дома Армен недавно магазин ГУЧЧИ открыл.
Светка Жайкина больше всего на свете любит две вещи - пирожки и леопардовые лосины. И пусть только кто-нибудь попробует встать у нее на пути к пирожковому цеху или отобрать кусок шоколадного торта. Этому кому-то точно не поздоровится, даже если он окажется оборотнем.
В конце концов, ее потеря памяти может оказаться весьма кстати! Я вполне могу показать ей свои лучшие качества, вот только вспомню какие это.
Спас мир — стал героем? Да как бы не так! Мир я, конечно, спас, да вот только в герои меня никто не спешит записывать! Кайер встретил меня неласково, ловцы грозят лишением силы, а наследники трона куда-то пропали! Да еще и проклятая Одри не желает меня любить и даже вспоминать! Определенно, мир несправедлив. Тем более гадко, что разгребать все это снова придется мне. Меня зовут Лекс Раут, и я уже даже не знаю, кто я!
La_Luna добавила цитату из книги «Жена моего брата» 3 года назад
О женщине проще заботиться, когда она не пытается тебе в этом препятствовать.
У меня большие проблемы. Я доверилась не тому человеку. Теперь я беременна, и выход из его ужасной семьи не предусмотрен. Его старший брат меня ни за что не отпустит! Демид. Дэм. Этот человек слов на ветер не бросает, в отличие от моего мужа. Мой личный демон. — Я хочу развод! — Это исключено, Злата. Развода не будет. Отворачиваюсь, закрывая лицо. Чувствую, что он стоит за спиной. Очень близко! — Убирайтесь к черту! — Злата… со мной не стоит так разговаривать. Я тебе не...
Нетраханная баба – это как реактор, если не всунуть стержень вовремя – рванет нахрен!
Меня зовут Стас Вознесенский и я мечта многих девчонок. Надежда большого футбола. Красив, богат, умен, хитер и неотразим. Не помню, я говорил, что еще очень «скромен»? Сексуален, перспективен и, твою мать, без ума от девчонки, которая меня ненавидит. Я думал она тихая и скромная, и даже не подозревал, кто прячется за маской заучки, и сколько скелетов она хранит в своем шкафу. А еще понятия не имел, что делать с сексуальной байкершей, к которой меня тоже тянет... #влюбленный герой-придурок с...
Все, что женщина прощает, она тебе еще вспомнит.
Меня зовут Стас Вознесенский и я мечта многих девчонок. Надежда большого футбола. Красив, богат, умен, хитер и неотразим. Не помню, я говорил, что еще очень «скромен»? Сексуален, перспективен и, твою мать, без ума от девчонки, которая меня ненавидит. Я думал она тихая и скромная, и даже не подозревал, кто прячется за маской заучки, и сколько скелетов она хранит в своем шкафу. А еще понятия не имел, что делать с сексуальной байкершей, к которой меня тоже тянет... #влюбленный герой-придурок с...
Кто решает, что правда и что ложь? Кто решает, какой была подлинная история?
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
Но как бы мы повели себя, если бы все это из наших компьютеров переместилось на улицы? Если бы потребовало от нас быть людьми, а не юзерами, если бы происходило физически, а не виртуально?
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
Нас повели в душевую. Душевая — это иногда вода, иногда газ. На сей раз была вода (94)
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
"Мы выросли с чувством, — сказала Мирта, — что сегодняшняя жизнь определяется нашим болезненным прошлым. Мы получили его по наследству. Оно всегда было с нами, каждую минуту нашего детства, каждый час нашей юности, каждый день нашей жизни"
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
— Мы выросли с чувством, — сказала Мирта, — что сегодняшняя жизнь определяется нашим болезненным прошлым. Мы получили его по наследству. Оно всегда было с нами, каждую минуту нашего детства, каждый вас нашей юности, каждый нашей жизни.
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
Он был человеком аполитичным. Он не задумывался о депортациях. Он ничего не знал о зверствах. Что его действительно интересовало, так это охота, лес природа. Когда я сейчас о нём вспоминаю, мне кажется, что животных он любил больше, чем людей.
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
И он, и моя мать, все мы превратились в кротов. В семейство кротов. Затаились. Ни во что больше не верили. Не загадывали на будущее, разве что на несколько ближайших часов. Это была единственная возможность выжить.
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
Ложь взяли за правило. <...> С бессильным ужасом следили мы на тем, сколь унизительно, во всеуслышание, были оглашены приговоры. Ни одно слово обвинения не имело ничего общего с правдой. Только мрачный юмор помогал все это переносить. Мир превратился в кривое зеркало. И перед ним мы стояли в самом первом ряду.
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
Как могут взрослые люди одиннадцать минут аплодировать из страха? Как манипулируют целым народом?
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...
Разве мы не делаемся послушными и исполнительными, когда нужно спасти свою шкуру? <...> ...как мы ведём себя в спорных ситуациях, куда менее угрожающих, чем военные действия? На работе, например, где нам хочется быть на хорошем счету? Достаточно ли мы честны, способны ли высказать правду, в том числе и неудобную?
В 2007 году журналист Саша Ба́ттьяни (р. 1973), потомок знатной венгерской семьи, узнает, что его двоюродная бабушка, графиня Маргит Тиссен-Баттьяни, причастна к резне в Рехнице, где в марте 1945 года были убиты 180 венгерских евреев. Распутывая клубок семейной истории, он сталкивается с еще одной тайной и ищет ее разгадку. За поисками истины и историей семьи встают вопросы, актуальные для каждого: какое влияние оказывают на нас события, произошедшие семьдесят лет назад? Накладывает ли отпечаток...