Цитаты
288764
– Заграница – это миф о загробной жизни, кто туда попадает, тот не возвращается.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
Он был молод душой и годами, но в его кудрях, как луна в джунглях, светилась лысина.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— …Адам – честный человек, он плохо разбирается в жизни.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— …А сейчас нечего унывать. Довольствием я вас обеспечу. Правда, сгорел мой саквояж, но остались несгораемые идеи.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
В подъезде сидел комендант. У всех входящих он строго требовал пропуск, но если ему пропуска не давали, то он пускал и так.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
– Судьба играет человеком, а человек играет на трубе.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— А вы лучше, чем я думал, – дружелюбно сказал Бендер. – И правильно. С деньгами нужно расставаться легко, без стонов.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
Молодой день в трамвайных бубенцах уже шумел по городу. За палисадом шли осоавиахимовцы, держа винтовки вкривь и вкось, будто несли мотыги.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
– Вы произошли не от обезьяны, как все граждане, а от коровы. Вы соображаете очень туго, совсем как парнокопытное млекопитающее.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
Я умираю от скуки, мы с вами беседуем только два часа, а вы уже надоели мне так, будто я знал вас всю жизнь.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Командовать парадом буду я! – воскликнул великий комбинатор.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— …Ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Я не хирург, – заметил Остап, – я невропатолог, я психиатр. Я изучаю души своих пациентов. И мне почему-то всегда попадаются очень глупые души.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Рио-де-Жанейро, это хрупкая мечта моего детства, – строго ответил великий комбинатор, – не касайтесь ее своими лапами.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
— Так что же делать? – забеспокоился Балаганов. – Как снискать хлеб насущный?
— Надо мыслить, – сурово ответил Остап. – Меня, например, кормят идеи.
Бешеный успех, который обрушился на Илью Ильфа и Евгения Петрова после выхода из печати «Двенадцати стульев» (1928), побудил соавторов «воскресить» своего героя, неунывающего и обаятельного афериста Остапа Бендера, и взяться за создание романа «Золотой теленок» (1931). Однако и завершение, и публикация второго романа все время откладывались в связи с громкими политическими процессами. В 1948 году очередное многотысячное издание дилогии было признано идеологической ошибкой, но с наступлением...
– Ираидала! – раздался рёв у меня за спиной.
Я развернулась и едва удержалась, чтоб не заорать. Спасибо всем ужастикам, что я имела неосторожность посмотреть, только они позволили мне не опозориться.
– Оман! – склонились окружающие в поклоне.
Оман... Оман? Оман!!! Это? Рядом со мной стояла двухметровая зверюга, с такими рогами, что любой бык с корриды мечтал бы о таких. Мышцы, казалось сейчас вот-вот прорвут кожу. Существо передо мной неприятно напоминало макет строения мышц человека из кабинета биологии. Такой очень сильно перекаченный макет.
На груди и плечах торчали плотным слоем шипы. Какой-то неприятный на вид нарост. Однажды в Питере, на экскурсии я видела плиты из радужного лабрадора. Вот и это существо переливалось точно так же. Цвет был просто идентичный. Такая сине-жёлто-бордовая иризация на чёрном фоне. Клыки, когти и перепончатые крылья с наростами-шипами прилагаются...
– Ты что здесь забыл? – удивилась увидев второго наследника среди тех, кто собирался принять участие в отборе на роль моего жениха. – Я твой муж и имею полное право побороться за сердце собственной жены. – Заявляет, не отводя от меня взгляда. Так и знала, что те мои слова про избавление от козла мне еще аукнуться. – Жены? Что-то я свадьбы не припомню. И как на такие твои порывы отреагирует твой гарем? – сложила руки на груди, давая ему понять, что не впечетлена его заявлением. – А нет...
Хотя кто знает? Иногда именнo в подобных тихих омутах бывает такие крупнокалиберные черти водятся, что потом только диву даёшься, откуда что взялось.
Жизнь непредсказуемая штука! Только всё начинает налаживаться и тут она снова подкидывает что-то интересное. Правда, ты отнюдь не всегда понимаешь, что это "чтo-то" - самый настоящий подарок Судьбы. Сначала кажется, что это - Конкретная Большая Проблема! И только время расставляет всё по своим местам. Время, упорство в достижении своих целей и твёрдое следование внутренним принципам. А остальное - уже дело техники! ;)
Ну и что, что буду выглядеть дурой? В конце концов я девушка, и большинство мужчин ничего кроме дурости от нас не ждёт.
Дилогия. Книга 2.
Сколько ловких любовников выпрыгивает из женских окон каждое утро? Думаю, в нашем королевстве их количество исчисляется сотнями, а мне, как назло, попался именно он. Эрвин эр Форс — племянник короля, воплощенный дракон и просто злопамятная сволочь.
Я случайно стала свидетельницей его любовного фиаско, а он, узнав, что поступаю в Высшую Военную школу, решил испортить мне жизнь.
К счастью, у меня есть покровители, и один маленький, но очень зубастый секрет.
Психологическое давление, запугивание, угрозы, чередующиеся с похвалой за успехи, – это ведь особый вид воспитания. Он эксплуатирует инстинкты ребенка. И все это она пережила, даже не подозревая об этом.
Джема привыкла всю сознательную жизнь поступать так, как нужно, но не потому, что она понимала, что так правильно, а чтобы порадовать папу. И потому, что боялась его.
