Цитаты
285866
Вильма успела вытереть руки и пригладить растрепавшуюся копну волос и теперь убеждала себя, что не прихорашивалась – так, слегка в порядок привела!
В мире, где ведьмы вне закона, скрывать свои способности – обычное дело. Вильма привыкла к такой жизни и не ожидала, что неприметный на первый взгляд, купленный за медяк фонарь заставит ее сорваться в заснеженный Иствер.
Преследователи идут по пятам, нечисть атакует город, а загадка старого артефакта не дает покоя. И когда северный маг протягивает руку помощи, Вильма не сомневается. Прятаться и бежать поздно! Фонарь зажжен, и тревожный аромат магии уже витает в воздухе.
Сейчас ничто не мешало рассмотреть его целиком. Что ж, с фигурой у него все было в порядке, во всех местах. Если в следующий раз чего-нибудь не отморозит на магических экспериментах!
В мире, где ведьмы вне закона, скрывать свои способности – обычное дело. Вильма привыкла к такой жизни и не ожидала, что неприметный на первый взгляд, купленный за медяк фонарь заставит ее сорваться в заснеженный Иствер.
Преследователи идут по пятам, нечисть атакует город, а загадка старого артефакта не дает покоя. И когда северный маг протягивает руку помощи, Вильма не сомневается. Прятаться и бежать поздно! Фонарь зажжен, и тревожный аромат магии уже витает в воздухе.
Будить в женщине зверя - как играть в русскую рулетку. Может проснуться хомячок , а может и тигрица.
Представьте, что в знаменитом "50 оттенков" вместо невинной девицы была молодая скромная мать-одиночка, а вместо мистера Грея — наш отечественный бизнесмен, у которого слишком много работы, чтобы шляться по барам в поисках женщины. Представили? А теперь представьте, что им понравилось. Очень понравилось. Они так вошли во вкус, что не заметили…. А вот дальше пока не скажу. Интрига!
Во мне бокал шампанского и мне хорошо. Хорошо, тепло и в голове весёлые пузырьки лопаются.
Рядом со мной блюдо с фаршированными кальмарами, мы неплохо смотримся вместе…
Сделка между ведьмой и инквизитором — что может быть проще?
Я хочу спасти сестру от плахи, он — избавиться от навязанного императором брака.
Всего-то нужно победить в отборе невест, стать его фиктивной женой, а после — получить достойное вознаграждение и… скоропостижно «скончаться».
Я четко придерживалась плана, но победить в отборе не так просто. Тяжелый характера моего «жениха» только усложняет задачу, а вместо мыслей о свободе в голове единственное желание…
Убить инквизитора!
как относиться к гениям, если потомки могут подражать им, сохраняя при этом дух гениальности? Стоит ли признавать дар аферистов?
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Из двух дьяволов выберешь того, с кем знаком.
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
У всех нас есть темная сторона… Вопрос в другом: больше ли в тебе света?
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Каждый видит то, что хочет видеть,
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Как легко посеять семя сомнения в человеке. Как легко заставить его усомниться в собственном разуме, в собственных воспоминаниях
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Личное – самое прекрасное, что есть в искусстве.
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Но разве в наше время мы способны на создание чего-то столь великого? Может быть, правы критики, которые говорят, что искусство умерло?
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Я смотрела ему вслед и думала: как бы называлась наша сказка? «Красавица и чудовище»? Или «Чудовище и прекрасный юноша»? А быть может, «Чудовище и чудовище»?
Да. Два изголодавшихся монстра встретились.
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
В жизни не существует понятия «удачный момент».
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
месть – удел тех, кому нечего терять.
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Есть картины, которые ты пишешь душевной болью, извлекая из себя слишком личное.
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Не убегай от эмоций. Чувствуй настоящее
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
От себя не убежать
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Не бойся чувств, Ниса, иди у них на поводу.
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Никто не сделает мне больнее, чем я сама себе.
