Нашла, наконец, лучик света в этой жопе зебры.
— Почему здесь пахнет гарью?
— Это от меня, — скривился я, поняв, что переупрямить этого барана нереально. На работе горю. Жаль, что никто не ценит.
Однако что-то во всей этой простоте было такое… умиротворяющее. Дарующее удивительное чувство тишины в раздираемой сомнениями душе.
А когда я спросил у Тизара, что будет, если в один прекрасный день на узкой дорожке столкнутся две тени, он ответил просто: «Победит сильнейший». Тем самым окончательно уверив меня, что ни друзей, ни коллег у имперских телохранителей не бывает.
Поскольку выбора у меня не было, я делал то, что от меня зависело: избавлял их от трудностей. Без мучений. Почти без боли. Ведь быстрая смерть — это тоже благо. Ее в каком-то смысле надо заслужить. И если я мог хоть чем-то помочь попавшим в подвал людям, которым, в отличие от учителей, позволяли видеть мое лицо, то именно этим.
Теперь, когда появились хоть какие-то гарантии, что меня не развели по полной, можно было попробовать довериться.
Слушай сердце. Кто поступает иначе – трус. Только он и упустит счастье, ища оправдание своим поступкам, из которых один глупее другого.
Ваше… эм-м… величество, – начала я. – Ардагарий. Ты – ийрия моего сына, обращайся по имени.– Ардагарий, – послушно повторила я. – А одолжите мне бутылочку вина?Правитель поперхнулся, явно не ожидая подобной просьбы, покосился на вино, на меня, на Ингара, правильно оценил обстановку и заявил: – У моего сына голова крепкая. И глупость разбитая о его макушку бутылка не выбьет.
Ингар, они делят твою корону. Отец расхохотался. Я выдохнул и хрипло уточнил:– И кому досталась?Ийрия довольно улыбнулась и показала болтающийся на руке венец. Я хмыкнул. Раз корона у нее, неприятностей не будет.– Зря смеетесь. Вспомните, где она находилась. Отец подскочил и рванул в сокровищницу, на ходу ругаясь и активируя боевой режим. Охрану дворца, допустившую подобное, заранее стало жалко.
– Слабые женщины нравятся мужчинам не потому, что о них хочется заботиться, – разглагольствовала она. – А потому, что со слабыми меньше мороки. Сказал ей принести тапки – и она уже чешет, поджав лапки, как чихуа-хуа.
– Богатый мужик и женское счастье – разные вещи.
Таня сглотнула: чем крыть такое, она с ходу придумать не могла. Байгозин всегда пугал ее, что она никого другого себе не найдет, а Ваня уже сидит и делит ее с абстрактными мужиками. Как это вообще понимать?
Москва! С ее трафиком, бессмысленным и беспощадным! Тут ведь и пешеходом-то быть небезопасно, какая машина?! Но Люся купила подержанный «УАЗ Патриот», упрямо села за руль, и московские дороги сдались под ее натиском. А если кому-то хватало беспечности крикнуть в окошко свои соображения на тему женской манеры вождения… Что ж, эти несчастные не ведали, что творят.
Складывая бумаги, Таня все думала, как же ей повезло с Ником. Где встретишь мужчину, который хоть на секунду задумывается о том, что нужно женщине? Он не заботится о ней так, покровительственно, открывая двери, помогая с тяжелыми сумками или деньгами. Нет, он дает ей шанс вырасти, стать кем-то больше, чем безмозглой пустышкой. Воистину мудрейший человек.
Эме предчувствовал, что ему больше не понадобится переписывать одни и те же формулы. Его талант не будет стеснен, и он обретет творческую свободу. В дни Третьей республики Эме наконец-то познал счастье.
— Какие нервные. Какое огромное количество нервных людей. Очень нервная жизнь вокруг. Пробки эти, мать их. Еще, вам скажу, погода. Погода очень располагает к нервной жизни. Она очень к ней располагает. Ну, действительно…
Что-то у нее никак не вязалось в голове (хотя этот недуг сопровождал многих принцесс).
Он так-то вообще очень добрый и терпеливый,если напомнить,что ты девочка и тебя надо беречь.Жалобный взгляд,полный непролитых слёз,действует на него безотказно и почти полностью лишает воли к сопротивлению.
Представь, если бы мы были с тобой растениями? Солнечные лучи были бы нашей пищей. И ехать никуда не надо. Стой себе, расти ввысь. Ни забот, ни тревог. Мы бы росли с тобой рядом, тянулись к солнцу.
Опять вспомнились наставления отца: если её прибытие хотят по каким-то причинам сохранить в тайне, самое верное, это сделать так, чтобы о нём узнало как можно больше народа.
Как учил папа и инструктор по выживанию, если невозможно бороться с обстоятельствами, используй их для своего блага
- И да, самое опасное оружие женщины какое? – он внимательно посмотрел на дочь.
Тут на лице девушки появилась широкая улыбка, она кокетливо захлопала ресничками и накрутила локон на палец жестом, действующим безотказно на мужчин всех возрастов в любом мире.
- Красота? – кротко проворковала она и повела плечиком так, что тонкая лямка словно невзначай соскользнула.
- Ищи союзников, причём в первую очередь тех, кто согласен помогать за идею. Купить и продать можно практически любого, кроме идейного
все, кто встречался с ним в первый раз, реагировали одинаково: пугались. Ибо бритоголовый амбал с лицом, не отягощённым печатью интеллекта, являл собой зрелище «браток классический, зверообразный», и другого впечатления ни на кого не производил.
Все приходит вовремя. Надо только осознать и принять изменения.