Леша внезапно крепко меня обнял и горячо прошептал на ухо:
— Ещё раз такое устроишь, сам тебя задушу.
Спасибо, родной, я тоже люблю тебя.
Вот не знаю, как оборотни, а я вампиров даже жалела. Это в фильмах и книгах все романтичненько и готичненько, а на самом деле — генетическая аномалия, закрепившаяся в ДНК и передаваемая по наследству.
— Это мой первый бывший муж.
Пару минут Юра пытался уложить эти сведения в привычную картину мира. Судя по всему, не получилось.
— Но это же вампир!
— Мужиком он от этого быть не перестал.
Неужто дыры в асфальте латают?! Надо же, в теплую и сухую погоду, а не как обычно — в декабре под снежком. Чудеса…
Юра резко поднял голову и попытался прожечь неприязненным взглядом. Прожигалась я плохо, поэтому парень, поджав губы, отвернулся, чем совершенно не впечатлил.
Что полностью замять дело не выйдет, я уже поняла, Леше два дня назад дали новое звание - подполковник. Если учесть, что до этого он был полковником, достижение сомнительное.
Что там со стажером?
- Сидит. Ну, в смысле - сидит за столом и работает, - пришлось подойти к стеклянной стене, раздвинуть опущенные ныне жалюзи и выглянуть. Все правильно, Юра склонился над бумажками, сосредоточенно их перебирал, поджимал губы и хмурил брови. Я тоже так делаю, когда пытаюсь создать видимость напряженного труда. Интересно, чем он на самом деле занят?
- А ведьмы действительно могут левитировать, только для этого не обязательно загонять занозы в зад. Точно так же, как и вы не начинаете корчиться, обрастая мехом, при попадании на кожу лунного света. В каждой городской легенде есть доля правды, но в том и дело, что только доля. Если хочешь работать в нашем отделе, придется научиться принимать и уважать окружающих вне зависимости от их пищевого рациона, видовой принадлежности, цвета кожи и сексуальных предпочтений. - Я не гомофоб! - Оно и заметно. Твоя девушка из ваших? - судя по недовольно поджатым губам, нет. - Значит, оперируя твоими понятиями, ты спишь с зоофилкой. - Она обо мне ничего не знает. - Если тебе от этого будет легче, то ладно - ты спишь с латентной зоофилкой.
Ладно, спасибо и на том, — я поднялась, Юра тоже мгновенно оказался на ногах. Понять его вполне можно, все-таки и для меня тут запах густоват, что уж говорить про бедного оборотня. ... — А давайте съездим ещё раз на кладбище, — Юра остановился сразу за подъездной дверью, с удовольствием вдохнув свежие выхлопные газы.
— А ты тоже погадать хочешь, сердешный? — гадалка заинтересованно сверкнула взглядом на парня. — У меня сегодня скидка пятьдесят процентов, давай, не теряйся. — Спасибо, не надо, я и так знаю, что меня ждет казенный дом. Я ж отчет по свидетельским показаниям не доделал, вернемся, буду в отделении сидеть до вечера, — это он пояснил уже мне.
Идея о проведении каких-то мегаритуалов по обретению силы или тайном капище не выдерживает никакой критики. Просто потому, что они были бы бессмысленны. В смысле, ритуалы. Поклонение же древнему божеству и вовсе за гранью бреда хотя бы потому, что ничего не даст. Не появится над тобой благодатная длань, осыпающая манной и пряниками, единственное, что заработает усердный неофит, так это насморк — в склепе должно быть сыровато.
Судя по всему, пришли мы в жилую комнату, во всяком случае, в тусклом свете от занавешенного окна смогла рассмотреть кровать. Это меня сейчас злостно совращать будут, что ли?
— Что ведьмы вашего рода отдают за пользование силой?
Лучше бы совращал.
Ответить я не успела, дверь распахнулась и на пороге появилась Афродита. Не в пене морской, а с подносом, но тоже впечатляет.
В течение следующих пары дней я ощутила себя почившим генсеком – вся в цветах, а мимо идут экскурсии.
