Цитаты
286197
Это было как играть в шахматы в полной темноте, определяя ходы противника только по запаху. А у тебя насморк. А твой противник – Бог.
Знание – это сила. Знание будущего – это огромная сила… и огромная опасность. Однажды нью-йоркскому музыканту Уиллу Дандо во сне были даны 108 предсказаний: событие и дата, когда оно произойдет. Убедившись, что предсказания действительно сбываются, Уилл и его друг финансист Хамза создали Сайт Оракула… и стали продавать пророчества заинтересованным лицам. Отныне они богаты. Очень богаты. А еще теперь у них множество врагов. От президента Соединенных Штатов до фанатичного пастора Брэнсона,...
Судьба, рок – все это мифы. Жизнь каждого из нас – результат нашего выбора. Выбирайте правильно.
Знание – это сила. Знание будущего – это огромная сила… и огромная опасность. Однажды нью-йоркскому музыканту Уиллу Дандо во сне были даны 108 предсказаний: событие и дата, когда оно произойдет. Убедившись, что предсказания действительно сбываются, Уилл и его друг финансист Хамза создали Сайт Оракула… и стали продавать пророчества заинтересованным лицам. Отныне они богаты. Очень богаты. А еще теперь у них множество врагов. От президента Соединенных Штатов до фанатичного пастора Брэнсона,...
– Да, я не верю в Бога, – продолжал Брэнсон, – но я верю в веру. В ее мощь творить в мире добро.
Знание – это сила. Знание будущего – это огромная сила… и огромная опасность. Однажды нью-йоркскому музыканту Уиллу Дандо во сне были даны 108 предсказаний: событие и дата, когда оно произойдет. Убедившись, что предсказания действительно сбываются, Уилл и его друг финансист Хамза создали Сайт Оракула… и стали продавать пророчества заинтересованным лицам. Отныне они богаты. Очень богаты. А еще теперь у них множество врагов. От президента Соединенных Штатов до фанатичного пастора Брэнсона,...
– ... обычно пророков убивают. Людям не нравится, что говорит им Бог, поэтому они убивают посыльного. Или же пророк удаляется от общества, боясь, что его убьют или что тронется умом от такой тяжести. Если ты пророк, у тебя выбор: либо твою голову подадут на блюде, либо становись отшельником до конца жизни.
Знание – это сила. Знание будущего – это огромная сила… и огромная опасность. Однажды нью-йоркскому музыканту Уиллу Дандо во сне были даны 108 предсказаний: событие и дата, когда оно произойдет. Убедившись, что предсказания действительно сбываются, Уилл и его друг финансист Хамза создали Сайт Оракула… и стали продавать пророчества заинтересованным лицам. Отныне они богаты. Очень богаты. А еще теперь у них множество врагов. От президента Соединенных Штатов до фанатичного пастора Брэнсона,...
Розмари написала письмо брату Брайану, чтобы поделиться своим счастьем. Никто больше в семье не оценил бы этого. Они все казались врагами – родители, братья, сестры никогда не простят ей брака с протестантом. И тем более не простят того, что она не венчалась в церкви, что у ее свекрови было два развода, а теперешний муж – еврей, с которым она живет в Канаде.
В жизни Розмари Вудхаус все складывалось самым прекрасным образом: они с мужем Ги сняли чудесную просторную квартиру в старинном доме, где познакомились с милыми соседями – пожилой четой Кастивет. После этого дела у Ги резко пошли в гору, посыпались предложения ролей, но вместе с тем начались странности: приемная дочка Кастиветов выбрасывается из окна, актер-конкурент Ги слепнет, а старый друг семьи Хатч внезапно впадает в кому. Когда исполняется и заветная мечта – Розмари узнает, что...
А может быть, существует нечто иное, чего мы пока не знаем, – магнитные поля, или какие-то электроны, или что-нибудь подобное, и место от этого становится зловещим.
В жизни Розмари Вудхаус все складывалось самым прекрасным образом: они с мужем Ги сняли чудесную просторную квартиру в старинном доме, где познакомились с милыми соседями – пожилой четой Кастивет. После этого дела у Ги резко пошли в гору, посыпались предложения ролей, но вместе с тем начались странности: приемная дочка Кастиветов выбрасывается из окна, актер-конкурент Ги слепнет, а старый друг семьи Хатч внезапно впадает в кому. Когда исполняется и заветная мечта – Розмари узнает, что...
