Он никогда не слышал, чтобы она о ком-то говорила плохо, иногда только могла сказать, что какая-нибудь из сестрер или теток была с ней неприветлива или держала себя "гордо". Но зато он редко слышал и чтобы она от души смеялась. Теперь она смеялась чаще, с тех пор как бросила работать и дети взяли на себя ее содержание.
"Молодость - это прежде всего богатство возможностей".
...честь нашего мира живет среди угнетенных, а не среди власть имущих. Они- его бесчестье.
Все мы подвержены ей в той или иной мере, причем отдаемся ей с наслаждением, и только она делает наш мир переносимым, ибо это есть влечение к красоте.
Только школа давала Жаку и Пьеру эти радости. Наверно, их привлекало в ней то, чего им не хватало дома, где бедность и невежество делали жизнь тяготной и однообразной, как бы наглухо закрытой со всех сторон. Нищета - это крепость без поъемного моста.
В общем, он хотел, чтобы женщины были такими, каким он не был сам.
Изучая милліоны законовъ, которые тяготѣютъ надъ человѣчествомъ, мы видимъ, что они могутъ быть раздѣлены на три главныхъ категоріи: покровительство собственности, покровительство правительству, покровительство отдѣльнымъ лицамъ. Анализируя эти три категоріи, мы приходимъ къ слѣдующему логическому и необходимому заключенію: безплодность и вредъ Закона.
Священник - это шарлатан, который эксплуатирует невежество народа
Ни одна армия не могла остановить нашествия завоевателей, между тем как народ, когда он хотел сохранить свою независимость, побеждал самые сильные армии
...настоящая свобода заключается в том, чтобы каждый сам устраивал свои дела, не предоставляя их на волю Провидения или выборного собрания.
Новая жизнь требует новых форм, нельзя произвести революцию, цепляясь за старые формы, революция и правительство несовместимы, одно, - под каким бы видом оно ни было представлено, - всегда уничтожает другое; вне анархии - нет революции!
Свобода печати, свобода собраній, неприкосновенность жилищъ и всѣ остальныя права признаются только до тѣхъ поръ, пока народъ не пользуется ими, какъ орудіемъ для борьбы съ господствующими классами. Но какъ только онъ дерзнетъ посягнуть на привилегіи буржуазіи, всѣ эти права выкидываются за бортъ.
Правъ не даютъ, ихъ берутъ!
Кричать о патриотизме, распространять шовинизм, разжигать вражду между народами стало самым выгодным занятием политики и журналистики
Чем человек несчастнее, тем больше он боится изменить свое положение из страха стать еще несчастнее.
Законъ стремится утвердить обычаи, выгодные для господствующаго меньшинства, а военная сила беретъ на себя обязанность поддерживать полное подчиненіе закону. Эта новая функція является въ рукахъ военныхъ новымъ орудіемъ для утвержденія ихъ власти; они уже не грубая военная сила: они защитники Закона.
В фантастических произведениях Фил балансировал между двумя вопросами: "Что есть Человек?" и "Что есть Реальность?". Теперь Фил чувствовал, что знает ответ на первый вопрос: доброта.
Он не очень хорошо реагировал на терапию реальностью. Лучше действовало: "Я позабочусь о тебе, самому тебе ничего не надо делать, не переживай".
Мои книги (и рассказы) - это интеллектуальные (и концептуальные) лабиринты. И сам я в интеллектуальном лабиринте, и пытаюсь найти выход из того положения, в котором мы находимся (кто мы такие, и как мы видим этот мир, и мир как иллюзия, и т.д.), потому что сама ситуация и является лабиринтом, который всегда возвращает тебя назад, к тому с чего ты начал, и возникают ложные подсказки, вроде твоего "бунта". [...]
Фил по существу отвергает абстракции своей собственной "Экзегезы" в пользу простых, повседневных добродетелей - человеческого тепла и доброты.
В письме 1974 года к четырнадцатилетней дочери Лоре он [Фил] пишет: Примерно в то время, когда я был твоего возраста, половину времени я гулял, а другую половину проводил дома. Школьные системы образования занимались тем [...], что изолировали детей от реального мира, учили их предметам, которые никому больше не нужны, они оказывались совершенно неподготовленными к жизни, когда выходили из школы. Иными словами, чем позднее ты приспособишься к школе, тем меньше у тебя шансов позднее приспособиться к реальному миру. Так что я думаю, чем хуже ты приспособишься к школе, тем легче тебе будет управляться с реальностью, когда тебе, наконец, удастся покинуть школу, если такое когда-нибудь случится. Я полагаю, у меня есть то, что военные называют "плохим отношением", что значит "либо подчиняйся правилам, либо уходи". Я всегда предпочитал уходить.
[...] Но чем больше я узнаю о мыслях других людей, тем большей истиной представляется мне, что у каждого человека есть другой мир внутри и что никто, на самом деле, целиком не принадлежит вот тому миру. В других мирах все мы чужаки. [...] Никто из нас целиком не принадлежит этому миру; [...] он не принадлежит нам.
Мир - это то, что ты сотворил своим сознанием. Именно разум создаёт ту реальность, которая существует.
"Он [Фил], бывало, говорил: "Не читайте всякую бездарную ерунду", - вспоминает Джейн. - Он подшучивал над своими собственными книгами - говорил: "Вот эту я написал за неделю - какая бездарность".
Талантливые личности часто бывают придурковатыми и странными.