Я когда училась, пять директоров в школе сменилось. Зато классная у нас нормальная была, так плакала от счастья на выпускном….
— Тась, ты волшебник. — Шмыгнула носом. — Я тебя так люблю.
— Не волшебник, а квалифицированный фей. — Усмехнулся он.
— Я думал, что Анжелика — зло. Но нет, зло наступило, когда она с Олькой спелась. Эти двое решили из поселка сделать малоэтажный городок. У нас еще три поля пока не застроены, но такими темпами они закончатся через пару лет.
— Тетя Саша контейнеры с едой передала. Поужинай. — Бросил он, беря меня за руку и втаскивая на кухню.
— Не хочу. — Зевнула я, и вяло отмахнулась.
— Надо. — Хохриков насильно усадил меня за стол. — И так тощая. Дожила, блин. Подержаться не за что.
— Так не держись. Я ж не заставляю.
— Так я хочу. А не за что.
— Баба Нюра вошла в комнату и обвела нас всех насмешливым взглядом. — Нет, я понимаю, если бы Лика такое выкинула. Или Машка. Но чтобы вся толпа активно девку под мужика складывала, это на моей памяти впервые. Как додумались?
— Тогда нужно сделать брак настоящим. — Вдруг заговорила Оля. — Можно ведь и один раз его соблазнить. И за этот один раз постараться забеременеть. — Выдал ребенок-колокольчик.
Мы все переглянулись.
— Страшная из тебя баба получится, когда вырастешь. — Сделала вывод Марья.
— Кстати, откуда у тебя ребенок?
— В лесу нашла. — Отмахнулась Догилева.
— Нормальные люди детей в капусте ищут. Чтоб было на что этих самых детей потом растить. — Авторитетно заявила Настя.
— А как деньги зарабатывать? — Нахмурился ребенок.
Я задумалась, раскладывая по тарелкам рис с рыбой.
— Нужно быть узконаправленным специалистом и делать свою работу лучше остальных. — Решила остановиться на этом варианте.
— А зачем Толик Ольке синяков наставил? — Полюбопытствовала, так как друг не в меру активное, но крайне неагрессивное существо.
— Чтобы она его не лупасила. — Вздохнул он. — У нее ж привычка: его отпиннать, а потом сбежать и закрыться в кабинете.
Мы все посерьезнели, так как женщине синяки наставить можно только в одном случае — в порыве страсти, да и то так, чтобы она не заметила. Все остальное неприемлемо.
Иронизировать расхотелось. Захотелось набить морду.
— И что думаете? — Нападать я не спешил.
Командир усмехнулся.
— Думаю, что ты еще щенок неопытный. На ней было твое кольцо. В следующий раз советую думать именно об этом. — Предложил он.
— Вик, тут в другом дело. Артуру ничего сказано и не будет, но мы должны обсудить, как сделать так, чтобы и тебе было хорошо. История с этим кольцом явно не чистая. Ольке я доверяю, она ж вундеркинд все-таки.
— Девочки, у меня проблема. — Я захлопнула дверь в кабинет и дождалась, когда эти самые девочки обратят на меня внимание. — Меня замуж позвали. — Выдохнула.
— Та-ак. — Лика включила чайник, так как такие дела без чашки чая не решаются. — Надеюсь, что это сделал Артур?
Я кивнула, подняла с пола так и лежащую там папку и подошла к столу.
— Артур. Только…. — Плюхнулась на стул. — Брак будет фиктивный и ради получения им служебной квартиры, потому что у него мама болеет.
— Чего-о? — Удивилась Лика.
Оля растерянно похлопала ресницами, а потом выдала.
— Такое мазью точно не вылечить, сколько не натирай.
— Измайлов, где тебя носило? — Командир даже головы от бумаг не поднял.
— Заявление в ЗАГС подавал. — Сознался я, полностью войдя в кабинет.
Вот сейчас он поднял голову и посмотрел на меня.
— И что, она вот так вот с ходу и согласилась? — Я кивнул. Евгений Лаврентьевич прищурился. — А с виду умная девка.
Я задумалась.
— А почему именно на мне? — Задала провокационный вопрос.
Он вздохнул, но взгляда не отвел.
— Евгений Лаврентьевич посоветовал. — Отчитался он.
У меня брови начали перебираться поближе к затылку.
— Эмм…, - попыталась хоть что-то сформулировать. — Дядя Женя тебе посоветовал на мне жениться, чтобы тебе дали жилье, и ты смог перевезти маму? — Припомнила я все выше сказанное.
Старушка посмотрела на меня так, как будто это я Ленина убила.
— Хужее Анжелки моей. Та хоть всякую живность в дом тащила. Ты вообще за людей принялась.
Взгляд обозлённой матери устремился на меня.
Нет, серьёзно, автор данной истории очень переборщил с драмой. Учитывая ситуацию, где-то сейчас должен выпрыгнуть какой-нибудь мужик с роялем под мышкой и сказать что-то в стиле: «Я — садовник, и я — убийца». И все такие: «Не может быть! Никогда бы не подумал! А мы были уверены, что надпись на лбу «Я — убийца» просто для красоты!»
И раньше я бы этот сюжет пролистала быстрее, чем если бы кто-то сказал: «Миссисипи». Но вот сейчас… блин, ну и где этот мужик с роялем? Он мне чертовски нужен!
Сисси была как картина абстракциониста: каждый раз находишь что-то новое.
Ведь в этом вся Маша: в своей неуемной любви к окружающим, в попытках их обелить, выгородить и найти в себе силы на, казалось бы, невозможное, прощение.
Разуй глаза! Нельзя быть хорошей для всех в ущерб собственному счастью.
Жажда денег в глазах этой гадалки была гораздо честнее, чем все эти многочисленные трепетные лани, которые начитались женских романов и теперь свято уверены, что все миллионеры просто жаждут пригреть одну из них на груди и любить до скончания веков.
Жизнерадостность и оптимизм били из нее ключом, регулярно прилетая по голове кому-нибудь из окружающих.
В последнее время мать перестали устраивать наши “диалоги” в режиме ее активного монолога и она требовала участия собеседника.
Приличная женщина завизжала бы. Приличная женщина упала бы в обморок. Приличная женщина хоть метнулась бы за водой. Приличная женщина не вышла бы замуж за оборотня. Я приличной женщиной не была.
Богам, и тем не стоит в лужу садиться – грязь может и прилипнуть. Что уж говорить о людях!