Видишь ли, чтобы найти светлую мудрость, нужно пройти через множество мрачных дорог. И на этих дорогах нет проводника. Его просто не существует, и на этом пути тебе поможет лишь мужество.
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
Как бы ни шли дела, похитить девушку – худший способ очаровать её, который только может прийти тебе в голову.
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
Гретель остановилась и прислушалась. В шуме дождя ей почудились слова. Казалось, деревья предостерегают её:Убегай скорей, девица:Здесь, в лесу, живёт убийца.
На мгновение Гретель задумалась, но потом, встряхнув головой, сказала себе: «Не глупи. Дождь не умеет говорить».
Ну конечно же, не умеет. Луна может есть детей, отрезанные пальцы открывают двери, а людям можно приделать назад отрубленные головы.
Но говорящий дождь? Чушь какая-то.
Правильно мыслишь, дорогая Гретель, молодец.
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
Такой замечательный для проклятий день начинался плохо.
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
Но порой возвращение домой становится самым сложным испытанием для человека.
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
Пока мы не вступим в бой, наши судьбы так и останутся сломанными, сердца – разделёнными, а головы – отрубленными.
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
Видишь ли, чтобы найти светлую мудрость, нужно пройти через множество мрачных дорог. И на этих дорогах нет проводника.
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
у детей есть муд-рость и вера, которые нам, взрослым, недоступны.
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
Страшно умная и страшно смешная книга!
Когда-то давным-давно сказки были жуткими. Знаю-знаю: ты мне не веришь, и я тебя не виню, раньше я бы и сам себе не поверил. Ты ведь знаешь, как это обычно бывает: кто-то рассказывает историю; другой её переделывает по-своему; потом мама или папа убирают все жестокие, кровавые – то есть те самые жуткие – сцены, и ты уже слышишь сказку с хорошим финалом. Скукота невообразимая. История же, которой я спешу поделиться с тобой, не для детских ушей. Вместе с Гензелем и Гретель, детьми, на чью долю...
"... но, если все же допустить, что Бог существует, я с уверенностью могу сказать, что о, создав мир, пустил все на самотек"
Неизвестный сорняк стремительно оплетает Землю своими щупальцами. Люди, оказавшиеся вблизи растения, сходят с ума. Сама Чаща генерирует ужасных монстров, созданных из убитых ею живых организмов. Неожиданно выясняется, что только люди с синдромом Дауна могут противостоять разрушительной природе сорняка. Институт Космических Инфекций собирает группу путников для похода к центру растения-паразита. Среди них особенно отличается Костя. Именно ему предстоит добраться до центрального корня и вколоть...
Все подходили выразить соболезнования, а я отвечал одной и той же заученной фразой. Похоронные обряды – самая большая мерзость, унаследованная нами от предков
Проснувшись на полу собственной гостиной, Джон Бреннер обнаруживает, что голова у него раскалывается от боли, несколько часов стерлись из памяти бесследно, на журнальном столике стоит пустая бутылка водки, а неподалеку лежат пистолет и мертвая девушка с пулей в груди. Неужели Джон, художник-иллюстратор детских книг, совершил убийство? И кто эта девушка? Джон готов поклясться, что видит ее первый раз в жизни – но что-то в ее чертах кажется странно знакомым…
Отец сказал еще одну вещь, которую я запомнил на всю жизнь: ухаживать за обреченным человеком все равно что видеть смерть в замедленной съемке. По-моему, точнее не скажешь
Проснувшись на полу собственной гостиной, Джон Бреннер обнаруживает, что голова у него раскалывается от боли, несколько часов стерлись из памяти бесследно, на журнальном столике стоит пустая бутылка водки, а неподалеку лежат пистолет и мертвая девушка с пулей в груди. Неужели Джон, художник-иллюстратор детских книг, совершил убийство? И кто эта девушка? Джон готов поклясться, что видит ее первый раз в жизни – но что-то в ее чертах кажется странно знакомым…
— Если человек не понимает какого-то одного предмета или даже просто одной темы в нём, не значит, что он тупой.