Стажера настолько очевидно распирало от вопросов, что я решила сжалиться над несчастным:
- Это мой первый бывший муж.
Свинья - это не только год рождения, но и сама моя суть.
Она... стояла ... в классической позе разъяренной сахарницы. Руки в боки, пузо на врага.
Я все равно считаю, что надо доверять людям, пока они не доказали обратное
Я повторяю, вам этого не понять, дамы с туго набитым кошельком и кучей нарядов. Вы не представляете себе, что это такое — жить с вечной мечтой о красивых вещах, голодать восемь месяцев подряд, чтобы иметь пурпурное платье к празднику. И не все ли равно, что идет дождь, град, снег, ревет ветер и бушует циклон?
У Мэйды не было зонтика, не было галош. У нее было пурпурное платье, и в нем она вышла на улицу. Пусть развоевалась стихия! Изголодавшееся сердце должно иметь крупицу счастья хоть раз в год. Дождь все лил и стекал с ее пальцев.
Кто-то вышел из-за угла и загородил ей дорогу. Она подняла голову — это был мистер Рэмси, и глаза его горели восхищением и интересом.
— Мисс Мэйда, — сказал он, — вы просто великолепны в новом платье. Я очень сожалею, что вас не было на обеде. Из всех моих знакомых девушек вы самая здравомыслящая и разумная. Ничто так не укрепляет здоровья, как прогулка в ненастье… Можно мне пройтись с вами?
И Мэйда зарделась и чихнула.
Пролепетав миллионную долю огромной благодарности, которая переполняла ее сердце, Мэйда схватила платье и побежала домой. При выходе из лавки легкий дождик брызнул ей в лицо. Она улыбнулась и не заметила этого.
Дамы, разъезжающие по магазинам в экипажах, вам этого не понять. Девицы, чьи гардеробы пополняются на отцовские денежки, — вам не понять, вам никогда не постигнуть, почему Мэйда не почувствовала холодных капель дождя в День благодарения.
В пять часов она вышла на улицу в своем пурпурном платье. Дождь полил сильнее, порывы ветра обдавали ее целыми потоками воды. Люди пробегали мимо, торопясь домой или к трамваям, низко опуская зонтики и плотно застегнув плащи. Многие из них изумленно оглядывались на красивую девушку со счастливыми глазами, которая безмятежно шагала сквозь бурю, словно прогуливалась по саду в безоблачный летний день.
Мистер Рэмси был управляющим магазином, и я о нем самого высокого мнения. Когда в темных закоулках ему попадались молоденькие продавщицы, он никогда их не щипал, а когда наступали минуты затишья в работе и он им рассказывал разные истории и девушки хихикали и фыркали, то это вовсе не значило, что он угощал их непристойными анекдотами. Помимо того, что мистер Рэмси был настоящим джентльменом, он отличался еще несколькими странными и необычными качествами. Он был помешан на здоровье и полагал, что ни в коем случае нельзя питаться тем, что считают полезным. Он решительно протестовал, если кто-нибудь удобно устраивался в кресле, или искал приюта от снежной бури, или носил галоши, или принимал лекарства, или еще как-нибудь лелеял собственную свою персону. Каждая из десяти молоденьких продавщиц каждый вечер, прежде чем заснуть, сладко грезила о том, как она, став миссис Рэмси, будет жарить ему свиные котлеты с луком.
Юным девочкам, возможно, действительно нравятся плохие мальчики, чтобы рвать себе нервы и писать в дневнике «он меня не понимает». Но тем, кто уже прошёл весь этот цирк, гораздо больше заходят надёжные, предсказуемые и очень свои.
Вот это, между прочим, и есть настоящая семейная жизнь: немного романтики, немного дебатов, чуть-чуть эксплуатации любимого человека, щепотка манипуляций во благо, капелька «сделай, пожалуйста, сам, ты же у меня самый сильный» – и всё это под соусом искренней заботы и безусловной любви.
если не умеешь говорить «нет», то будь готова быть использованной.
реальность, она как грабли, лучше всех объясняет причины и следствия, причём наглядно и больно.