А что ещё нужно в жизни? Мне - только моя семья рядом.
– Идите к алтарю, – то ли послал, то ли благословил нас жрец.
Быть вежливой с хамом – занятие скучное и бестолковое.
Я белая, пушистая, хорошая, пакости делаю только по выходным и праздникам…
Мужчины все же другие. Женщины имеют более гибкую психику, нам легче подстроиться под изменения. Им же легче идти выбранным маршрутом, но проще же и сломаться под давлением.
Некоторые привычки стоит сохранять.
свой ад есть у каждого поколения.
Как говаривала моя бабушка, и дурак-не дурак, и умным не назовешь.
Делу уже некуда становиться хуже, но у дна всегда есть горизонты.
особенно настороженно я вела себя с женщинами — мужчине-дураку легко заморочить голову, с умным несложно договориться, а тут — минное поле.
В славный город Суздаль я прибыла в повозке, выделенной мне любящим свекром. По далекой юности я критиковала УАЗики. И плохие дороги. Была не права.
Как оказалось, прямого железнодорожного сообщения между Суздалем и Вичугой не было. Я провела два незабываемых дня в почтовой карете. Тут недавно была критика в адрес семейной повозки Татищевых? Все ложь и грязные инсинуации — то был СВ с лошадью.
курорты солнечной Колымы ждут тебя, детка.
— …. - не буду цитировать то, что произносит человек, падающий в бездну. Но мне немного стыдно, что в Вечность я могла бы уйти с этой фразой.
Зачем мне мужчина,которому я нравлюсь только при полном параде?
Если есть проблема, значит, где-то должно быть ее решение.
Вечно я у всех оказываюсь крайней. И не рыжая ведь…Так, слегка рыжеватая.
Я все равно не проникнусь угрызениями совести, потому что это кусачее существо от меня сбежало еще в детстве, не пожелав оставаться голодным.
Нельзя нас, ведьм, бесить. Ох, нельзя. Мы же бесстрашные (хотя дедуля бы сказал, безголовые).
...Слабачки.Это они в очереди в детской поликлинике не стояли,да и просто на кровь или в регистратуру.
Сегодня вы необыкновенно сердечны. Кто-нибудь умер?
Я понятия не имел, что в моих словах вызвало такую реакцию, поэтому просто тихо сидел рядом с ней. Если женщина рядом с вами стремительно съезжает с катушек, тихо сидеть – это, возможно, лучшее, что вы можете сделать.
«Ты никогда не думал, что люди, которые больше всего для нас значат, – вовсе не те, кого мы видим каждый день? В последнее время я чувствую, что растрачиваю себя по пустякам».
Большущая тукка, не прячась, сидела на самом видном месте – на верхушке суурь-тэсэга. Не заметить её, казалось, просто невозможно. То есть, конечно, тукку всегда можно не заметить, её шкура сливается со скользким белесым нойтом, покрывающим в оройхоне каждый камень и каждую пядь.
Я не мог себе представить, чтобы другие отцы возили десятилетних сыновей на кражи и объясняли им, почему убийство-лучшее из преступлений, а правила-для слабаков.