Она интуитивно понимала, как следует себя вести, чтобы он оставался в хорошем настроении, ведь плохое ее очень сильно пугало. Девушка не знала, что бывает по-другому, поэтому принимала манипулирование своим сознанием за заботу.
Еще совсем недавно она и подумать не могла, что чего-то лишается, не общаясь со сверстниками вне учебы и выдавая папины мечты за свои. А теперь злилась. За то, что ее обманывали. За то, что запретили продолжить обучение изобразительному искусству. За то, что решили, будто сами могут выбирать, кого ей любить, а кого нет.
Кей и Джема не просто из разных миров – кажется, они из разных вселенных. Он – обаятельный хулиган из трущоб, она – дочка мэра. В его мире царят суровые законы улиц, ей уютно в ее золотой клетке. Эти двое никогда не должны были встретиться, но судьба посчитала иначе.
Тихий городок на берегу моря, одно лето на двоих и искреннее желание быть вместе. Хватит ли влюбленным смелости восстать против целого мира и сохранить свою любовь?
– Ты не обиделся на меня за то, что я не послушалась твоего приказа?
– Конечно, обиделся, – ответил он очень сурово.– Все капитаны обижаются, когда их не слушаются. Мы даже плачем по ночам в подушку, когда такое случается.
У беглой танцовщицы Элли нет документов, нет денег на билет, но ей нужно попасть за океан, чтобы избавиться от мерзкого хозяина. Она безбилетницей пробирается на борт «Горгоны» – огромного дирижабля, восьмого чуда света. И начинается опасная игра! Элли нужно провести сурового капитана, убедить его, что она – полноправная пассажирка. Пусть для этого ей придется очаровать его. Она готова взяться за эту задачу! А игра будет сложнее, чем ей представлялось. Капитану не до флирта – ведь «Горгона»...
Пожилые дамы – страшная сила, подумала Элли с легкой улыбкой. Они могут брать города, пользуясь жизненным опытом и привилегиями, которые дает им возраст.
У беглой танцовщицы Элли нет документов, нет денег на билет, но ей нужно попасть за океан, чтобы избавиться от мерзкого хозяина. Она безбилетницей пробирается на борт «Горгоны» – огромного дирижабля, восьмого чуда света. И начинается опасная игра! Элли нужно провести сурового капитана, убедить его, что она – полноправная пассажирка. Пусть для этого ей придется очаровать его. Она готова взяться за эту задачу! А игра будет сложнее, чем ей представлялось. Капитану не до флирта – ведь «Горгона»...
Тетя Дженни врала как дышала. Вот одно из преимуществ старости: прожитые годы придают уверенности в себе, а угрызения совести давно завяли.
У беглой танцовщицы Элли нет документов, нет денег на билет, но ей нужно попасть за океан, чтобы избавиться от мерзкого хозяина. Она безбилетницей пробирается на борт «Горгоны» – огромного дирижабля, восьмого чуда света. И начинается опасная игра! Элли нужно провести сурового капитана, убедить его, что она – полноправная пассажирка. Пусть для этого ей придется очаровать его. Она готова взяться за эту задачу! А игра будет сложнее, чем ей представлялось. Капитану не до флирта – ведь «Горгона»...
– Я всего лишь следовала принципу: поступай с людьми так, как хочешь, чтобы они поступали с тобой.
– Отличное правило! – воскликнула Элли. – Увы, оно не всегда работает.
– Чаще всего не работает. Этот принцип для тех, кто хочет жить в ладах с совестью. Из него не следует, что люди ответят тебе взаимностью.
У беглой танцовщицы Элли нет документов, нет денег на билет, но ей нужно попасть за океан, чтобы избавиться от мерзкого хозяина. Она безбилетницей пробирается на борт «Горгоны» – огромного дирижабля, восьмого чуда света. И начинается опасная игра! Элли нужно провести сурового капитана, убедить его, что она – полноправная пассажирка. Пусть для этого ей придется очаровать его. Она готова взяться за эту задачу! А игра будет сложнее, чем ей представлялось. Капитану не до флирта – ведь «Горгона»...
– И что? Разве тебе не все равно? – сжала ее ладонь Ксения. – Это общество, может, еще лет сто не примет всё, что не вписывается в их привычный уклад! Это же не означает, что новое и непонятное обязательно плохое, так?
Кей и Джема не просто из разных миров – кажется, они из разных вселенных. Он – обаятельный хулиган из трущоб, она – дочка мэра. В его мире царят суровые законы улиц, ей уютно в ее золотой клетке. Эти двое никогда не должны были встретиться, но судьба посчитала иначе.
Тихий городок на берегу моря, одно лето на двоих и искреннее желание быть вместе. Хватит ли влюбленным смелости восстать против целого мира и сохранить свою любовь?
Как бы банально это ни звучало, никто из людей не знает, какой час и миг может оборвать эту жизнь.
Кей и Джема не просто из разных миров – кажется, они из разных вселенных. Он – обаятельный хулиган из трущоб, она – дочка мэра. В его мире царят суровые законы улиц, ей уютно в ее золотой клетке. Эти двое никогда не должны были встретиться, но судьба посчитала иначе.
Тихий городок на берегу моря, одно лето на двоих и искреннее желание быть вместе. Хватит ли влюбленным смелости восстать против целого мира и сохранить свою любовь?