– Наконец я твердо понял, что это не мое: семейная рутина и прочие пеленки не могут быть идеалом… – продолжил он, словно поддерживая спор с самим собой. – Это было последнее испытание, и я справился с ним, как подобает настоящему мужчине. Это большая победа логики и разума над мелким мирком женщин со всеми их финтифлюшками и чепухой. Включая горшки с цветами и модные шторы…
Ты прирожденный политик, — усмехнулся Норт. — Одна маленькая проблема — это моя девушка, так что последствия придется брать на себя мне. Но ты прав, убивать того, кто под охраной самого повелителя Ада несколько… недальновидно
Он никогда не дает конкретных приказов — он предоставляет пространство для вариаций.
«Череп… определенно умеет себя подать, — заметил принц».
«Да, это надо было умудриться расположиться так, чтобы, даже находясь на песке у ног, хищно скалиться нам обоим,- согласился Норт».
Тяжкий выбор – это не то, чем надо проверять мужскую дружбу.
Если вам удалось обмануть кого-то, не думайте, что тот, кого вы обманули, дурак. Просто вам доверяли больше, чем вы того заслуживаете
твоя любовь делала тебя слепой и доверчивой. Ты привыкла считать его идеальным. А идеальных людей не бывает! Мы все совершаем ошибки, а его ошибка была в том, что он потерял тебя! И когда до него дойдет, будет уже слишком поздно.
Она прекрасно знала, как я люблю ее сына и пользовалась этим, даже не скрывая своего ко мне презрения. Неужели можно презирать человека, который просто любит? Наверное, можно, я сама виновата, что разрешала так унижать себя, в угоду любви!
Он тратил все деньги на мою подругу, когда я, содержала и нас и его мать! Он ни разу за всю нашу жизнь не подарил мне букет, не то, что подарок или поход в ресторан.
Подруга, с которой я делилась всеми тайнами, рассказывала о своих переживаниях, она все это время спала с моим мужем! Она смотрела мне в глаза и делала вид, что переживает за меня, а сама ездила в командировки с Юрой. Так вот кто ее загадочный любовник, которого она так мечтала увести от жены! Который не жалел на нее денег и дарил дорогие подарки!
— Это вам, отметите начало новой жизни, — махнув рукой на бутылку, вышла в дверь и закрыла ее за собой, даже не хлопнув.
Пусть я верила, что могу все изменить, когда выходила за него замуж, но ведь мы прожили не один год. И я все это время врала себе, ему, всем… Как же тяжело осознавать, что все прожитые годы, оказались лишь пустышкой, фикцией!
Я должен блюсти твою честь. Вот я ее и бляду..
Иногда достаточно лишь дня, чтобы узнать человека, а порой не хватает и всей жизни.
Золото – это свобода, власть и благополучие.
Стоит барышням столкнуться с явлением, необъяснимым опытом жизни, как они сразу видят в нем проявления колдовства.
—Опасные речи. — Мелиса улыбнулась. — Не боитесь обвинений в государственной измене?
— Моя казнь уже запланирована. — Князь не поддержал шутливый тон. — Отныне я свободен в высказываниях.
— И в действиях.
— Намекаете на что-то конкретное? — Он прищурился, будто надеясь прочесть мысли собеседницы.
— Я в курсе, что в Холмах обосновался мозговой центр заговора против Фабиана.
— А я, представьте себе, в это не верю.
Мимо проковылял Старый Сэм, неся моток толстой проволоки и впечатляющего размера кусачки.
— Будет вам телеграф, будет, — пробормотал, не обращаясь ни к кому конкретно. — А лифт с утра работает, и не надо монстра из меня делать, я людей уже сто лет не резал…
он сел за учительский стул, позволив себе закинуть ногу на ногу, и уставился в стену, на которой рядком висели классики литературы. Классики молча глядели на него. Гоголь улыбался, Пушкин о чем-то мечтал, Жуковский смотрел в будущее. Им было неплохо в портретных рамках. Потому что жизненные неурядицы остались далеко позади. У них была вся вечность.
Лебедев заявил, что на него можно положиться с закрытыми глазами.
Но Ванзаров предпочитал держать глаза открытыми. Всегда.
Да и разве будет его величество лгать? Он ведь известен своей прямотой и резкостью!
«Неприятный не значит честный», — подумала Мелиса, выглядывая в окошко.
О шестом [женихе] и говорить нечего… Господин Берет подтвердил, что верить нельзя никому, в особенности тому, кто дорожит репутацией и рассуждает о чести.
Мелиса понимала, что с ней происходит. Она тоже пережила период, когда казалось, что вокруг одни враги, и чем сильнее человек старается произвести хорошее впечатление, тем больше мерзостей у него за душой. Но однажды Лиса Стау разорвала порочный круг и начала радоваться каждому не-злодею, которых, как ни странно, в мире было предостаточно.
Если б А Ли хоть немного представлял, каковы скорость и влияние сарафанного радио, он бы мысленно попрощался с разносолами и поскорее сделал ноги. Но у женщин были такие добрые глаза… И запеканка словно умоляла откусить кусочек!
А Ли выложил все, что успел услышать.
— сборщик налогов? Дядя, чьи успехи на «теневой» стезе бабка восхваляет больше, чем подвиги Великого, работает на государство?! Да не просто работает в скучной конторе, а занимается тем, за что не так давно честной народ мог и в болоте утопить? Какой позор…
«Не хуже, чем разбой, и гораздо прибыльнее», — заметил здравый смысл...
Мужчинам из рода Шин по плечу любая задача, а уж обобрать роскошную одинокую карету на безлюдном тракте проще простого! В кинематографе, что достиг Холмов этой весной и уже не воспринимался как волшебство, такое проворачивали регулярно. Главное — напор, уверенность и наглая ухмылка. Толстосумы дрожат за свою жизнь и готовы отдать все: деньги, драгоценности, жен… Поправка: о женах лучше не заикаться. Вдруг какой идиот воспримет это всерьез и избавится от благоверной? Что тогда? Богатые работать не умеют, за лишний рот в семье бабка шкуру спустит.