Что это было – неотвратимое наказание, настигшее человека за его неправильные деяния по закону бумеранга? Или случайное стечение обстоятельств, которые можно было избежать? Может ли зло остаться безнаказанным?
В этом проблема всех советчиков. Им кажется, что их драгоценное мнение — истина в последней инстанции. Если им подходит такая жизнь, то и всем вокруг подойдёт, конечно — типичное заблуждение таких ребят. Знаешь, что я обычно делаю с добрыми советами? Слушаю их внимательно и меряю на себя. Если приходятся впору, принимаю к сведению, нет — подтираю ими задницу.
Книги не хуже этих твоих, что у нас на всех полках, писать могу. Например! "У неё были большие буфера и стервозный характер, у него — большой агрегат и много бабла. Они жили долго и счастливо, пока не встретились. Потом ему понравились буфера, ей — бабло, но так почему-то говорить не принято, потому на свадьбе они сказали, что любят друг друга. А потом так и жили: она его пилила, он её…"
Будь осторожен с богами. Не проси лишнего, не допускай небрежности или неуважения, не впадай в истовую веру, затмевающую здравый смысл. Склоняясь перед божеством, ты должен точно знать, кому молишься и почему, понимать пути и суть этого культа, быть осторожным со своим желанием и решить, что можешь предложить взамен: даром никто ничем не наделяет, особенно — боги.
...отец тогда сказал, что родители гордятся успехами и победами детей во сто крат больше, чем своими собственными, но в тысячу раз сильнее переживают неудачи.
Как показывал опят многих поколений студентов: если магистр запоминал имя раньше заслуг, то не стоило ждать легкого семестра и простой экзаменационной декады.
Все знают, что девушки рождаются добрыми и милыми, а потом сталкиваются с реальным миром и отращивают колючки.
Синклер даже не позвонил. Да и зачем ему это? Он уже извинился за то, что считал моральным падением. О чем еще говорить? Драммонд не мог иметь к ней никаких чувств. В дополнение к унаследованным деньгам и недвижимости он основал хеджевый фонд и сделал миллионы. Он получил степень в Принстонском университете, она же едва…
«Самый настоящий притон!» — скривился я, досадуя на то, что главным блюстителям за порядком в городе так поздно о нём доложили. Вонь стояла нещадная. Видимо, вызыватели ко всему прочему дали обет никогда не стирать свои носки и не мыть посуду.
Справедливость — одна из самых переборчивых шлюх в мире, улыбается лишь тем, кто ей дорого платит.
Если уж женщина берётся играть на мужском поле, она должна быть лучше мужчин в разы, иначе ей ничего не добиться — такова правда этого мира.
Сожаления ничего в этой жизни не меняют, никогда. Не возвращают, не воскрешают, не исправляют, не спасают. Они бессмысленны. Имеет значение лишь то, что делается сейчас.
У меня мои долбо… красавчики из отряда, чисто дети скудоумные — знай вставляй люлей для просветления и заботься денно и нощно!
Прекрасная память- это хорошо, когда есть, что хорошего вспомнить. Вот только не всегда помнится лишь хорошее…
Сверр был уверен, что девушка уже все рассказала и не только отцу. Она ведь женщина, а женщинам не свойственно хранить секреты дольше нескольких дней.
-Милая, он король и обязан следовать букве закона иначе, как он сможет требовать того же от своих подданных,
Мужчин нельзя жалеть, их можно любить и в них нужно верит
Волшебство — это хорошо, мой Властелин, но статистически оно вполне заменимо мозгами. Если уметь ими пользоваться, разумеется.
Ненавидеть же в других то, что не любишь признавать в самом себе — типичное для разумных поведение, как ни крути.
Каждое мгновение прошедших дней было для меня сокровищем, которое я бережно складывала в копилку своей памяти, наполняя ее наконец-то драгоценностями, а не пеплом боли.
Но по мне, лучше, чтобы тебя боялись, а не наоборот. Так что жить мне стало легче и проще. И пусть шепотки за спиной еще продолжались, но уже никто не смел делать мне подлянки и выкрикивать в лицо оскорбления.
Надо решать насущные вопросы, а не страдать
Дети, любимая женщина, друг и собака — идеальный хэппи-энд для любой истории...
Лучше уж остаться одной, чем быть одной из десяти.
«Сосед купил машину. Ночью приду душить. Жаба», – тихонько пробормотала я себе под нос.