Беренис – художница, о таланте которой никто не знает. Кроме него. Они видят одних и тех же чудовищ и воплощают их на бумаге. Оба считают свой талант проклятием. Они связаны запретными чувствами и кровавой историей о самоубийстве ее сестры Клэр.
После трагедии Беренис чувствует, что тьма следует за ней по пятам. Девушка вынуждена бежать и скрываться. Но можно ли спрятаться от «самого Дьявола»?
Ничто так не портит настоящее , как козел в прошлом.
Представьте, что в знаменитом "50 оттенков" вместо невинной девицы была молодая скромная мать-одиночка, а вместо мистера Грея — наш отечественный бизнесмен, у которого слишком много работы, чтобы шляться по барам в поисках женщины. Представили? А теперь представьте, что им понравилось. Очень понравилось. Они так вошли во вкус, что не заметили…. А вот дальше пока не скажу. Интрига!
К двери я ломанулась , как наши в сорок пятом к зданию Рейхстага . Пригибаясь и виляя , что бы не сцапали. С сумочкой на вытянутых руках вместо флага.
Представьте, что в знаменитом "50 оттенков" вместо невинной девицы была молодая скромная мать-одиночка, а вместо мистера Грея — наш отечественный бизнесмен, у которого слишком много работы, чтобы шляться по барам в поисках женщины. Представили? А теперь представьте, что им понравилось. Очень понравилось. Они так вошли во вкус, что не заметили…. А вот дальше пока не скажу. Интрига!
Но прежде чем наводить свои порядки, надо получить разрешение на уборку, а то вдруг этот мохнатый паук в углу – любимый питомец господина Ньюберта?
В мире, где ведьмы вне закона, скрывать свои способности – обычное дело. Вильма привыкла к такой жизни и не ожидала, что неприметный на первый взгляд, купленный за медяк фонарь заставит ее сорваться в заснеженный Иствер.
Преследователи идут по пятам, нечисть атакует город, а загадка старого артефакта не дает покоя. И когда северный маг протягивает руку помощи, Вильма не сомневается. Прятаться и бежать поздно! Фонарь зажжен, и тревожный аромат магии уже витает в воздухе.
«Больнее всего бьют те, кому мы доверяем»
Если вы застряли в лифте на новогоднюю ночь, не спешите отчаиваться. Особенно если с вами застрял кто-то ещё…
“You know, Eris,” he said, a hand wrapping around the doorknob. “I think you might be a decent male, deep down, trapped in a terrible situation.” He looked over his shoulder and found Eris’s gaze blazing again. But only pity stirred in his chest, pity for a male who had been born into riches, but had been destitute in…
Неста, сестра Фейры, верховной правительницы Двора ночи, после погружения в древний источник, содержащий первооснову жизни, обретает силу, непонятную и неподвластную ей самой. Она не знает, как распорядиться этим даром, но мудрые родственники наставляют ее на путь истинный и отправляют в Дом ветра осваивать древнее воинское искусство валькирий, истребленных полностью в сражениях прошлого. Тем временем Бриаллина, королева людей, вступает в союз с Косфеем, существом, неподвластным смерти. Она...
В этом и заключался основной дипломатический прием: достичь благоволения власть имущих, в зависимости от которых находишься. И те, кому, как и дону Рафелю, не довелось родиться ни маркизами, ни баронами, могли рассчитывать только на выгоду, приносимую служебным положением, и на состояние, которое им удавалось сколотить,…
Роман выдающегося каталонского писателя Жауме Кабре «Ваша честь» (1991) был создан задолго до его знаменитого «Я исповедуюсь». Но уже тогда писателя волновала тема сильных мира сего, судебной коррупции и абсолютной власти, для которой существует лишь право сильного. Зима 1799 года. В Барселоне не прекращаются дожди, город кажется парализованным, и тем не менее светская жизнь в самом разгаре. Кажется, аристократов заботит лишь то, как отпраздновать наступление нового, девятнадцатого века. В...