«Иногдa нужно дaть людям уйти, чтобы освободить место для тех, кто остaнется, или для тех, кто должен прийти в твою жизнь, дaже если ты весь в осколкaх…»
и теперь я понимала, как именно и с кем он там его оканчивал и почему приходил домой без желания от слова совсем. Мы, женщины, привыкли списывать всё на стрессы, на загруженность. Ничерта подобного. В 98 % случаев это всё другие бабы.
— Моя невеста — отличная сыщица! — заявил Юрий, взяв Марину за руку.
Со всех сторон послышались удивленные и радостные возгласы.
— Она станет выдающимся юристом, — добавил Юрий.
— Стану, — подтвердила Марина. — И первый мой профессиональный совет — вам, Валерий Леопольдович. Как можно скорее перепишите завещание.
— Думаю, Валерик, тебе ничего никому не нужно завещать, — немедленно подхватила ее мысль Анисья Петровна. — Ты можешь разделить деньги прямо сейчас, при жизни.
— Вы хотите, чтобы я продал коллекцию?! — На лице Валерия Леопольдовича появилось выражение ужаса.
— Нет-нет, что ты! Не надо! — воскликнул Юрий, подмигнув остальным, — Мы подождем, пока ты отойдешь в мир иной. Будем ждать с нетерпением!
Валерий Леопольдович поднял глаза и окинул взглядом родственников. Они сидели с серьезными минами и выжидательно смотрели на него.
— Вы что? — взвизгнул он. — Рассчитываете, что я скончаюсь прямо сейчас?!
— Эй ты, падень! Давай дуй ко мне! — вопил откуда-то сверху рабочий. — Давай, удод, не телься!
— Что такое — «падень»? — громко спросила удивленная Дарья. — Это что, какое-то экзотическое животное? И почему он называет своего товарища удодом? Какие такие особенности этой птицы заставляют его постоянно вспоминать о ней? Чем удод похож на этого бедного рабочего?
— Ну у тебя и фантазия, мама! — восхищенно откликнулся Юрий. — Этот тип просто-напросто картавит. На самом деле он сказал: «Эй ты, парень! Давай дуй ко мне. Давай, урод, не телься».
— Ах, урод! — обрадовалась Дарья. — А я уж было подумала, что начинаю отставать в развитии.
— Ты отстала в развитии еще в начальной школе, — вмешалась Анисья Петровна.
— Анисья Петровна сегодня очень нервная, — заметила Катя. — Надо ей давление померить.
Однако Анисья Петровна не захотела мерить давление, заявив, что она сама решает, когда ему следует подскакивать, а когда нет. Зато все остальные были явно близки к гипертоническому кризу.
— ... моя мать сошла с ума! — заявил Валерий Леопольдович, обмахиваясь кухонным полотенцем
— Как — сошла с ума? Вроде бы ничто не предвещало
— Она не натурально сошла с ума, а иносказательно! — простонал Валерий Леопольдович — У нее роман! Любовный! С этим хлыщом Дмитрием!
— Валера, ты болен. Твоей матери девяносто три года!
— Тем не менее этот тип только что прокрался к ней в комнату
— Зачем?
— Дарья, ты что, дура? Зачем мужчина прокрадывается в комнату женщины ночью?
— Но это же не женщина, а твоя мать!
— Что не помешало ей завести интрижку!
— Возможно, тут нет ничего такого.
— Да?! А зачем тогда это тайное свидание?!
— Возможно, он хочет попросить у нее взаймы
— Исключено. Я сам слышал, как она сказала: никто не должен знать о нашей связи! Ты можешь себе такое представить?
— Что ж, — пробормотала Дарья. — Это вселяет определенные надежды. Он-то понятно, что в ней нашел — деньги. Но она!
Значит, в девяносто три года есть еще какие-то желания
Рыжий тип напрягся, и черты его лица заострились. Он посмотрел на паттер в ее руке, на мяч, лежавший в ожидании удара, и издал тихий клекот.
— Простите? — нахмурилась она. — Вы что-то сказали?
Вместо того чтобы ответить, незнакомец каким-то странным извилистым движением проник в приемную и плотно прикрыл за собой дверь. В глазах его появилось мечтательное выражение, а на губах — плотоядная улыбка.
— Клюшка для гольфа! — шепотом сказал он и облизал губы.
— Что вас так взволновало? — Марина взяла паттер на изготовку, словно шашку, которой собиралась рубиться с врагом.
Вместо ответа странный тип закинул голову назад и счастливо засмеялся. От этого смеха по спине у Марины прокатились кубики льда, а сердце подпрыгнуло до самого горла.
— Боже мой! — воскликнул тип. — Живая гольфистка! Я хочу ее потрогать.
... из кабинета вышел шеф. На лице его было нарисовано глупое счастье. Позавчера он женился и выглядел как дитя, которому купили на ярмарке петушка на палочке.
Шеф женился в первый раз и, вероятно, думал, что эта радость — на всю жизнь.
