У каждого человека свои звёзды. Одним – тем, кто странствует, – они указывают путь. Для других это просто маленькие огоньки. Для учёных они – как задача, которую надо решить. Но для всех этих людей звёзды – немые. А у тебя будут совсем особенные звёзды…
Глаза слепы. Искать надо сердцем.
Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.
- Эм… - дознаватель от такой постановки вопроса чуть-чуть растерялся. Но сумев взять себя в руки, заинтересованно вскинул бровь. – И за что же мне вас посадить, гражданка Шолохова? Вы же вроде как… Невиновны. Или я что-то путаю?
- Да хоть за нарушение общественного правопорядка, - девушка сдула с носа прядь тёмных волос и ткнула пальцем в сторону Араньева. – Потому что если вы меня не посадите… Ей богу, я его действительно убью!
На пару минут в кабинете воцарилась удивлённая тишина, нарушаемая лишь суетой в коридоре за закрытой дверью. А потом Вениамин умильно вздохнул и поинтересовался у дознавателя, прижав руки к груди:
- Правда, она лапушка?
- Ах ты…
Лишь встретившись лицом к лицу со своими разрушительными фантазиями и поступками и обуздав их, человек обретает способность по настоящему любить других людей.
... вещи, в свое время казавшиеся необычайно важными, постепенно утрачивают свое значение.
«Ведьма, если ты так будешь быстро бежать, ты таки догонишь свой инфаркт!»
«Ведьма, шо то за шлимазл? Ему на кладбище прогулы ставят!»
Если любишь, должен доверять. И если я хотя бы на миг допустила мысль, что Влад разболтал про нас кому-то из коллег… Получается, я ему не доверяю.
Ну и кто из нас тролль, Леся?
— Вы, конечно. То есть — ты, конечно. Я у тебя научилась. А до этого я была милой скромной девочкой. Это вы… ты меня плохому научил.
— Как это? — возмутилась я. — Я же умру от любопытства!
Он улыбнулся.
— От любопытства ещё никто не умирал.
— Я буду первой!
Теперь я поняла, зачем Чудинову понадобился собеседник. Кажется, он из породы людей, которые просто не умеют молчать. Нет у них органа, отвечающего за подобное. Они всё время должны говорить…
– Разве возможно сбежать от одиночества? – лежа в темноте, он говорил сам собой. – Я так устал от этого… Семья, – он будто смаковал слово, – звучит неплохо. Только где найти ту женщину, от которой сердце замрет… и без нее не захочет больше биться? Чушь какая-то! – одернул он себя. – Я взрослый мужчина, реалист к тому же.…
Репутация — великая вещь! Как себя сразу покажешь, так дальше к тебе относиться и будут. И изменить это очень непросто.
Разумовский действительно был сильно выпимши, а что у пьяного на кончике члена, то в трезвом виде ему и нафиг не надо.
Ты же живёшь по принципу детской песенки: жопа есть, а слова — нет!
Говорят, вода камень точит. Не знаю, как насчёт воды, но человек, три часа трущий одно и то же место, либо сам сдохнет, либо дырку на этом месте протрёт, либо добьётся того, чего ему надо. Я добилась. Ну, почти.
— Не помню, чтобы я говорил подобное.
Вот так всегда. Эх, мужики. Сначала ляпнут, а мы потом ночами не спим, не едим, переживаем. А они не помнят.
А я ради интереса попробовала его кофе…
Не знаю, как у него получилось сварить в кофемашине не кофе, а нечто, напоминающее рвотную микстуру, но я даже обрадовалась. Этот человек не идеален!
Господи, а давай он сегодня заболеет. Простуда, грипп, отравление, сломанная нога… Что угодно. Да-да, я знаю, я плохая девочка. С чего мне быть хорошей? Мне даже молоко за вредность не дают!
Население острова занималось узкоспециализированным производством — культивированием и обработкой вайды, травы, которая требовалась для производства краски индиго. Стоила эта краска дорого, обрабатывать ее было тяжело: совершенно разумно, что созданием красителя занимались женщины, а их мужья — презентацией товара на иностранных конференциях и пробухиванием прибыли.
Хорошо хоть обедает нормально. Раз обедает — значит, живой. Был бы робот — не обедал. Ну, наверное. Я же с роботами не знакома… Есть ведь куклы, которых кормить можно?
не стоит превращать няню в домработницу, если дети уже выросли. Научите подросшего ребенка готовить, мыть посуду и пылесосить самостоятельно! Это пригодится ему в будущей взрослой жизни, а няня — не пригодится. Ну и сэкономите на зарплате.
Няня перешла на сторону девушки, явно баловала ее донельзя и помогала во всяких запрещенных вещах. Поэтому, когда Смирна поделилась с няней своей проблемой («хочу переспать с папой!»), няня, вместо того чтобы настучать: а) родителям; б) по башке; в) отвести к эндокринологу, неврологу или психологу; г) или хотя бы купить в подарок вибратор для снятия напряжения, — вместо всего этого помогла разработать хитроумный план.
Знаете песенку про «вместо сердца пламенный мотор»? Вот это про Разумовского. У него вообще этот пламенный мотор вместо всего организма.