За что я люблю похмелье, так это за то, что оно всегда напрочь выметает из головы все ненужные второстепенные мысли, заставляя сконцентрироваться на главных жизненных проблемах: когда же меня отпустит и сколько всего полезного я могла бы успеть и сделать, если бы не это дурацкое похмелье!
любовь есть, и бедность ей вовсе не помеха.
Ты, наверное, не в курсе, но любовь-это не когда ты сходишь с ума по тому, что разрушил, а когда веришь в тех, кого любишь, даже когда против них целый мир и они сами.
Такое можно было бы вообразить в дикой стране вроде России, но никак не в тихой английской глубинке.
- Как там Зои? - осторожно поинтересовался Сэм, всеми силами изображая равнодушие, будто он ничуть не соскучился по ней и не строчил по ночам сопливые смски, которые Зои тайком давала мне читать. – Оставлять ее одну безопасно? – Будто ты сам не знаешь, – закатила глаза я. – Она сама выгоняет меня из машины, чтобы спокойно…
Я как раз читала психологическую книгу по саморазвитию, чтобы перестать быть импульсивной идиоткой (спойлер: книга не помогла), когда кто-то постучал в мою дверь.
— Правду ли говорят, что господин Иш-Саронна убил себя? — тихо спросила Бурруджун прилегшего у ее коленей правителя Шашатану. — Ты опечалена? Я велел не говорить тебе. Кто посмел расстроить тебя дурными новостями? — правитель Шашатана приподнялся на локте и оглядел дам. — Укажи, и я распоряжусь, чтобы их наказали. Дамы…
И вообще, революция — это не выход.
Это вход… причем задний вход. Жопа, если говорить прямо.
Ройс сколько угодно может убеждать меня и себя в обратном, но это навсегда останется между нами. Мы с ним можем стать друзьями, но не больше.
Просто люди очень не любят, когда срывают покровы с их идеалов, чем бы они ни были. А я именно это и сделала. Что бы там ни было, но Ройс очень высоко ценил отца, уважал его, и тут я со своей правдой.
Вот только не всегда правду лучше доставать из тайников, где она надежно укрыта от глаз людских.
— Мелисса, иногда бывают случаи, когда правду лучше оставить там, где она лежит, да еще и прикопать на всякий случай поглубже.
— Господин мэр может что-то рекомендовать со своей стороны? — вежливо поинтересовался Леройс.
Мэр на миг даже растерялся. Кажется, он привык критиковать, но не давать советы, тем более такие, за которые могут и призвать к ответу.
— Нужно больше патрулей.
— С кем я сижу? Госпожа Фелона, вы, вообще, где воспитывались? Вы и на самом деле та, за кого себя выдаете?
— Господин Ройс, вы удивитесь, когда узнаете, где я воспитывалась, — с той же интонацией ответила ему Фелона, ничуть не смутившись. — Что касается второго вопроса, то, конечно, я не та, за кого себя выдаю. Как вы вообще могли подумать, что я та?
— Наташа, что это сейчас было?
Наташа отняла от совершенно сухих глаз платок и посмотрела на него.
— Осваивала женскую технику влияния на мужчин. Мама говорит, что это всегда срабатывает.
— Живя в Риме, поступай как римлянин
— Тогда чего цепляешься?
— Потому что я терпеть не могу ограниченных людей, которых не волнует ничего, кроме того, что интересует их.
Девушка снова повернулась к нему, но на этот раз в ее взгляде был интерес.
— Надо же, как самокритично. Не ожидала.
— Да я…
— Наверное, имел в виду меня? Задумайся над тем, что интересует тебя и что именно ты тащишь всех в разные неприятности. Мнение других тебя как-то мало колышет. Я хоть своих предпочтений никому не навязываю.
— Садитесь, угощайтесь. До нашей поездки еще долго.
— Тебя отец-то отпустит? — весело поинтересовался Торен, усаживаясь за стол, на который слуга выложил привезенный чай с угощениями. — В десять вечера.
— Отпустит, — без тени сомнения отозвалась Фелона. — Он мне доверяет. А уж когда я ему скажу, что собираюсь найти убийцу, он еще и гордиться будет.
Фелона заметила его взгляд и торопливо убрала книгу на каминную полку.
— Очень интересно пишет, — заметила она. — Оказывается, заклинания можно самому выдумывать и составлять, а ритуалы — вообще целая наука.
— Ты хоть что-то поняла в ней?
— Конечно! — возмущенно заявила девушка. — Если все сделать правильно, то получится «бах». А если неправильно, то «пшик».
Заметив общий интерес, Фелона помахала ручкой.
— Вы продолжайте, продолжайте. Очень интересно.
Мелиссе срочно пришлось успокаивать друга, чтобы тот не высказал то, о чем позже будет жалеть.
— Подслушиваешь? — сердито поинтересовалась Мелисса, в общем-то понимая, что несправедлива, но все же не сдержалась.
— А что такого? — искренне изумилась Фелона. — Мы в салоне госпожи Клонье всегда обсуждаем интересное, кто что услышал.
Я уже давно смирился с тем, что не смогу использовать собственные заклинания. Зато другим помогаю. Даже написал несколько монографий по теории проектирования заклинаний.
— Правда?! А вы мне подарите одну книгу? С автографом! — Фелона радостно захлопала в ладоши.
— Тебе-то зачем? — вяло поинтересовался Ройс.
— Как зачем? — удивилась Фелона. — Буду подружкам показывать! Ни у кого нет книг от авторов с автографами, а у меня будет.
— Ну да, — пробормотал юноша. — Хвастаться. Не читать же.
— А что, — растерялась Фелона. — Их еще и читать можно?
— Ты сама за нами потащилась!
— Да! Потому что ты теперь должен взять на себя ответственность!
— Чего? — Ройс едва не грохнулся на землю, рядом рассмеялась Мелисса, Торен поспешно скрылся за складом и вскоре оттуда донесся его хохот. — Ты… Ты… Ты хоть понимаешь что сейчас сказала?!
— Конечно, — девушка недоуменно посмотрела на всех, пораженная их реакцией. — Я читала — если мужчина что-либо сделает с девушкой, он обязан взять на себя ответственность и позаботиться о ней!
— И что я тебе сделал?
— Ты меня напугал!
Отец говорит, что хорошая жена должна быть красива, как цветок, и иметь столько же мозгов.
Говорят, время лечит. Это не так. Ни черта оно не лечит. С каждым днём всё больнее.
-Никогда не оправдывайтесь, Лаура.
-Никогда?
-Никогда. Не оправдывайтесь. Комментируйте.