Коэлло Хэллебор – мальчик, который хотел спасти мир. Олеандр ла Бэйл – мальчик, который хотел его разрушить. Но теперь все по-другому, ведь солнце погибает, а они бессмертны.
Одинокий лицей на острове, держащий силой в своих стенах подростков, душит, как душит и весь новый свет.
Что станет с теми, кто, обретя бессмертие, продолжит жить в погибающем мире?
Кто они? Спасители человечества? Его разрушители? Боги, ангелы, демоны? Уж точно не супергерои.
Смерть, только лишь погладив скрипача, протянула свои руки ко мне.
Коэлло Хэллебор – мальчик, который хотел спасти мир. Олеандр ла Бэйл – мальчик, который хотел его разрушить. Но теперь все по-другому, ведь солнце погибает, а они бессмертны.
Одинокий лицей на острове, держащий силой в своих стенах подростков, душит, как душит и весь новый свет.
Что станет с теми, кто, обретя бессмертие, продолжит жить в погибающем мире?
Кто они? Спасители человечества? Его разрушители? Боги, ангелы, демоны? Уж точно не супергерои.
— Умирающие любят чувствовать жизнь напоследок
Коэлло Хэллебор – мальчик, который хотел спасти мир. Олеандр ла Бэйл – мальчик, который хотел его разрушить. Но теперь все по-другому, ведь солнце погибает, а они бессмертны.
Одинокий лицей на острове, держащий силой в своих стенах подростков, душит, как душит и весь новый свет.
Что станет с теми, кто, обретя бессмертие, продолжит жить в погибающем мире?
Кто они? Спасители человечества? Его разрушители? Боги, ангелы, демоны? Уж точно не супергерои.
— Мне просто нравится, когда умирает нечто прекрасное.
Коэлло Хэллебор – мальчик, который хотел спасти мир. Олеандр ла Бэйл – мальчик, который хотел его разрушить. Но теперь все по-другому, ведь солнце погибает, а они бессмертны.
Одинокий лицей на острове, держащий силой в своих стенах подростков, душит, как душит и весь новый свет.
Что станет с теми, кто, обретя бессмертие, продолжит жить в погибающем мире?
Кто они? Спасители человечества? Его разрушители? Боги, ангелы, демоны? Уж точно не супергерои.
Запах чистых листов всегда отличался от запаха разрисованных. Первые были прекрасны в своём ожидании, что на них появится нечто необычайное. А вторые уже несли в себе что-то таинственное.
Коэлло Хэллебор – мальчик, который хотел спасти мир. Олеандр ла Бэйл – мальчик, который хотел его разрушить. Но теперь все по-другому, ведь солнце погибает, а они бессмертны.
Одинокий лицей на острове, держащий силой в своих стенах подростков, душит, как душит и весь новый свет.
Что станет с теми, кто, обретя бессмертие, продолжит жить в погибающем мире?
Кто они? Спасители человечества? Его разрушители? Боги, ангелы, демоны? Уж точно не супергерои.
Постоянно улыбалась, чтобы никто не вспоминал о том, что она умирает каждый вечер.
Коэлло Хэллебор – мальчик, который хотел спасти мир. Олеандр ла Бэйл – мальчик, который хотел его разрушить. Но теперь все по-другому, ведь солнце погибает, а они бессмертны.
Одинокий лицей на острове, держащий силой в своих стенах подростков, душит, как душит и весь новый свет.
Что станет с теми, кто, обретя бессмертие, продолжит жить в погибающем мире?
Кто они? Спасители человечества? Его разрушители? Боги, ангелы, демоны? Уж точно не супергерои.
Определённо же радовало одно – у него была мечта. И это выделяло его из толпы других.
Коэлло Хэллебор – мальчик, который хотел спасти мир. Олеандр ла Бэйл – мальчик, который хотел его разрушить. Но теперь все по-другому, ведь солнце погибает, а они бессмертны.
Одинокий лицей на острове, держащий силой в своих стенах подростков, душит, как душит и весь новый свет.
Что станет с теми, кто, обретя бессмертие, продолжит жить в погибающем мире?
Кто они? Спасители человечества? Его разрушители? Боги, ангелы, демоны? Уж точно не супергерои.