— Полагаю, вы считаете, что вашего сына убил кто-то из своих?
— Естественно.
— А за что?
— Понятия не имею. Именно вы должны найти убийцу... Никто не должен заподозрить, что мы с вами в сговоре... Ваша задача — самостоятельно завязать знакомство с кем-нибудь из мужчин.
— Почему именно с мужчинами?
— В нашей семье только они имеют право голоса. А там уж познакомитесь с остальными родственниками, которые находились в доме в момент.., убийства.
— Они что, все живут вместе с вами? — удивился Дима.
— Нет, конечно, — отмахнулась Анисья Петровна. — Но я все устрою. Прикинусь умирающей и велю им собраться. Умирать буду столько, сколько потребуется.
Мужчина, который не видит того, что у него в руках, рано или поздно теряет всё.
Я помню вкус самой дешёвой лапши и то звериное чувство, когда у тебя нет ничего, кроме собственного упрямства и злости.
Репутация в любом бизнесе является его фундаментом.
«А ну стой, зараза мелкая! Слышу за спиной разъярённый рык. Они думают, что меня это остановит? Ага, сейчас!
«Братья знают, что мне некуда бежать, поэтому и играют со мной, как чёртовы коты с мышкой. Забавляются, сволочи!».
«Только подойдите ближе — заколю! — зашипела я, как дикая кошка, наивно полагая, что это их остановит. Или хотя бы напугает?».
«Я кайфую от тебя. Моя ж ты, дерзкая Киска!».
«Вот ты и попалась, Кисуля, — за спиной, словно дикий кот мурлычет Тео. Вроде бы ласково, но в то же время — угрожающе опасно. Похоже я влипла, по самые уши!».
...без падений не оценишь истинный вкус победы.
«Он прекрасно знал, что спровоцировало меня изменить своё решение, и наслаждался каждым мгновением моей вынужденной капитуляции».
«Думал, я сдержу своё слово. Я стиснула зубы. Иначе и быть не могло. Светлый король, оправдывая мнение тёмных о нас, поступил подло и нанёс удар в спину».
«Прикажу подать нам ужин, — я обернулась и посмотрела на мужчину, который провожал меня заинтересованным, плотоядным взглядом. — Не знаю, как ты, а я голодна, как стая вервольфов».
— А они еще собирались в милицию сообщать! Хороши! Не дай бог и в самом деле нас кто увидит! Вы только посмотрите на себя! Марек без штанов, Ядя без нижней юбки, мой шурин — вылитый утопленник, а вдобавок ко всему несем краденую рыбу! А вон на пенечке сидит моя старшая сестра с дубинкой в руках, готовая огреть ею каждого, кто подвернется под руку! В хорошенькой компании я оказалась...
Отец располагал неограниченными возможностями. Кроме уже упомянутых — опоздал на поезд и решил остаться до утра, он мог еще попытаться переплыть Ользу. Тогда его задержали бы наши пограничники. Мог переплыть Ользу, тогда его задержали бы чешские пограничники. Мог заблудиться. Мог утонуть. Мог вообще забыть о том, что пора возвращаться домой. Да мало ли чего еще он мог?
Влюбленность — это вообще недолгое явление. Такое воздушное и немного ненастоящее. Ты видишь человека в лучшем его проявлении. Пока пары лишь встречаются, каждая встреча — особенная, каждая встреча — праздник, который бывает нечасто. Потом… начинаются будни и только тогда понимаешь, что одной влюбленности мало.
Мужчину проще переманить на сторону.
— Вот как? Потому что мы — примитивные существа и идем на поводу у своих причиндалов?
— Нет. Потому что вы в большей степени эгоисты, потому что вы зачастую сначала делаете, а потом думаете. Женщины вязнут в сомнениях, мыслях и страхах. Женщины, в особенности те, у которых есть маленькие дети, себе будто больше не принадлежат. И просто не имеют права взбрыкнуть, делать только так, как им хочется. А мужчины… падкие на лесть. Легко сыграть на их эго, заманить словами о том, что именно брак — проблема и якорь, тянущий тебя на дно, потому у другого есть яхты-заводы-пароходы и инвестиции на несколько десятков миллионов рублей, а у тебя — нет. Когда вы думаете разорвать отношения, думаете только о том, чего лишаетесь вы сами. Совершенно не думая о том, каково будет той, за которую вы взяли ответственность и наградили детишками. О детишках тоже не думаете, а впрочем, многие из вас все равно отцы — выходного дня, не так ли?!
— Ну хотя бы знать, какая погода будет...
— Ты хочешь сказать — какая не будет? — поправила сестру Люцина.
— В этом тоже есть своя польза, — философски заметила я. — По крайней мере, узнали бы, чего наверняка не будет. Скажут, например: ожидается тихая солнечная погода. И сразу ясно — в путь лучше не трогаться, наверняка будет дождь и сильный холодный ветер.
— И у вас всегда говорят наоборот? — заинтересовалась Тереса.
— Почти всегда. Изредка ошибаются и попадают рядом.